Фандом: Ориджиналы. Полли и Том попадают в замок вампиров, а заодно и в ловушку из всяческих неправд.
Добавить в моё избранное
14 мин, 51 сек 9985
Животы под их халатами надулись, как шарики, но это не мешало всеобщему счастью.
Громко играла музыка, взрослые и дети прыгали на танцполе, то и дело кто-нибудь из толпы приветствовал Тома: как он и думал, все-все, от мала и до велика, сегодня собрались здесь. Это было приятно и весело.
Вдруг Полли шепнула Тому на ухо:
— Он смотрит уже четверть часа!
— Кто? — стал озираться Том.
Полли тут же его одёрнула:
— Не вертись! — приказала она. — Оглянись аккуратно: тот мальчик-вампир, он у двери…
Томас послушался. Выждав минуту, делая вид, что ему ни капельки не интересно, он обернулся к выходу из бального зала. И действительно, прямо на них с Полли глядел неотрывно мальчишка. Он был немного младше, с зачёсанными назад волосами и кожей, похожей на снег — белой-белой, без единой кровинки!
«Вот это напудрился!» — про себя решил Том.
А вслух сказал Полли:
— Ещё один вампирёныш… И ни одного пирата!
— Зато и врачей, кроме нас, больше нет, — ободрила его подружка.
И в этом она оказалась права: родители Полли (настоящие стоматологи) ещё не приехали, а больше здесь никто не додумался вырядиться в халаты.
Глядя на Полли, Том тоже начал пританцовывать, но теперь он постоянно чувствовал, как за ним наблюдают. Незнакомый мальчик не спускал с них глаз. Это даже слегка раздражало, пока, наконец, тот не осмелился и не подошёл поближе.
— Привет, — поздоровался мальчишка, кисло улыбаясь, — я вампир.
И Том осмотрел его ещё раз, уже не стесняясь: бледнокожий, высокий и очень худой, мальчик казался почти прозрачным; Томас не удивился бы, узнав, что он привидение. Зато клыки у него сверкали, будто жемчужные бусинки. И где только такие нашёл?
— Мы видим, что ты вампир, — тем временем ответила Полли. — А зовут-то как?
— Оскар, — представился мальчик, почему-то скривившись. — Вы правда врачи?
— А ты правда вампир? — хихикнула Полли.
— Конечно.
— Ну и мы тогда тоже, — поддержал шутку Том, — врачи-стоматологи.
В этот момент лицо Оскара озарилось счастьем. Казалось, что ему и дела не было до прекрасного маскарада, а вот врачам (какой странный!) он был очень даже рад. Оскар схватил Тома за ладонь и начал трясти её, как сумасшедший:
— Вы вовремя! — блестел он глазами, кидаясь обниматься. — Я так вас ждал! Весь измучился!
— Да? — растерянно спросила Полли, тоже считая всё это странным.
Оскар как раз закончил её обнимать.
— Я боялся, что из-за маскарада вы не придёте, — поделился с ними мальчишка, продолжая сиять, несмотря на приглушённый свет люстр. — Пойдёмте?
— Куда? — не понял Том.
— Лечить меня, конечно!
— Он ненормальный, — шепнула Полли, когда Оскар от них отвернулся, расчищая проход через толпу.
Томас только пожал плечами: по крайней мере, это было интереснее, чем смотреть на танцы взрослых и старшеклассников.
Тем более что после еды должны быть не танцы, а приключения — и вампирёныш очень на них походил.
И вот, спустя время, они шли сквозь полутёмные коридоры, украшенные гирляндами, и фонари в виде оранжевых тыкв зажигались над их головами, как будто по волшебству, и гасли, стоило лишь ребятам миновать их. Проёмы распахнутых дверей были тёмными, словно входы в пещеру, и лишь иногда можно было разглядеть в глубине чей-то портрет в позолоченной раме, а может, кровать или кресло с высокой спинкой. Музыка из бального зала постепенно затухала, и чем дальше ребята уходили, тем больше она напоминала далёкое эхо.
Всё было такое таинственное и прекрасное! У Тома громко колотилось сердце, почти у горла — так он был восхищён и напуган: всё-таки Оскар был странный, его клыки блестели, как настоящие, а все взрослые остались далеко-далеко.
Но рядом была бесстрашная Полли. Она озиралась и иногда совала любопытный нос в раскрытые двери, ничего не боясь. Однако Оскар быстро одёргивал её: ему не нравилось, когда они сбавляли темп, и несколько раз он даже чуть не расплакался, хватаясь за щёку:
— Я страдаю! — тяжело вздыхал он.
И ребятам было его так жаль, что они старались нигде не задерживаться.
Наконец, Оскар завёл их в одну из комнат. Шторы здесь были плотно закрыты, а игрушечная лошадка теснилась в углу.
— Это моя комната, — пояснил вампирёныш. — Здесь вы будете меня лечить.
Ребята застыли, осматривая спальню Оскара: она была очень просторной, можно было играть в салочки или прыгать через скакалку, не задевая стен. Томас мог только мечтать о такой!
А о том, что они обещали играть в докторов, ребята и позабыли.
В отличие от Оскара.
