Фандом: Гарри Поттер. Мода-страшная сила даже в магическом обществе. Работа написана на фест «Дуэльный клуб» в«Таверне» Пятый лебедь«на diary.ru. Продолжение мини» Тату палача«.»
Добавить в моё избранное
25 мин, 9 сек 10507
«Форт Нокс» это семейства, причем далеко не самого богатого в магическом мире, привел ее сначала в трепет, а потом в печаль. Из века в век все это лежит мертвым грузом?
Виктория не собиралась тратить деньги, которые на самом деле принадлежали ее сыну, ей вполне хватало своих. Талант тату-мастера и деловая хватка позволили ей хорошо развить собственное дело. Маленький салончик уже давно превратился в сеть салонов с большим количеством штатных и внештатных работников. Даже знаменитые художники были не против сотрудничества с ней. Знакомство с магическим миром могло дать новый толчок развитию ее бизнеса. Виктория видела, с каким интересом волшебники смотрят на ее татуировки, а значит, рано или поздно захотят себе нечто подобное. Ей даже не нужно будет тратиться на рекламу, Виктория понимала, с какой скоростью в этом замкнутом мире распространится информация о ней, об Уолдоне и их сыне.
Конечно, война между магами закончилась, но ее почва никуда не делась. Волшебники недоверчивы к магглам и их детям, рожденных с магическим даром. Значит, Виктории нужно сделать так, чтобы она стала здесь своим человеком. Не столько ради себя, сколько ради будущего ее Гарри. Ей хотелось так воспитать сына, чтобы родным для него был и один, и другой мир. Чтобы не повторил он судьбы своего отца в личной жизни, чтобы имел больший диапазон при поиске своего призвания. Гарри должен жить счастливой и полноценной жизнью, а не проматывать накопления своих предков.
Поэтому Викторию интересовало все в магическом мире, а Ханна оказалась замечательным экскурсоводом. Было видно, что это дело увлекает ее намного больше, чем работа барменом.
Магический мир не мог не удивить обыкновенного человека, но после того, как сошел первый детский восторг, Виктория ясно увидела хороший налет инфантильности на этом замкнутом сообществе. Страшную отсталость от большого мира они прикрывали своими способностями, тратя их на то, что легко могут сделать простые приборы и механизмы. Зачем, например, носиться в «Гринготтсе» по узкоколейке, когда уже давным-давно изобретены скоростные лифты?
Из хранилища Виктория вышла с таким грузом, что унести его она могла только с помощью Ханны. Правда, в нем не было ни золота, ни драгоценных камней, но для Виктории дневники Уолдена стали самым большим сокровищем в мире. Он вел их с самого детства, а последний заканчивался фразой «На завтра назначен штурм Хогвартса». Похоже, что Уолден предчувствовал как свою судьбу, так и финал битвы, поэтому оставил в банковском хранилище эти записи для Виктории, чтобы она смогла наконец-то получить ответы на все свои вопросы и по-настоящему узнать своего «инопланетянина с летающей тарелки».
Так неожиданно сбылось одно из желаний Виктории, хотя она отпустила его. Рассказать всю правду о себе мог только сам Уолден, но он погиб. Зато есть дневник — тень от ушедшего человека.
Похоже, что это был День наибольшей Удачи в жизни Виктории. Ведь ее заветные желания сразу сбывались, словно по мановению волшебной палочки. Как потом она в шутку говорила Ханне:
— Ну признайся, ты подлила в наш первый день знакомства порцию Феликс Фелициуса в мою кружку со сливочным пивом?
Та отрицала, но факт оставался фактом: провидение вело Викторию к цели кратчайшим путем.
Как только позеленевшие после гонки на адовой тележке Виктория и Ханна вышли в главный зал «Гринготтса», к ним со всех ног кинулся один из гоблинов в золотой ливрее и что-то быстро-быстро проскрежетал на своем языке. Сопровождающий девушек в хранилище гоблин начал низко кланяться, причем было не совсем понятно, к кому относится это подобострастие, пока он сам не сказал по-английски с необыкновенной торжественностью:
— Председатель правления волшебного банка «Гринготтс» удостаивает аудиенцией миссис Макнейр и сопровождающую ее волшебницу.
Виктория и Ханна удивленно переглянулись, но потом обе благосклонно приняли предложение и прошествовали в святую святых этого банка за золотоливрейным гоблином.
Кабинет председателя правления впечатлял своими размерами, но все же представлял собой маленькое подобие тронного зала королевского дворца. Не хватало простора, чтобы по-настоящему заиграли белоснежный мрамор колонн и пола, золото декора стен и потолка, благородные шелка и бархат, дополняющие великолепие этого кабинета. Председатель правления дожидался их не в центре громадного стола заседаний, а на небольшом диванчике, чем подчеркивал некоторую приватность их встречи.
— Миссис Макнейр, покажите ваши руки! — быстро приступил он к делу, после короткого приветствия.
У Виктории даже и мысли не было ослушаться этого приказа.
