Фандом: Гарри Поттер. Что за чудовище на самом деле запер в Тайной Комнате Салазар Слизерин?
Добавить в моё избранное
10 мин, 34 сек 14550
— Гарри Поттеру нельзя возвращаться в Хогвартс. Гарри Поттер должен оставаться там, где он в безопасности. Великий, несравненный Гарри Поттер — всеобщее достояние. В Хогвартсе Гарри Поттеру грозит страшная опасность!
Джинни Уизли снился странный-странный сон. Словно она бредет по коридорам Хогвартса… вот она входит в давно уже не работающий туалет на третьем этаже. Вот она говорит что-то… нет, не говорит, скорее шипит, словно громадная змея… и уже через секунду прыгает в огромную, глубокую яму, неизвестно откуда появившуюся прямо в туалете. Вот она стоит перед громадной круглой дверью — зеленоватый металл покрыт замысловатыми иероглифами, похожими на те, египетские, что показывал ей когда-то Билл. Она касается кончиками пальцев холодного металла, нажимая на несколько иероглифов… и дверь медленно открывается. Вот она входит в зал. Невероятный, колоссальный зал… но он меркнет по сравнению с тем ужасом, который находится тут. Чудовище!
На стене между двух окон огромными буквами были начертаны слова, блестящие в свете факелов:
ТАЙНАЯ КОМНАТА СНОВА ОТКРЫТА.
— А это что такое… что это висит под надписью? — спросил Рон дрогнувшим голосом.
Опасливо подошли ближе. Гарри поскользнулся — на пол откуда-то натекла большая лужа воды. Рон и Гермиона подхватили его, не дав упасть. Взглянули на висевший под зловещими словами предмет, казавшийся издали мрачной тенью, и обомлели — это была Миссис Норрис, кошка школьного завхоза. Точнее, то, что от неё осталось! Живот кошки был разорван изнутри, словно она проглотила один из фейерверков близнецов Уизли. Тонкие кошачьи кишки сизыми червями свисали из развороченного брюшка. Прямо на глазах у друзей что-то осклизкое, алое вывалилось из тушки и со звонким тошнотворным всплеском плюхнулось на пол, в лужу крови, мясистым комком.
— Добби должен уйти, — в ужасе прошептал эльф и с треском исчез, оставив в кулаке Гарри пустоту.
Гарри откинулся на подушку, с тревогой всматриваясь в дверь: шаги приближались.
В палату, пятясь, вошёл Дамблдор в длинном шерстяном халате и ночном колпаке, за ним — профессор МакГонагалл. Они внесли что-то, накрытое промокшей от крови простыней, и положили на свободную кровать.
— Сходите за мадам Помфри, — шёпотом попросил Дамблдор.
Увидев то, что принесли профессора, мадам Помфри ахнула.
— Что случилось? — спросила она шёпотом у Дамблдора и откинула простыню. — О, великий Мерлин…
— Новое нападение, — коротко пояснил директор. — Мы с Минервой нашли его на лестнице.
У Гарри по спине побежали мурашки, он тихонько приподнялся и глянул на койку, вокруг которой столпились взрослые.
Это был Колин Криви. Когда-то был. Его грудная клетка была разорвана, осколки ребер проткнули кожу и мантию, обрамляя громадную дыру, сквозь которую можно было увидеть смятое, покрытое засохшей кровью остановившееся сердце. Изрубленные сломанными ребрами легкие все еще рефлекторно подрагивали, из-за чего кровь на них не могла свернуться и мелко пузырилась.
— Кто же мог… что за монстр способен на такое? — спросила мадам Помфри.
— Я боюсь, что Тайная Комната действительно открыта, — ответил Дамблдор.
Мадам Помфри в страхе прижала ладонь ко рту. Профессор МакГонагалл вопросительно глянула на Дамблдора.
— Альбус, но кто же?
— Вопрос не в том, кто, — не отрывая глаз от Колина, ответил Дамблдор, — а в том, как…
Гарри поднялся по лестнице, свернул в тёмный коридор: порывом ветра распахнуло окно и задуло факелы. Он нёсся по коридору сломя голову и вдруг обо что-то споткнулся. Нагнувшись, он, к своему ужасу, увидел, что на полу лежит… оторванная голова Джастина! Торчащий из жуткой, рваной раны на месте шеи изломанный кусок позвоночника оставил на плитке пола несколько царапин, словно эту голову кто-то швырнул сюда. Но кровь растеклась широкой лужей только в этом месте. Кровь… много крови, столько не может поместиться в маленькой голове второкурсника! Медный, густой аромат, поднимавшийся от лужи, забивал обоняние, заставлял желудок испуганно ворочаться в рвотных позывах.
Гарри, часто-часто дыша, выпрямился; сердце было готово выпрыгнуть из грудной клетки, к горлу подкатила волна тошноты. И только сейчас он заметил: рядом с Джастином, точнее тем, что осталось от Финч-Флетчли, парил в воздухе Почти Безголовый Ник. Но не целый, не полупрозрачный человек, как все духи, а словно истаявший, будто кто-то плеснул на него очень сильной кислотой… Через проталины в призраке Гарри мог в деталях разглядеть дымчатые внутренние органы. Это стало последней каплей. Он даже не успел отвернуться, и его вытошнило прямо на голову однокурсника. Гарри упал на колени, всем телом сотрясаясь в рвотных спазмах, колени поехали по измазанной алым плитке, и он рухнул лицом прямо в смешавшуюся с кровью рвотную массу, растекавшуюся вокруг страшной находки.