— А где ваши инструменты? — спросил он, что-то подозревая.
— А? — не понял Том.
Полли тоже любопытно заморгала глазами.
Громко играла музыка, взрослые и дети прыгали на танцполе, то и дело кто-нибудь из толпы приветствовал Тома: как он и думал, все-все, от мала и до велика, сегодня собрались здесь. Это было приятно и весело.
Вдруг Полли шепнула Тому на ухо:
— Он смотрит уже четверть часа!
— Кто? — стал озираться Том.
Полли тут же его одёрнула:
— Не вертись! — приказала она. — Оглянись аккуратно: тот мальчик-вампир, он у двери…
Томас послушался. Выждав минуту, делая вид, что ему ни капельки не интересно, он обернулся к выходу из бального зала. И действительно, прямо на них с Полли глядел неотрывно мальчишка. Он был немного младше, с зачёсанными назад волосами и кожей, похожей на снег — белой-белой, без единой кровинки!
«Вот это напудрился!» — про себя решил Том.
А вслух сказал Полли:
— Ещё один вампирёныш… И ни одного пирата!
— Зато и врачей, кроме нас, больше нет, — ободрила его подружка.
И в этом она оказалась права: родители Полли (настоящие стоматологи) ещё не приехали, а больше здесь никто не додумался вырядиться в халаты.
Глядя на Полли, Том тоже начал пританцовывать, но теперь он постоянно чувствовал, как за ним наблюдают. Незнакомый мальчик не спускал с них глаз. Это даже слегка раздражало, пока, наконец, тот не осмелился и не подошёл поближе.
— Привет, — поздоровался мальчишка, кисло улыбаясь, — я вампир.
И Том осмотрел его ещё раз, уже не стесняясь: бледнокожий, высокий и очень худой, мальчик казался почти прозрачным; Томас не удивился бы, узнав, что он привидение. Зато клыки у него сверкали, будто жемчужные бусинки. И где только такие нашёл?
— Мы видим, что ты вампир, — тем временем ответила Полли. — А зовут-то как?
— Оскар, — представился мальчик, почему-то скривившись. — Вы правда врачи?
— А ты правда вампир? — хихикнула Полли.
— Конечно.
— Ну и мы тогда тоже, — поддержал шутку Том, — врачи-стоматологи.
В этот момент лицо Оскара озарилось счастьем. Казалось, что ему и дела не было до прекрасного маскарада, а вот врачам (какой странный!) он был очень даже рад. Оскар схватил Тома за ладонь и начал трясти её, как сумасшедший:
— Вы вовремя! — блестел он глазами, кидаясь обниматься. — Я так вас ждал! Весь измучился!
— Да? — растерянно спросила Полли, тоже считая всё это странным.
Оскар как раз закончил её обнимать.
— Я боялся, что из-за маскарада вы не придёте, — поделился с ними мальчишка, продолжая сиять, несмотря на приглушённый свет люстр. — Пойдёмте?
— Куда? — не понял Том.
— Лечить меня, конечно!
— Он ненормальный, — шепнула Полли, когда Оскар от них отвернулся, расчищая проход через толпу.
Томас только пожал плечами: по крайней мере, это было интереснее, чем смотреть на танцы взрослых и старшеклассников.
Тем более что после еды должны быть не танцы, а приключения — и вампирёныш очень на них походил.
И вот, спустя время, они шли сквозь полутёмные коридоры, украшенные гирляндами, и фонари в виде оранжевых тыкв зажигались над их головами, как будто по волшебству, и гасли, стоило лишь ребятам миновать их. Проёмы распахнутых дверей были тёмными, словно входы в пещеру, и лишь иногда можно было разглядеть в глубине чей-то портрет в позолоченной раме, а может, кровать или кресло с высокой спинкой. Музыка из бального зала постепенно затухала, и чем дальше ребята уходили, тем больше она напоминала далёкое эхо.
Всё было такое таинственное и прекрасное! У Тома громко колотилось сердце, почти у горла — так он был восхищён и напуган: всё-таки Оскар был странный, его клыки блестели, как настоящие, а все взрослые остались далеко-далеко.
Но рядом была бесстрашная Полли. Она озиралась и иногда совала любопытный нос в раскрытые двери, ничего не боясь. Однако Оскар быстро одёргивал её: ему не нравилось, когда они сбавляли темп, и несколько раз он даже чуть не расплакался, хватаясь за щёку:
— Я страдаю! — тяжело вздыхал он.
И ребятам было его так жаль, что они старались нигде не задерживаться.
Наконец, Оскар завёл их в одну из комнат. Шторы здесь были плотно закрыты, а игрушечная лошадка теснилась в углу.
— Это моя комната, — пояснил вампирёныш. — Здесь вы будете меня лечить.
Ребята застыли, осматривая спальню Оскара: она была очень просторной, можно было играть в салочки или прыгать через скакалку, не задевая стен. Томас мог только мечтать о такой!
А о том, что они обещали играть в докторов, ребята и позабыли.
В отличие от Оскара.
— А где ваши инструменты? — спросил он, что-то подозревая.
— А? — не понял Том.
Полли тоже любопытно заморгала глазами.
Страница 2 из 5
