Впервые в отечественной истории выражение «Тайная канцелярия» («Канцелярия тайных дел») было применено Петром Первым к небольшой комиссии, состоявшей из 4 членов при одном председателе, которой в 1718 г. надлежало расследовать дело о заговоре Цесаревича Алексея. По замыслу Монарха после всестороннего изучения этого дела новое учреждение следовало упразднить.
Добавить в моё избранное
17 мин, 54 сек 11718
Допрашиваемого, подвешенного на дыбе, начинали пороть кнутом. Несмотря на то, что обычно давалось от 5 до 15 ударов, процедура эта тоже оказывалась не очень скорой. Дело в том, что после каждого удара«язык» кнута требовалось насухо вытереть от крови; намокший«язык» терял свою жесткость и делался неэффективен. Именно по этой причине через каждые 12 — 15 ударов«язык» кнута переменяли: старый выбрасывали и привязывали новый.
В целом время пребывания допрашиваемого на дыбе и количество ударов кнута было сугубо индивидуальным и определялось его возрастом и состоянием здоровья. Обычно, до начала порки человеку давали повисеть на дыбе около четверти часа, после чего наносилось до 15 ударов кнутом. Ювелир Рокентин, пытанный лично Петром Первым, получил на дыбе 25 ударов; это уже считалось чрезмерной пыткой. Егор Столетов, во время следствия в 1736 г. висел на дыбе 1 час, после чего получил 15 ударов кнутом и был оставлен висеть еще на 45 минут. Такие страдания описанию не поддаются! Но это были наказания все же исключительные по своей тяжести. Обычно палаческая жестокость не простиралась так далеко. Пожилой Степан Васильевч Лопухин при допросе 17 августа 1743 г. провисел на дыбе 10 минут, и хотя прежних своих показаний не изменил, порке кнутом не подвергался. Сын его — Иван Степанович — перенес мучения много большие: во время первой пытки он получил 11 ударов кнутом, а второй — 9.
В процессе вытягивания на дыбе плечи выходили из суставных сумок, причиняя тяжелые мучения человеку. После снятия с «виски» врач вправлял суставы на место (делалось это, разумеется, совсем не так, как показано в американсокм фильме«Смертельное оружие», в котором Мэл Гибсон сам себе вправляет плечо ударом о стену; на самом деле плечевой сустав принудительно возвращается на место круговым движением локтя и даже опытный человек сам себе вправить плечо не сможет). Даже при благоприятном исходе пытки, т. е. в случае отсутствия разрывов связок и внутреннего кровотечения, суставы болели еще очень долгое время, напоминая о себе при попытке совершения даже простейших действий.
б) Т и с к и. Если дыба не калечила человека (по крайней мере теоретически), то тиски рассматривались именно как «увечный инструмент». К пытке тисками переходили в тех случаях, когда дыба признавалась неэффективным инструментом дознания, т. е. тиски считались пыткой более тяжелой. Конструктивно тиски представляли собой три металлических полосы длиною до полуаршина (т. е. 30 — 35 см.), соединенные сквозным винтом. Движением гайки по винту пластины либо стягивались, либо напротив — раздвигались. В один из зазоров между полосами закладывались большие пальцы ног, а в другой — большие пальцы рук пытаемого.
Технология использования этого инструмента в докладе Императрице Елизавете от 1754 г. была описана так: тиски «… свинчиваются до тех пор, пока или (обвиняемый) повинится, или не можно будет больше жать перстов и винт не будет действовать». Нетрудно догадаться, что при использовании рычага винт на тисках можно было затянуть очень сильно. Результат такой пытки представить несложно: расплющенные фаланги пальцев, раздробленные суставы, почерневшие отваливающиеся ногти. Человек с такими травмами пальцев ног вряд ли уже мог когда — либо обуть сапоги с узкими носами и уж точно не мог больше бегать и прыгать. Вместе с тем, пытаемый сохранял способность держать в руке перо и писать — весьма примечательная предусмотрительность палачей!
в) С д а в л е н и е г о л о в ы. В том случае, если применение тисков считалось неэффективным, палачи «Тайной канцелярии» переходили к сдавлению головы веревкой.
В упоминавшемся выше докладе 1754 г. на Высочайшее имя эта пытка была описана следующим образом: «Наложа на голову веревку и просунув кляп, вертят так, что оной (т. е. допрашиваемый) изумленным бывает». Эпитет «изумленный» не должен вводить в заблуждение; на языке 18 — го столетия он означал обморок. Сильное сдавлнение головы приводило к росту внутричерепного давления, что могло повлечь за собой очень тяжелые последствия: инсульт, слепоту, глухоту, потерю речи и т. п. Временную потерю сознания без каких — либо выраженных последствий м. б. считать благоприятным исходом такой пытки.
г) П о л и в а н и е х о л о д н о й в о д о й. Самая изощренная из всех пыток. Обездвиженного человека помещали под мерно капающей ледяной водой; заранее обритая голова фиксировалась таким образом, чтобы падение капель приходилось строго на темя. Автор признает, что ему не известен ни один документ, в котором бы описывалось применение этой пытки на практике. Ни в одном из сколь — нибудь известных процессов 18 — го столетия такой способ пытки не применялся.
