Восковые фигуры или ночь с убийцами

— Я, однако, поставлю вам одно условие. Курить у нас запрещено. Как раз перед вашим приходом кому-то показалось, что в Логове Убийц начался пожар. Я не знаю, что было тому причиной, но тревога оказалась ложной. К счастью, внизу находилось мало людей и удалось обойтись без паники. А теперь, если вы не возражаете, в путь.

Следуя за управляющим, Хьюсон прошел через полдюжины залов, где служители укрывали на ночь королей и королев Великобритании, генералов и выдающихся политиков прошлого и настоящего — всех тех, кому добрая репутация или дурная слава обеспечили бессмертие, в том числе и такого рода. Всего один раз управляющий остановился, чтобы попросить служителя принести в Логово Убийц кресло.

— Это единственное, что мы можем сделать для вас, мистер Хьюсон, — сказал он.

А после по лестнице, которая была освещена тусклыми лампами, они спустились в подвал и попали в длинный коридор, где были расположены средневековые орудия пыток: дыба, доставленная из какого-то замка, кандалы, тиски для зажима пальцев и другие свидетельства жестокого обращения человека с человеком.

А уж коридор вывел их в Логово Убийц, со сводчатым потолком, с рассеянным светом ламп за матовыми стеклами. И атмосфера, и оформление этой комнаты невольно вынуждали посетителей переходить на шепот. Что-то было в ней от часовни, но часовни, в которой больше не молятся Богу, но превозносят порок.

Восковые фигуры стояли на низких постаментах, с табличками у ног. Будь они в другом месте, а их прототипы менее известны, их удостоили бы лишь мимолетного взгляда, отметив разве что убогость одежды.

Недавние знаменитости соседствовали в Логове с «героями» былых времен. Тартелл, убийца Уэйра, молодой Вайотерс, Лефрой, Чарлз Пис, со злой ухмылкой щурящийся через проход на Нормана Торна.

Управляющий, шагавший рядом с гостем, показывал на наиболее выдающихся представителей этого отребья.

— Это Криппен. Полагаю, вы узнали его. Какой маленький, никчемный, кажется, не сможет раздавить и червя. А это Армстронг. С виду приличный джентльмен, не так ли? А вот старик Вакейр. Его ни с кем не спутать из-за бороды. И разумеется…

— Кто это? — прошептал Хьюсон, вытянув руку.

— О, я как раз намеревался познакомить вас с ним, — так же тихо ответил управляющий. — Подойдите поближе и присмотритесь внимательнее. Это наша достопримечательность. Единственный из всех, кто не был повешен.

Фигура, на которую указал Хьюсон, представляла собой невысокого, в 5 футов, мужчину хрупкого телосложения. С усиками, в больших очках, в пальто с капюшоном. Хьюсон не мог сказать, что именно в этом лице так подействовало на него, но он отступил на шаг и лишь немалым усилием воли вновь заставил себя взглянуть в восковое лицо.

— Но кто он?

— Доктор Бордетт.

Хьюсон покачал головой.

— Кажется, я слышал эту фамилию, но не помню, в какой связи.

Управляющий улыбнулся.

— Будь вы французом, вспомнили бы. В одно время он наводил ужас на весь Париж. Днем лечил людей, а по ночам резал глотки. Убивал только потому, что сам процесс доставлял ему несказанное удовольствие. И всегда одинаково — бритвой по горлу. В конце концов он оставил на месте преступления важную улику, и полиции-таки удалось выследить его. Перед вами парижский Джек Потрошитель, совершивший столько преступлений, что их хватит на десяток смертных приговоров. Но наш приятель сумел перехитрить «фараонов». Почувствовав, что кольцо все больше сжимается, он таинственно исчез, и с того времени его безуспешно разыскивает полиция всех цивилизованных стран. И сейчас все склоняются к выводу, что он покончил с собой, но сделал все необходимое, чтобы тело не было обнаружено. После того, как он исчез, было совершено одно или два аналогичных преступления, но эксперты считают, что это дело рук подражателей, а сам Бордетт мертв. Как видите, последователи есть не только у знаменитых художников, но и у убийц.

Хьюсон пожал плечами, переступил с ноги на ногу.

— Мне он очень не нравится, — признался он, — Бр-р-р. Какие у него глаза!

— Да, фигура эта — наш маленький шедевр. Глаза буквально впиваются в вас, не так ли? Вот уж реализм чистейшей воды, ибо Бордетт лечил в том числе и гипнозом и, по мнению полицейских, гипнотизировал свои жертвы, прежде чем разделаться с ними. Действительно, если б не гипноз, как такой карлик мог бы справиться с людьми нормального роста? Ведь жертвы его никогда не сопротивлялись.

— Мне показалось, он шевельнулся, — голос Хьюсона дрогнул.

Управляющий улыбнулся.

— Оптическая иллюзия, я полагаю, не последняя, которую вам доведется увидеть, раз уж вы решили провести тут ночь. Дверь останется открытой. Если вам тут наскучит, поднимитесь наверх. Ночные дежурные составят вам компанию. Не переживайте, если услышите, как они ходят по залам. К сожалению, с освещением в Логове туго. И так горят все лампы.