Джинни Уизли снился странный-странный сон. Словно она бредет по коридорам Хогвартса… вот она входит в давно уже не работающий туалет на третьем этаже. Вот она говорит что-то… нет, не говорит, скорее шипит, словно громадная змея… и уже через секунду прыгает в огромную, глубокую яму, неизвестно откуда появившуюся прямо в туалете. Вот она стоит перед громадной круглой дверью — зеленоватый металл покрыт замысловатыми иероглифами, похожими на те, египетские, что показывал ей когда-то Билл. Она касается кончиками пальцев холодного металла, нажимая на несколько иероглифов… и дверь медленно открывается. Вот она входит в зал. Невероятный, колоссальный зал… но он меркнет по сравнению с тем ужасом, который находится тут. Чудовище!
На стене между двух окон огромными буквами были начертаны слова, блестящие в свете факелов:
ТАЙНАЯ КОМНАТА СНОВА ОТКРЫТА.
ТРЕПЕЩИТЕ, ВРАГИ НАСЛЕДНИКА!
— А это что такое… что это висит под надписью? — спросил Рон дрогнувшим голосом.Опасливо подошли ближе. Гарри поскользнулся — на пол откуда-то натекла большая лужа воды. Рон и Гермиона подхватили его, не дав упасть. Взглянули на висевший под зловещими словами предмет, казавшийся издали мрачной тенью, и обомлели — это была Миссис Норрис, кошка школьного завхоза. Точнее, то, что от неё осталось! Живот кошки был разорван изнутри, словно она проглотила один из фейерверков близнецов Уизли. Тонкие кошачьи кишки сизыми червями свисали из развороченного брюшка. Прямо на глазах у друзей что-то осклизкое, алое вывалилось из тушки и со звонким тошнотворным всплеском плюхнулось на пол, в лужу крови, мясистым комком.
— Добби должен уйти, — в ужасе прошептал эльф и с треском исчез, оставив в кулаке Гарри пустоту.
Гарри откинулся на подушку, с тревогой всматриваясь в дверь: шаги приближались.
В палату, пятясь, вошёл Дамблдор в длинном шерстяном халате и ночном колпаке, за ним — профессор МакГонагалл. Они внесли что-то, накрытое промокшей от крови простыней, и положили на свободную кровать.
— Сходите за мадам Помфри, — шёпотом попросил Дамблдор.
Увидев то, что принесли профессора, мадам Помфри ахнула.
— Что случилось? — спросила она шёпотом у Дамблдора и откинула простыню. — О, великий Мерлин…
— Новое нападение, — коротко пояснил директор. — Мы с Минервой нашли его на лестнице.
У Гарри по спине побежали мурашки, он тихонько приподнялся и глянул на койку, вокруг которой столпились взрослые.
Это был Колин Криви. Когда-то был. Его грудная клетка была разорвана, осколки ребер проткнули кожу и мантию, обрамляя громадную дыру, сквозь которую можно было увидеть смятое, покрытое засохшей кровью остановившееся сердце. Изрубленные сломанными ребрами легкие все еще рефлекторно подрагивали, из-за чего кровь на них не могла свернуться и мелко пузырилась.
— Кто же мог… что за монстр способен на такое? — спросила мадам Помфри.
— Я боюсь, что Тайная Комната действительно открыта, — ответил Дамблдор.
Мадам Помфри в страхе прижала ладонь ко рту. Профессор МакГонагалл вопросительно глянула на Дамблдора.
— Альбус, но кто же?
— Вопрос не в том, кто, — не отрывая глаз от Колина, ответил Дамблдор, — а в том, как…
Гарри поднялся по лестнице, свернул в тёмный коридор: порывом ветра распахнуло окно и задуло факелы. Он нёсся по коридору сломя голову и вдруг обо что-то споткнулся. Нагнувшись, он, к своему ужасу, увидел, что на полу лежит… оторванная голова Джастина! Торчащий из жуткой, рваной раны на месте шеи изломанный кусок позвоночника оставил на плитке пола несколько царапин, словно эту голову кто-то швырнул сюда. Но кровь растеклась широкой лужей только в этом месте. Кровь… много крови, столько не может поместиться в маленькой голове второкурсника! Медный, густой аромат, поднимавшийся от лужи, забивал обоняние, заставлял желудок испуганно ворочаться в рвотных позывах.
Гарри, часто-часто дыша, выпрямился; сердце было готово выпрыгнуть из грудной клетки, к горлу подкатила волна тошноты. И только сейчас он заметил: рядом с Джастином, точнее тем, что осталось от Финч-Флетчли, парил в воздухе Почти Безголовый Ник. Но не целый, не полупрозрачный человек, как все духи, а словно истаявший, будто кто-то плеснул на него очень сильной кислотой… Через проталины в призраке Гарри мог в деталях разглядеть дымчатые внутренние органы. Это стало последней каплей. Он даже не успел отвернуться, и его вытошнило прямо на голову однокурсника. Гарри упал на колени, всем телом сотрясаясь в рвотных спазмах, колени поехали по измазанной алым плитке, и он рухнул лицом прямо в смешавшуюся с кровью рвотную массу, растекавшуюся вокруг страшной находки.
Страница 1 из 4
