Фандом: Гарри Поттер. В бескрайнем море ненависти и разочарования выжить почти невозможно — и каждый цепляется за какой-то кусочек души, который ещё не тронут этой ржавчиной. У кого-то таким спасительным якорем становится долг, у кого-то преданность друзьям, у кого-то попытка исправить собственные ошибки. И за этот последний осколок не жаль и погибнуть — на войне как на войне. Однако на любой войне нужны союзники — а жизнь, как завзятый шулер, порой выбрасывает такие комбинации, что разобраться, кто оказался рядом, совсем непросто. Даже если ты сам вполне опытный игрок. Братья Лестрейндж и Северус Снейп, семикурсник Невилл Лонгботтом и его друзья и недруги — и один Хогвартс на всех, ставший внезапно слишком тесным.
Добавить в моё избранное
244 мин, 1 сек 17066
— Что? — непонимающе нахмурилась Ханна.
— Шуршание. То ли мантия… но нет, шагов не слышно… или ползёт будто кто-то… — Невилл перешёл на шёпот. — Погоди-ка…
Он успел только задвинуть Ханну себе за спину, а вот на щит проворства уже не хватило — да он бы и вряд ли помог. Огромная, невесть откуда взявшаяся змея метнулась навстречу и атаковала. Удар пришёлся точно в солнечное сплетение, и он на мгновенье ослеп и задохнулся от боли — только пронзительный визг Ханны заставил не отключиться окончательно. Но лишний шаг в сторону всё же сделал — и оступился, кубарем скатившись по небольшому пролёту боковой лестницы, вдобавок ко всему сломав палочку. О Мерлин, а всё эта проклятая неуклюжесть!
— Ханна!
Змея зловещим маятником покачивалась из стороны в сторону, словно примериваясь, как бы вернее покончить с прижавшейся к стене девушкой. Невиллу внезапно захотелось закрыть глаза, чтобы не видеть, что будет дальше — но вместо этого он взлетел обратно на площадку; палочки не было, драться было нечем, но он просто не мог допустить, чтобы эта тварь кинулась на Ханну. Пусть уж лучше начнёт с него.
И в этот момент ему в руки упало что-то мягкое, а на змею посыпались какие-то мелкие обломки не то мебели, не то и вовсе какого-то мусора — невесть откуда взявшийся школьный полтергейст, заливисто вереща, закидывал тварь всем, что попалось ему под руку. Невилл машинально сжал в руках бесполезную тряпку — и вдруг нащупал холодную рукоять меча.
Он не очень помнил, что было потом — как будто ему приснился весь этот кошмар — только меч лёг в ладонь легко и ухватисто, так, словно не в первый раз. Коротко размахнувшись и подавшись вперёд, Невилл рубанул что есть силы — сталь прошла почти без сопротивления, будто просто рассекла воздух, и только вязкая взвесь капель, осевших на лицо, говорила о том, что он, кажется, не промахнулся. Обезглавленное тело рептилии покачнулось и расплело напружиненные кольца, грузно опускаясь на пол.
Противостояние расползлось по школе, превратившись из общей драки в бесконечную цепь индивидуальных стычек, и только в Большом зале месиво сражения ещё напоминало первые часы битвы, но и это уже скорее походило на несколько отдельных дуэлей. Люди устали, но каждый понимал, что перемирие невозможно; готовность идти до конца выливалось в отчаянность и безоглядную жестокую бескомпромиссность. Количество сражающихся почти выровнялось — фокус Снейпа с лестницами выбил из драки довольно много нападающих — но их всё равно оставалось больше, чем защитников.
Уверенным невербальным Родольфус отбросил от себя одного, оглушил второго… кажется, вон того молодого аврора сейчас достанут со спины — надо бы успеть упредить. Авада зелёным лучом перечёркивает пространство, противник падает — успел. Тот, которого оглушили, тем временем приходит в себя, и его подсечка находит цель — Родольфус спотыкается, почти падает, но всё же умудряется удержаться на ногах. Дальше уже дело техники — разворот, щит, режущее. Минус один.
Снейпово зелье отлично сработало — реакция вернулась в норму. Однако где же Рабастан? Почему его нет среди сражающихся?
Поначалу это Родольфуса не удивляло — наверху, очевидно, тоже кипела схватка, пусть и не такая многолюдная. Однако многие из детей, первоначально расставленных самим Родольфусом на этажах, теперь мелькали то тут, то там — ситуация наверху явно выровнялась.
А если так, то куда девался Лестрейндж-младший? Что его задержало? Здесь его помощь ох как пригодилась бы.
Недоумение по поводу отсутствия брата росло, сменяясь отчётливым беспокойством. Крутнувшись на каблуке и отбив ещё одну атаку, Родольфус выскочил в коридор и поспешил к боковой лестнице.
Тот злосчастный коридор попался ему не сразу — на площадке между этажами Родольфус наткнулся на троих школьников, бьющихся с тремя же пожирателями — молодыми, тоже вчерашними школьниками, наверное, — и пришлось ненадолго задержаться. Совсем ненадолго.
— Наверху ещё кто-нибудь есть? — отрывисто спросил он у запыхавшихся ребят, расправляясь с последним, самым опытным противником — с остальными справились без его помощи.
— Не знаю, — мотнул головой Дин Томас, приваливаясь к стене. Он сильно хромал — похоже, подвернул лодыжку на ступеньке. Лицо его было покрыто пылью и здорово исцарапано. Лаванда Браун, морщась, держалась рукой за правый бок — Лестрейндж так и не понял, ранение или просто усталость тому причиной.
