После окончания Второй Мировой войны в штате Висконсин, США, произошло несколько случаев исчезновений людей без вести. Цепочка этих драматичных и, как полагала полиция, связанных между собой инцидентов, началась 1 мая 1947 г., когда пришедшая из школы 8-летняя Джорджия Веклер вышла из своего дома, чтобы погулять.
Добавить в моё избранное
41 мин, 4 сек 12575
Убедившись, что на ферме никого нет, шериф с заместителями решил объехать соседей Гейна. Все прекрасно знали, что несмотря на свой маленький рост и кажущуюся беззащитность Эдди был очень сильным мужчиной, способным выполнять самую тяжелую и изнурительную работу лучше многих признанных местных силачей. Окрестные фермеры частенько предоставляли Гейну работу и вполне могло оказаться, что он находился в тот момент у кого-то из них. На охоту Эд Гейн отправиться никак не мог: не составляло секрета, что он никогда не охотился, поскольку боялся вида крови. Вообще, сострадательность и доброта Гейна были известны многим, знавшим его; некоторые из фермеров даже приглашали Эдварда во время уборочной страды посидеть с их малолетними детьми.
Решение поискать Гейна у соседей оказалось на редкость продуктивным. Еще до 23.00 его старенький «ford» удалось обнаружить во дворе одной из соседских ферм. Эд Гейн после обильного ужина мирно спал в кабине машины. Он выглядел по-настоящему потрясенным, когда шериф растолкал его, а Фрэнк Уорден схватил за ворот и закричал в самое ухо:«Придурок! Куда ты увёз мою мать?!»
Эд Гейн был явно испуган и затравленно молчал. Начиная с этого момента он не проронил ни слова на протяжении более чем 30 часов; он не просил ни есть, ни пить, даже о необходимости выйти в туалет не заикался… На самом деле нетрудно понять, почему от так упорно молчал: неуместной фразой Гейн боялся спровоцировать бессудную расправу окружающих над собою.
Хозяева фермы рассказали шерифу, что Эд Гейн появился немногим позднее 21.00, поужинал и отправился спать в машину; ничего подозрительного в его поведении они не заметили.
Хотя Фрэнк Уорден и накричал на Гейна, обвиняя его в похищении матери, на самом деле никаких серьёзных оснований связывать её исчезновение именно с Эдвардом на тот момент не существовало. Интуиция и пара совпадений представлялись всё же малоубедительны и, как minimum, недостаточны для выдвижения столь серьёзного обвинения. По здравому рассуждению шериф Арт Шлей объявил о задержании Эда Гейна по подозрению в похищении кассового аппарата. Шериф распорядился, чтобы его помощник Арнольд Фриц отвёз задержанного в здание службы окружного шерифа и посадил его там под замок до утра. В силу очевидных соображений Шлей не хотел оставлять Фрэнка Уордена наедине с задержанным и потому конвоиром был назначен именно Фриц. Сам шериф в сопровождении Уордена решил поехать на ферму Гейна и поискать кассовый аппарат там.
Если бы только шериф мог предположить, что именно они увидят на ферме Эда Гейна, он никогда бы не взял с собой в эту поездку Фрэнка Уордена!
Надворные постройки фермы состояли из довольно большого деревянного двухэтажного дома, амбара (пустовавшего уже много лет), сарая для инструментов, курятника и пристроенной к дому летней кухни.
Бегло осмотрев сарай, курятник, амбар и не обнаружив там ничего подозрительного, Шлей и Уорден вошли в жилой дом. На первом его этаже находились большая гостиная, две спальни (дверь в одну из них оказалась не только запертой на замок, но и опечатанной сургучом; этот момент получил своё объяснение в дальнейшем) и кухня. Дверь на лестницу, ведущую на второй этаж, оказалась заколочена гвоздями.
Едва переступив порог дома, Шлей и Уорден почувствовали отвратительную смесь запахов. В стоялом воздухе холодного дома явственно чувствовалась вонь прокисшей пищи, грязного белья и разлагающейся плоти. Арт Шлей впоследствии признавался, что войдя в дом Гейна сразу подумал о крысах, сдохших под полом и за плинтусами после потравы. Это было обычное явление для домов в сельской местности. Шериф ходил по дому, частично освещённому неровным лунным светом, и периодически включал фонарик, рассматривая тёмные углы.
Кассового аппарата нигде не было видно.
Войдя в кухню, шериф и его помощник остановились у порога. Их внимание сразу же привлекло тело, подвешенное посреди помещения на веревках. Сначала каждый из них решил, что видит перед собою тушу оленя, но стоило осветить её фонарём, как стало ясно, что перед ними нагое женское тело. Причём выпотрошённое и без головы. Ещё через секунду Фрэнк Уорден опознал в подвешенном теле свою мать — Бернис.
