Фандом: Гарри Поттер. После победы Волдеморта и полугода жизни в бегах, Гермиона решает сдаться.
Добавить в моё избранное
14 мин, 29 сек 9309
Краем сознания он помнил, что, вообще-то, у него была жена, но Нарцисса в последнее время всё чаще и чаще наведывалась во Францию, и у Люциуса не было сомнений, что скоро к нему в мэнор приедет её адвокат с бумагами на развод.
Признаться, он был бы только рад. Они сильно отдалились друг от друга, и от прежних отношений не осталось ни следа. Правда, это огорчало Драко, но тот молчал, за что Люциус был ему благодарен.
Билеты в театр на балет «Пер Гюнт» совершенно случайно попались ему под руку.
И вот он уже быстрым шагом идёт к кабинету Грейнджер — быстрее, быстрее, пока не мозг не очнулся, — и из-за двери явственно слышит рыдания.
Потом он что-то говорит, он уже не помнил, что именно, в его памяти осталась только хрупкая фигурка у шкафа с блестящими от слёз глазами и кривящимися губами. Платок, вода, и вот он уже держит её маленькую ладошку в своей, чувствуя аромат жасмина, которым пахнут её волосы.
А потом она прошептала своё имя, и Малфой понял, что ещё секунда — и он окончательно утонет в её глазах.
И он сбежал. Как последний трус. Как настоящий слизеринец.
Но теперь он был почти уверен — может, до симпатии к нему Гермионе ещё далеко, но вот безразличия уже нет и в помине.
И у неё остался его платок. А у него — два билета на балет.
Конечно, вряд ли это будет просто, но ведь надо поступать так, как велит сердце?
А многолетним принципам можно и изменить.
Признаться, он был бы только рад. Они сильно отдалились друг от друга, и от прежних отношений не осталось ни следа. Правда, это огорчало Драко, но тот молчал, за что Люциус был ему благодарен.
Билеты в театр на балет «Пер Гюнт» совершенно случайно попались ему под руку.
И вот он уже быстрым шагом идёт к кабинету Грейнджер — быстрее, быстрее, пока не мозг не очнулся, — и из-за двери явственно слышит рыдания.
Потом он что-то говорит, он уже не помнил, что именно, в его памяти осталась только хрупкая фигурка у шкафа с блестящими от слёз глазами и кривящимися губами. Платок, вода, и вот он уже держит её маленькую ладошку в своей, чувствуя аромат жасмина, которым пахнут её волосы.
А потом она прошептала своё имя, и Малфой понял, что ещё секунда — и он окончательно утонет в её глазах.
И он сбежал. Как последний трус. Как настоящий слизеринец.
Но теперь он был почти уверен — может, до симпатии к нему Гермионе ещё далеко, но вот безразличия уже нет и в помине.
И у неё остался его платок. А у него — два билета на балет.
Конечно, вряд ли это будет просто, но ведь надо поступать так, как велит сердце?
А многолетним принципам можно и изменить.
Страница 5 из 5
