Выбирая врага, или заговор вслепую

Но вот эта новость о пробном экзамене почему-то взволновала. Он бы ни за что не смог объяснить, почему, но Лестрейндж словно поставил рубеж этим самым экзаменом — рубеж, после которого можно будет перестать таиться и начать воевать с ним в открытую. Ненавистный профессор будто бы знал о чём-то, что должно случиться через этот месяц — о чём-то, что уравняет их всех, и будет уже неважно, кто учитель, а кто ученик. Что же это такое? Или у него просто опять разыгралось воображение?

— Невилл, — тихонько шепнул ему сидящий рядом Симус. — Невилл!

Парень вздрогнул и поднял взгляд — прямо над ним стоял Лестрейндж, насмешливо разглядывающий его почти в упор.

— Ну-с, мистер Лонгботтом, — произнёс он, — так какое же место замка выберете для защиты вы?

— Простите, сэр, — через силу выдавил из себя Невилл, — я не расслышал вопроса.

— Пять баллов с Гриффиндора. Если не перестанете спать на ходу — окажетесь в числе первых жертв, — неожиданно жёстко отрезал профессор. И, выдержав небольшую паузу, добавил: — То есть получите «тролля» на экзамене, разумеется. И лишитесь возможности вообще закончить школу. Я доступно излагаю? Погромче, пожалуйста — не слышу ответа.

— Да, сэр, — внятно и громко произнёс Невилл, поднимая голову. — Мне всё равно, где я буду драться. Главное — зачем.

Именно в этот момент он вдруг чётко осознал, что никаким экзаменом тут и не пахнет — Лестрейндж только что объявил вероятное начало войны. Открытой войны. Насмерть.

Именно тогда Невилл понял, что почти не боится.

Именно в тот день он впервые открыто вернул профессору его холодную сдержанную усмешку.

И Лестрейндж впервые не ответил ему на дерзость.

Глава 18

Первая неделя после пасхальных каникул выдалась напряжённой, и ближе к концу Родольфус поймал себя на том, что с нетерпением ждёт выходных. Ему отчаянно не хватало времени, чтобы сесть и спокойно подумать — и, возможно, нащупать если не сам ответ на вопрос, что же такое поручил его брату Лорд, то хотя бы дорогу к нему. Заканчивая последний урок в пятницу, он с трудом заставил себя провести занятие как следует, а не просто дать какую-нибудь контрольную работу. Однако проверять контрольные хотелось ещё меньше, и потому он предпочёл опять уделить внимание практике. Наконец, прозвучал звонок; Родольфус отпустил учеников, быстро сгрёб бумаги в папку — не раскладывая, а как попало, без разбору, — и чуть не бегом поднялся к себе. Он хотел одного — тишины.

Рабастана не было, да и не могло быть: вечер пятницы он посвящал дуэльному клубу. И это тоже было весьма кстати.

Вопросов было много. Больше всего волновала история с братом, но и прозрачный намёк Снейпа насчёт чаши тоже тревожил изрядно. Снейп явно считал вещь важной — один Мерлин знает, почему. Но уж больно часто за последние месяцы директор оказывался прав — игнорировать его подозрения было бы неразумно.

Лестрейндж прошёлся по комнате, присел в кресло и замер. С чего же начать? Мысли никак не вставали в стройную последовательную цепочку — он так не привык к подобному сумбуру в голове, что даже слегка удивился. Ну же, Родольфус, соберись. В общем-то, ты уже принял решение — так зачем же откладывать?

Чашу из сейфа он забрал почти сразу после того разговора со Снейпом, просто не спешил пока её демонстрировать. Рабастан не ошибся — вещь была старая и насквозь волшебная, но, насколько Родольфус мог судить, «тяжёлая». Живущая внутри магия была очень тёмного свойства, но определить её сущность ему оказалось не под силу. Родольфус не сомневался, что Снейп знает куда больше о природе артефакта, но отдавать чашу просто так, вслепую, было как-то обидно. Кляня себя за мальчишество, Родольфус пытался разобраться сам, но в итоге сдался — в конце концов, дело явно серьёзное, и дурацкое соперничество может выйти боком.

Он решительно поднялся на ноги, достал артефакт из тайника в стене и бережно завернул в мягкую тряпицу. Снейп наверняка у себя — сейчас самое время.

— Что это? — директор немигающим взглядом изучал небольшую золотую чашу, пристроенную на краю его необъятного письменного стола.

— На днях я наведался в фамильный сейф, — нарочито небрежно пустился в объяснения Лестрейндж. — И обнаружил там то, чего раньше не видел. Полагаю, это новое поступление и есть та самая вещь, которой повелитель одарил мою жену. Хороша, верно?

— Не то слово, — осторожно кивнул директор, доставая палочку и выписывая ею в воздухе несколько замысловатых коленец. — И весит… драккл знает сколько она весит, Родольфус. В магическом смысле.

— Я в курсе — проверял. Но назначения понять не могу. Может, тебе удастся разобраться? Или тебе и разбираться не надо?

Ну нет, Родольфус, этого я тебе не скажу. Что принёс её сюда — спасибо, но историю про хоркруксы ты не услышишь.

— Разбираться надо, — медленно проговорил Снейп.