Но увиденное оказалось отнюдь не единственным ужасным открытием, сделанным ими в те мгновения. В свете ручного фонаря Шлей и Уорден заметили в супнице, стоявшей на кухонном столе, почерневшие клёцки. При ближайшем рассмотрении стало ясно, что это никакие не клёцки, а тронутые разложением и частично мумифицированные человеческие носы. Их было четыре…
Шериф вывел из дома своего шокированного помощника и усадил в машину. По полицейской связи он обратился к шерифам соседних округов и в управление полиции штата с просьбой о помощи.
К тому моменту, когда к ферме Эдварда Гейна стали съезжаться автомашины службы шерифоф и полиции, Шлей сумел запустить дизель-генератор.
Решение поискать Гейна у соседей оказалось на редкость продуктивным. Еще до 23.00 его старенький «ford» удалось обнаружить во дворе одной из соседских ферм. Эд Гейн после обильного ужина мирно спал в кабине машины. Он выглядел по-настоящему потрясенным, когда шериф растолкал его, а Фрэнк Уорден схватил за ворот и закричал в самое ухо:«Придурок! Куда ты увёз мою мать?!»
Эд Гейн был явно испуган и затравленно молчал. Начиная с этого момента он не проронил ни слова на протяжении более чем 30 часов; он не просил ни есть, ни пить, даже о необходимости выйти в туалет не заикался… На самом деле нетрудно понять, почему от так упорно молчал: неуместной фразой Гейн боялся спровоцировать бессудную расправу окружающих над собою.
Хозяева фермы рассказали шерифу, что Эд Гейн появился немногим позднее 21.00, поужинал и отправился спать в машину; ничего подозрительного в его поведении они не заметили.
Хотя Фрэнк Уорден и накричал на Гейна, обвиняя его в похищении матери, на самом деле никаких серьёзных оснований связывать её исчезновение именно с Эдвардом на тот момент не существовало. Интуиция и пара совпадений представлялись всё же малоубедительны и, как minimum, недостаточны для выдвижения столь серьёзного обвинения. По здравому рассуждению шериф Арт Шлей объявил о задержании Эда Гейна по подозрению в похищении кассового аппарата. Шериф распорядился, чтобы его помощник Арнольд Фриц отвёз задержанного в здание службы окружного шерифа и посадил его там под замок до утра. В силу очевидных соображений Шлей не хотел оставлять Фрэнка Уордена наедине с задержанным и потому конвоиром был назначен именно Фриц. Сам шериф в сопровождении Уордена решил поехать на ферму Гейна и поискать кассовый аппарат там.
Если бы только шериф мог предположить, что именно они увидят на ферме Эда Гейна, он никогда бы не взял с собой в эту поездку Фрэнка Уордена!
Надворные постройки фермы состояли из довольно большого деревянного двухэтажного дома, амбара (пустовавшего уже много лет), сарая для инструментов, курятника и пристроенной к дому летней кухни.
Бегло осмотрев сарай, курятник, амбар и не обнаружив там ничего подозрительного, Шлей и Уорден вошли в жилой дом. На первом его этаже находились большая гостиная, две спальни (дверь в одну из них оказалась не только запертой на замок, но и опечатанной сургучом; этот момент получил своё объяснение в дальнейшем) и кухня. Дверь на лестницу, ведущую на второй этаж, оказалась заколочена гвоздями.
Едва переступив порог дома, Шлей и Уорден почувствовали отвратительную смесь запахов. В стоялом воздухе холодного дома явственно чувствовалась вонь прокисшей пищи, грязного белья и разлагающейся плоти. Арт Шлей впоследствии признавался, что войдя в дом Гейна сразу подумал о крысах, сдохших под полом и за плинтусами после потравы. Это было обычное явление для домов в сельской местности. Шериф ходил по дому, частично освещённому неровным лунным светом, и периодически включал фонарик, рассматривая тёмные углы.
Кассового аппарата нигде не было видно.
Войдя в кухню, шериф и его помощник остановились у порога. Их внимание сразу же привлекло тело, подвешенное посреди помещения на веревках. Сначала каждый из них решил, что видит перед собою тушу оленя, но стоило осветить её фонарём, как стало ясно, что перед ними нагое женское тело. Причём выпотрошённое и без головы. Ещё через секунду Фрэнк Уорден опознал в подвешенном теле свою мать — Бернис.
Но увиденное оказалось отнюдь не единственным ужасным открытием, сделанным ими в те мгновения. В свете ручного фонаря Шлей и Уорден заметили в супнице, стоявшей на кухонном столе, почерневшие клёцки. При ближайшем рассмотрении стало ясно, что это никакие не клёцки, а тронутые разложением и частично мумифицированные человеческие носы. Их было четыре…
Шериф вывел из дома своего шокированного помощника и усадил в машину. По полицейской связи он обратился к шерифам соседних округов и в управление полиции штата с просьбой о помощи.
К тому моменту, когда к ферме Эдварда Гейна стали съезжаться автомашины службы шерифоф и полиции, Шлей сумел запустить дизель-генератор.
Страница 3 из 12