Однако, в упомянутом вышедокладе 1754 г. «поливание холодной водой» фигурирует как заключительное, завершающее испытание. Очевидно, какие — то преданияоб этой пытке внутри«Тайной канцелярии» в то время еще сохранялись.
В принципе, несложно представить механизм воздействия на человека, который реализовывался в этой пытке.
В целом время пребывания допрашиваемого на дыбе и количество ударов кнута было сугубо индивидуальным и определялось его возрастом и состоянием здоровья. Обычно, до начала порки человеку давали повисеть на дыбе около четверти часа, после чего наносилось до 15 ударов кнутом. Ювелир Рокентин, пытанный лично Петром Первым, получил на дыбе 25 ударов; это уже считалось чрезмерной пыткой. Егор Столетов, во время следствия в 1736 г. висел на дыбе 1 час, после чего получил 15 ударов кнутом и был оставлен висеть еще на 45 минут. Такие страдания описанию не поддаются! Но это были наказания все же исключительные по своей тяжести. Обычно палаческая жестокость не простиралась так далеко. Пожилой Степан Васильевч Лопухин при допросе 17 августа 1743 г. провисел на дыбе 10 минут, и хотя прежних своих показаний не изменил, порке кнутом не подвергался. Сын его — Иван Степанович — перенес мучения много большие: во время первой пытки он получил 11 ударов кнутом, а второй — 9.
В процессе вытягивания на дыбе плечи выходили из суставных сумок, причиняя тяжелые мучения человеку. После снятия с «виски» врач вправлял суставы на место (делалось это, разумеется, совсем не так, как показано в американсокм фильме«Смертельное оружие», в котором Мэл Гибсон сам себе вправляет плечо ударом о стену; на самом деле плечевой сустав принудительно возвращается на место круговым движением локтя и даже опытный человек сам себе вправить плечо не сможет). Даже при благоприятном исходе пытки, т. е. в случае отсутствия разрывов связок и внутреннего кровотечения, суставы болели еще очень долгое время, напоминая о себе при попытке совершения даже простейших действий.
б) Т и с к и. Если дыба не калечила человека (по крайней мере теоретически), то тиски рассматривались именно как «увечный инструмент». К пытке тисками переходили в тех случаях, когда дыба признавалась неэффективным инструментом дознания, т. е. тиски считались пыткой более тяжелой. Конструктивно тиски представляли собой три металлических полосы длиною до полуаршина (т. е. 30 — 35 см.), соединенные сквозным винтом. Движением гайки по винту пластины либо стягивались, либо напротив — раздвигались. В один из зазоров между полосами закладывались большие пальцы ног, а в другой — большие пальцы рук пытаемого.
Технология использования этого инструмента в докладе Императрице Елизавете от 1754 г. была описана так: тиски «… свинчиваются до тех пор, пока или (обвиняемый) повинится, или не можно будет больше жать перстов и винт не будет действовать». Нетрудно догадаться, что при использовании рычага винт на тисках можно было затянуть очень сильно. Результат такой пытки представить несложно: расплющенные фаланги пальцев, раздробленные суставы, почерневшие отваливающиеся ногти. Человек с такими травмами пальцев ног вряд ли уже мог когда — либо обуть сапоги с узкими носами и уж точно не мог больше бегать и прыгать. Вместе с тем, пытаемый сохранял способность держать в руке перо и писать — весьма примечательная предусмотрительность палачей!
в) С д а в л е н и е г о л о в ы. В том случае, если применение тисков считалось неэффективным, палачи «Тайной канцелярии» переходили к сдавлению головы веревкой.
В упоминавшемся выше докладе 1754 г. на Высочайшее имя эта пытка была описана следующим образом: «Наложа на голову веревку и просунув кляп, вертят так, что оной (т. е. допрашиваемый) изумленным бывает». Эпитет «изумленный» не должен вводить в заблуждение; на языке 18 — го столетия он означал обморок. Сильное сдавлнение головы приводило к росту внутричерепного давления, что могло повлечь за собой очень тяжелые последствия: инсульт, слепоту, глухоту, потерю речи и т. п. Временную потерю сознания без каких — либо выраженных последствий м. б. считать благоприятным исходом такой пытки.
г) П о л и в а н и е х о л о д н о й в о д о й. Самая изощренная из всех пыток. Обездвиженного человека помещали под мерно капающей ледяной водой; заранее обритая голова фиксировалась таким образом, чтобы падение капель приходилось строго на темя. Автор признает, что ему не известен ни один документ, в котором бы описывалось применение этой пытки на практике. Ни в одном из сколь — нибудь известных процессов 18 — го столетия такой способ пытки не применялся.
Однако, в упомянутом вышедокладе 1754 г. «поливание холодной водой» фигурирует как заключительное, завершающее испытание. Очевидно, какие — то преданияоб этой пытке внутри«Тайной канцелярии» в то время еще сохранялись.
В принципе, несложно представить механизм воздействия на человека, который реализовывался в этой пытке.
Страница 4 из 6