— Можно потрогать? — уже совсем иным тоном спросил гоблин.
Виктория согласилась, хотя по ее спине побежали мурашки, когда к ее рукам потянулась не столько ладонь, сколько лапа.
Виктория не собиралась тратить деньги, которые на самом деле принадлежали ее сыну, ей вполне хватало своих. Талант тату-мастера и деловая хватка позволили ей хорошо развить собственное дело. Маленький салончик уже давно превратился в сеть салонов с большим количеством штатных и внештатных работников. Даже знаменитые художники были не против сотрудничества с ней. Знакомство с магическим миром могло дать новый толчок развитию ее бизнеса. Виктория видела, с каким интересом волшебники смотрят на ее татуировки, а значит, рано или поздно захотят себе нечто подобное. Ей даже не нужно будет тратиться на рекламу, Виктория понимала, с какой скоростью в этом замкнутом мире распространится информация о ней, об Уолдоне и их сыне.
Конечно, война между магами закончилась, но ее почва никуда не делась. Волшебники недоверчивы к магглам и их детям, рожденных с магическим даром. Значит, Виктории нужно сделать так, чтобы она стала здесь своим человеком. Не столько ради себя, сколько ради будущего ее Гарри. Ей хотелось так воспитать сына, чтобы родным для него был и один, и другой мир. Чтобы не повторил он судьбы своего отца в личной жизни, чтобы имел больший диапазон при поиске своего призвания. Гарри должен жить счастливой и полноценной жизнью, а не проматывать накопления своих предков.
Поэтому Викторию интересовало все в магическом мире, а Ханна оказалась замечательным экскурсоводом. Было видно, что это дело увлекает ее намного больше, чем работа барменом.
Магический мир не мог не удивить обыкновенного человека, но после того, как сошел первый детский восторг, Виктория ясно увидела хороший налет инфантильности на этом замкнутом сообществе. Страшную отсталость от большого мира они прикрывали своими способностями, тратя их на то, что легко могут сделать простые приборы и механизмы. Зачем, например, носиться в «Гринготтсе» по узкоколейке, когда уже давным-давно изобретены скоростные лифты?
Из хранилища Виктория вышла с таким грузом, что унести его она могла только с помощью Ханны. Правда, в нем не было ни золота, ни драгоценных камней, но для Виктории дневники Уолдена стали самым большим сокровищем в мире. Он вел их с самого детства, а последний заканчивался фразой «На завтра назначен штурм Хогвартса». Похоже, что Уолден предчувствовал как свою судьбу, так и финал битвы, поэтому оставил в банковском хранилище эти записи для Виктории, чтобы она смогла наконец-то получить ответы на все свои вопросы и по-настоящему узнать своего «инопланетянина с летающей тарелки».
Так неожиданно сбылось одно из желаний Виктории, хотя она отпустила его. Рассказать всю правду о себе мог только сам Уолден, но он погиб. Зато есть дневник — тень от ушедшего человека.
Похоже, что это был День наибольшей Удачи в жизни Виктории. Ведь ее заветные желания сразу сбывались, словно по мановению волшебной палочки. Как потом она в шутку говорила Ханне:
— Ну признайся, ты подлила в наш первый день знакомства порцию Феликс Фелициуса в мою кружку со сливочным пивом?
Та отрицала, но факт оставался фактом: провидение вело Викторию к цели кратчайшим путем.
Как только позеленевшие после гонки на адовой тележке Виктория и Ханна вышли в главный зал «Гринготтса», к ним со всех ног кинулся один из гоблинов в золотой ливрее и что-то быстро-быстро проскрежетал на своем языке. Сопровождающий девушек в хранилище гоблин начал низко кланяться, причем было не совсем понятно, к кому относится это подобострастие, пока он сам не сказал по-английски с необыкновенной торжественностью:
— Председатель правления волшебного банка «Гринготтс» удостаивает аудиенцией миссис Макнейр и сопровождающую ее волшебницу.
Виктория и Ханна удивленно переглянулись, но потом обе благосклонно приняли предложение и прошествовали в святую святых этого банка за золотоливрейным гоблином.
Кабинет председателя правления впечатлял своими размерами, но все же представлял собой маленькое подобие тронного зала королевского дворца. Не хватало простора, чтобы по-настоящему заиграли белоснежный мрамор колонн и пола, золото декора стен и потолка, благородные шелка и бархат, дополняющие великолепие этого кабинета. Председатель правления дожидался их не в центре громадного стола заседаний, а на небольшом диванчике, чем подчеркивал некоторую приватность их встречи.
— Миссис Макнейр, покажите ваши руки! — быстро приступил он к делу, после короткого приветствия.
У Виктории даже и мысли не было ослушаться этого приказа.
— Можно потрогать? — уже совсем иным тоном спросил гоблин.
Виктория согласилась, хотя по ее спине побежали мурашки, когда к ее рукам потянулась не столько ладонь, сколько лапа.
Страница 6 из 8