— Отведите мистера Томаса в лазарет, и осторожнее внизу — там драка полным ходом. Лучше в обход, — бросил Родольфус, и, не дожидаясь ответа, побежал выше. Ещё один этаж — тишина, только развороченная колонна и часть стены. Ещё один, ещё…
А потом, прочёсывая очередной этаж, он свернул за угол и нашёл полусидящую у стены Тонкс — сперва она показалась ему мёртвой, но он почти сразу понял, что ошибся. Ранение было тяжёлым, но Тонкс дышала — тяжело и с присвистом, стараясь не шевелиться, чтобы не усиливать боль.
— Шуршание. То ли мантия… но нет, шагов не слышно… или ползёт будто кто-то… — Невилл перешёл на шёпот. — Погоди-ка…
Он успел только задвинуть Ханну себе за спину, а вот на щит проворства уже не хватило — да он бы и вряд ли помог. Огромная, невесть откуда взявшаяся змея метнулась навстречу и атаковала. Удар пришёлся точно в солнечное сплетение, и он на мгновенье ослеп и задохнулся от боли — только пронзительный визг Ханны заставил не отключиться окончательно. Но лишний шаг в сторону всё же сделал — и оступился, кубарем скатившись по небольшому пролёту боковой лестницы, вдобавок ко всему сломав палочку. О Мерлин, а всё эта проклятая неуклюжесть!
— Ханна!
Змея зловещим маятником покачивалась из стороны в сторону, словно примериваясь, как бы вернее покончить с прижавшейся к стене девушкой. Невиллу внезапно захотелось закрыть глаза, чтобы не видеть, что будет дальше — но вместо этого он взлетел обратно на площадку; палочки не было, драться было нечем, но он просто не мог допустить, чтобы эта тварь кинулась на Ханну. Пусть уж лучше начнёт с него.
И в этот момент ему в руки упало что-то мягкое, а на змею посыпались какие-то мелкие обломки не то мебели, не то и вовсе какого-то мусора — невесть откуда взявшийся школьный полтергейст, заливисто вереща, закидывал тварь всем, что попалось ему под руку. Невилл машинально сжал в руках бесполезную тряпку — и вдруг нащупал холодную рукоять меча.
Он не очень помнил, что было потом — как будто ему приснился весь этот кошмар — только меч лёг в ладонь легко и ухватисто, так, словно не в первый раз. Коротко размахнувшись и подавшись вперёд, Невилл рубанул что есть силы — сталь прошла почти без сопротивления, будто просто рассекла воздух, и только вязкая взвесь капель, осевших на лицо, говорила о том, что он, кажется, не промахнулся. Обезглавленное тело рептилии покачнулось и расплело напружиненные кольца, грузно опускаясь на пол.
Противостояние расползлось по школе, превратившись из общей драки в бесконечную цепь индивидуальных стычек, и только в Большом зале месиво сражения ещё напоминало первые часы битвы, но и это уже скорее походило на несколько отдельных дуэлей. Люди устали, но каждый понимал, что перемирие невозможно; готовность идти до конца выливалось в отчаянность и безоглядную жестокую бескомпромиссность. Количество сражающихся почти выровнялось — фокус Снейпа с лестницами выбил из драки довольно много нападающих — но их всё равно оставалось больше, чем защитников.
Уверенным невербальным Родольфус отбросил от себя одного, оглушил второго… кажется, вон того молодого аврора сейчас достанут со спины — надо бы успеть упредить. Авада зелёным лучом перечёркивает пространство, противник падает — успел. Тот, которого оглушили, тем временем приходит в себя, и его подсечка находит цель — Родольфус спотыкается, почти падает, но всё же умудряется удержаться на ногах. Дальше уже дело техники — разворот, щит, режущее. Минус один.
Снейпово зелье отлично сработало — реакция вернулась в норму. Однако где же Рабастан? Почему его нет среди сражающихся?
Поначалу это Родольфуса не удивляло — наверху, очевидно, тоже кипела схватка, пусть и не такая многолюдная. Однако многие из детей, первоначально расставленных самим Родольфусом на этажах, теперь мелькали то тут, то там — ситуация наверху явно выровнялась.
А если так, то куда девался Лестрейндж-младший? Что его задержало? Здесь его помощь ох как пригодилась бы.
Недоумение по поводу отсутствия брата росло, сменяясь отчётливым беспокойством. Крутнувшись на каблуке и отбив ещё одну атаку, Родольфус выскочил в коридор и поспешил к боковой лестнице.
Тот злосчастный коридор попался ему не сразу — на площадке между этажами Родольфус наткнулся на троих школьников, бьющихся с тремя же пожирателями — молодыми, тоже вчерашними школьниками, наверное, — и пришлось ненадолго задержаться. Совсем ненадолго.
— Наверху ещё кто-нибудь есть? — отрывисто спросил он у запыхавшихся ребят, расправляясь с последним, самым опытным противником — с остальными справились без его помощи.
— Не знаю, — мотнул головой Дин Томас, приваливаясь к стене. Он сильно хромал — похоже, подвернул лодыжку на ступеньке. Лицо его было покрыто пылью и здорово исцарапано. Лаванда Браун, морщась, держалась рукой за правый бок — Лестрейндж так и не понял, ранение или просто усталость тому причиной.
— Отведите мистера Томаса в лазарет, и осторожнее внизу — там драка полным ходом. Лучше в обход, — бросил Родольфус, и, не дожидаясь ответа, побежал выше. Ещё один этаж — тишина, только развороченная колонна и часть стены. Ещё один, ещё…
А потом, прочёсывая очередной этаж, он свернул за угол и нашёл полусидящую у стены Тонкс — сперва она показалась ему мёртвой, но он почти сразу понял, что ошибся. Ранение было тяжёлым, но Тонкс дышала — тяжело и с присвистом, стараясь не шевелиться, чтобы не усиливать боль.
Страница 63 из 70
