Ультиматум по-беллиорски

Походило на правду: у Мон-Со был только пистолет и фонарь, так он, видимо, и гулял в темноте по лагерю, когда увидел беглецов.

— И вам не оставалось ничего иного, кроме как идти за нами, — догадался Лон-Гор. — Если бы не зверь, мы бы так вас и не заметили.

— Мне следовало раньше принять меры! — вскинулся Мон-Со. — Я же видел, что вы что-то задумали! Украсть у экспедиции всех рабов — вот это идея!

Пещера огласилась смешками, у Лон-Гора стало такое лицо, как будто он раздумывал, то ли рассмеяться тоже, то ли врезать.

— Вообще-то, главный здесь я, — уведомил Ильсор. — Это во-первых. Во-вторых, ушли мы сами, по своей воле, а Кау-Рук и Лон-Гор присоединились к нам.

Мон-Со посмотрел на него так, будто впервые видел, а потом снова обернулся к Лон-Гору:

— Вы совсем с ума сошли — подчиняться арзаку?

Ильсор возвёл глаза к потолку и горестно вздохнул:

— И их таких у нас ещё сто сорок семь…

— Справимся, — приободрили за спиной.

— И что же нам с вами делать? — продолжил Ильсор, уже понимая, что спровадить Мон-Со назад никак не выйдет. Тот вздрогнул и оскалился, и Кау-Рук аккуратно взял его в захват.

Было понятно, о чём подумал Мон-Со: что его сейчас убьют, чтобы не путался под ногами. Судил по себе.

— Придётся вам идти с нами, — решил Ильсор поскорее, чтобы не пугать его.

— Так я теперь заложник?

— Прекратите думать по-менвитски! — возмутился Ильсор.

— Как же мне думать?

— Нормально! Отпустить вас одного нельзя, вы заблудитесь, а тут звери. Дать провожатых тоже не могу, нет времени. Придётся вам идти с нами. Если хотите, потом сможете вернуться назад верхом, только прежде дадите нам честное слово, что никому не скажете, где мы.

— Ещё чего! — возмутился Мон-Со. — Тут бунт рабов, а я буду молчать?

— Это вы раб! — вырвалось у Ильсора. — Шагу не можете ступить без инструкции и приказа! Ну и трус же вы, полковник, раз не можете взять на себя ответственность за свою жизнь!

— Присоединившись к бунтовщикам, я стану военным преступником! — рявкнул в ответ Мон-Со. Его щёки пылали.

— Ну, можете оставаться здесь — на корм зверям, — согласился Ильсор.

— Это что, ультиматум? — Мон-Со даже охрип.

— А вы что хотели от такого человека, как я? — равнодушно спросил Ильсор. — Я столько лет водил Баан-Ну за нос, да и вас перехитрил, с чего мне быть таким добрым и послушным, каким вы меня считали?

Мон-Со молчал, слабо пытаясь вырваться.

— Послушайте, — не сдержался Солто, — мы вам ничего плохого не сделаем, хотя я бы, конечно, с удовольствием вас стукнул, но толку от этого не будет никакого. Вы получили шанс начать жизнь заново — и боитесь? Ну, жаль.

— Зачем мне заново? — спросил Мон-Со, глядя на него так, будто с ним заговорила табуретка.

— Чтобы посмотреть с другой точки зрения, — предположил Кау-Рук. — Ну, как я, например.

— Полковник, время поджимает, — сказал Ильсор, красноречиво постучав пальцем по часам. — Выбор за вами. Или вы готовы рискнуть, или нет.

— В случае, если я рискну остаться, я умру, и вы не можете этого не понимать!

— А если пойдёте с нами, вас ждёт много интересного, — пообещал Ильсор. — Ну, быстрее, полковник.

— Не валяйте дурака, Мон-Со, — тихо сказал Лон-Гор. — Они говорят правду.

— Но если я не заложник, то кто? — кисло спросил Мон-Со, и стало понятно, что он сдался.

— Один из нас, — ответил Ильсор. — Такой же, как все.

Позади захихикали.

— Да ну вас, — отмахнулся Солто, — у человека мир рухнул, а вы ржёте!

Кау-Рук отпустил Мон-Со и помог ему подняться. Все вместе они вернулись в пещеру, в которой стоял взволнованный гвалт: про Мон-Со уже знали остальные. При появлении Ильсора шум затих.

— Потолок обвалится от ваших воплей, — беззлобно попенял Ильсор. — Мон-Со идёт с нами. О новых правилах я его проинструктирую, но технику безопасности соблюдайте, он на первых порах может забыться.

Мон-Со явственно дрожал. Ильсор понимал, что он чувствует: готовится принять чужую ненависть, ещё не зная, что ненависти не будет, что в самом деле скоро рухнет всё, к чему он привык. Он действительно мог забыться, старые привычки нелегко так сразу выбить, поэтому Ильсор предупредил о технике безопасности. И все знали, что это значит.

Мон-Со задвинули в середину цепочки и дали нести рюкзак с сухим пайком. Лицо у Мон-Со при этом было такое, как будто он думал, что спит, и отчаянно надеялся проснуться.

— Нужно с ним поговорить, — сказал Ильсор позже, когда они продолжали свой путь.

— Пусть придёт в себя, освоится немного, — сказал Кау-Рук, догоняя его и пристраиваясь плечом к плечу, несмотря на связку. — Он вообще неплохой человек, только иногда врезать очень хочется.

— Ему вам, подозреваю, тоже, — не сдержался Ильсор.