Подруга, или завещание палача

Между шквалом извинений и оправданий Ханны Виктории удалось узнать, что инструмент для волшебства действительно называется волшебной палочкой, а «эскуро» — обыкновенное бытовое заклинание, очищающее от любой грязи.

В голове у Виктории мгновенно защелкал музейный арифмометр. Какой доход это может принести ее тату-салонам, если получится использовать магов для удаления старых или бракованных татуировок?

Инцидент между магом и магглой угас в зародыше, даже более того, Виктория полностью согласилась с поведением Ханны, когда та объяснила, для чего применялся этот знак.

— Я поняла, что это преступный знак в вашем мире, и теперь мне ясно, почему Уолди решил закрыть татуировкой позорное клеймо. — Вспоминая былое, Виктория печально улыбнулась. — С этого и началось наше с ним знакомство, а закончилось рождением Гарри.

— Гарри? — выдохнула Ханна и плюхнулась на стул рядом с Викторией. — Он назвал своего сына этим именем?

— Господи, да что не так с этим именем? — не выдержала она. — Что вы, волшебники, так на него реагируете? Уолди поначалу тоже ошалел, но потом все-таки принял. Это я так назвала нашего сына. Что здесь не то?

— Отличное имя, но его носит… э-э-э… предводитель нашей борьбы против Того-кого… пфу, привычка… Волдеморта. А он возглавлял тех, кто боролся против всех магглов, магглорожденных и магглолюбцев из полукровок и чистокровных волшебников. И ваш Макнейр сражался на стороне Волдеморта и… погиб, — попробовала в нескольких словах объяснить всю политику и историю магического сообщества Ханна Аббот.

В ужасе от получившегося результата она сжалась, словно нерадивый ученик перед строгим преподавателем, и с испугом взглянула на Викторию.

Та в задумчивости почесала затылок, а потом честно призналась:

— Ничего не поняла! Но получается, что мой Уолди круто отжег: сразу уселся на два стула. Убивал других за то, что делал сам? Тайно влюбился в магглу, тайно женился, когда я родила ему сына. Так еще не заставил меня поменять его имя. Теперь сын Уолди — тезка его заклятого врага, который вообще-то боролся за его счастье. А он как бы боролся против своего счастья? Как же у вас тут все интересно!

Ханна развела руками.

— Я послала сову к своей помощнице. Как только она придет в «Дырявый котел», мы с тобой можем пойти в «Гринготтс», где ты официально вступишь в права наследования. Кстати, «Гринготтсом» владеют гоблины, с которыми мы веками воевали, даже сейчас до конца не признаваем их права, но все свои деньги храним только там.

— Я же говорю, что вы, волшебники, большие затейники! — Виктория показала Ханне большой палец и рассмеялась.

Ханна вернулась к своим обязанностям, а Виктория вдруг поняла, что она смеялась впервые после смерти Уолди. Растопить ледяной нож, пронзивший ее сердце, не мог даже любимый сынок, а удалось почти незнакомой девушке с такой обворожительной улыбкой. Виктория не обладала даром предвидения, но сейчас почувствовала, что они с Ханной станут лучшими подругами.

Взгляд Виктории скользил по старинной обстановке и посетителям бара, однако думала она о своем. Ее печаль от гибели Уолдена никуда не исчезла, но изменилась, превратившись из темной в светлую.

Муж. Это слово Виктории пока было сложно применять к Уолдену Макнейру. Но ни его смерть, ни новая информация не поменяли ее отношения к любимому. Теперь она больше понимала Уолди и даже была уверена, что окажись она на его месте, то вела бы себя точно так же.

Пути Господни неисповедимы! Но как ужасно, если мировоззрение человека вдруг подвергается такому испытанию. Их величество Случай быстро доказал Уолдену, что он поклонялся чужим богам. В действительности чистокровность не его истинная ценность, а навязанная воспитанием и обществом парадигма, которая держала в крепких тисках, вернее, проросла насквозь. Чтобы уйти от нее, Макнейр должен был рвать по живому: родным, друзьям, привычкам, которые тоже второе «я». Как всё это пережить? Возможно, смерть Уолдена Макнейра — лучший выход из этой истории, ведь гордеев узел нельзя распутать, его можно только разрубить.

Потом, вспоминая свой первый день в магическом мире, Виктория удивлялась, как ее психика все это выдержала. Самооткрывающаяся арка в Косую аллею, вернее, страну, которой нет на карте. Самый потрясающий банк в мире, которым владеют гоблины. Вот и не верь детским сказкам! Правда, хотелось порекомендовать им обратиться к хорошего инженеру-железнодорожнику из магглов, для перепрокладки трассы. Всю поездку на убогой тележке сливочное пиво так и стремилось вырваться на свободу из желудка Виктории. Это банк или аттракцион с ненормальными горками, которые все называют русскими, а русские — американскими? Кем пугают, так и называют? А правильное название… банковские или финансовые.

Действительно, именно такой вираж сделала ее душа, когда Виктория увидела хранилище рода Макнейров.