Португалия, год 1925. Положение в этой стране на протяжении всех послевоенных лет можно было бы смело назвать устойчиво плохим. Экономическая депрессия европейских государств, обусловленная итогами 1 — й Мировой войны (распад крупнейших монархий, передел границ и зон влияния, цепь революций и гражданских войн, миграция населения, ослабление почти всех мировых валют и пр.), самым непосредственным образом отразилась на этой небольшой аграрной стране.
Добавить в моё избранное
38 мин, 59 сек 12427
Обвиняемых защищали 15 адвокатов. Суд, в составе 7 судей, возглавлял Верховный судья Симао Жозе.
Совершенный в 1926 г. государственный переворот привел к власти военных, ориентированных на набиравшее силу в Европе фашистское движение. Борьба по наведению порядка в стране для Артура Рейса и его подельников означало то, что если на момент ареста самая суровая статья из списка обвинения грозила им 3 годами тюрьмы, то теперь этот срок возрастал до 25 лет.
Поэтому всем было ясно, что борьба предстоит самая ожесточенная.
В первый же день процесса Верховный судья Симао Жозе обратился к Артуру Рейсу со словами: «Ваше Превосходительство»… Государственный обвинитель, возмущенный сверх меры, заявил протест и Верховному судье пришлось извиниться. Инциндент дал пищу для многочисленных газетных публикаций — от недоумевающих, до откровенно издевательских.
Процесс длился почти полтора месяца. Были опрошены 85 свидетелей, заслушаны результаты 8 экспертиз.
Кульминацией процесса, безусловно, следует считать пятичасовую речь Артура Рейса. Понимая, что отрицать существование сговора становится уже откровенно неумным, А. Рейс заявил, что помощников у него было два — Карел Маранг и Адольф Хеннис — да и то, оба они до конца не понимали смысла затеянной комбинации. Карел Маранг уже отбыл наказание, определенное гаагским судом, и не мог быть судим вторично. А. Хеннис по — прежнему оставался неуловим для европейской полиции. Так что Артур Рейс никому особенно не вредил, делая свое заявление. Своих же соседей по скамье подсудимых он называл «слепыми участниками», выгораживая их тем самым и принижая их вину. Рассматривая собственную деятельность, Артур Рейс заявил, что не преследовал цель личного обогащения, а стремился всего лишь оживить экономику Португалии и Анголы. Он упомянул о том, что следуя букве закона, денежная эмиссия Банка Португалии была столь же незаконна, что и организованная им самим. И на скамье подсудимых рядом с ним должны находиться все члены Правление Банка, а также высшие чиновники Министерства финансов, чья безответственная политика насыщала экономику все более обесценивающимися деньгами.
Следует заметить, что от этой точки зрения А. Рейс так и не отошел. Впоследствии во всех своих заявлениях и интервью он так или иначе обыгрывал собственные тезисы.
Приговор был оглашен 19 июня 1930 г. Все обвиняемые были признаны виновными и получили различные срока тюремного заключения и последующего поражения в правах. Наиболее тяжелые приговоры ждали Артура Виргилио Альвеса Рейса, Адольфа Хенниса и Жозе душ Сантуш Бандейра; каждый из них был приговорен к 8 годам заключения в каторжной тюрьме и 12 годам ссылки в колонии. Суд разрешил при желании приговоренных заменить данное наказание 25 годами ссылки в колонии.
Завершая изложение обстоятельств этого уголовного дела, следует упомянуть о судьбе сэра В. Ватерлоу. Фирма, которую он возглавлял, подверглась судебному преследованию со стороны английских властей. Хотя в июле 1927 г. сэр В. Ватерлоу ушел с поста директора компании, которую с этого момента возглавил его племянник, это не избавило фирму он тяжелых исков. Суть предъявленных обвинений сводилась к тому, что «Waterlow & sons» нарушила договор с Правительством Португалии и не обеспечила ответственного хранения типографских пластин, в результате чего оказалось возможным их использование без санкции владельца. Фирма наняла известнейших английских юристов — советников Королевского суда Н. Биркета, А. Бенсли Уэлса, Т. Тарнера — которые клятвенно заверили владельцев компании, что сумеют отбить все предъявленные обвинения, но Верховный суд Англии и Уэльса 12 января 1931 г. приговорил«Waterlow & sons» к уплате 569 421 фунтов стерлингов Банку Португалии.
На этот приговор была подана аппеляция, после пересмотра дела в марте того же года штраф был уменьшен до 300 000 фунтов стерлингов. Тут уже возмутилась португальская сторона и последовало обращение в палату лордов — высшую инстанцию, могущую принимать решения по судебным делам.
Сэр В. Ватерлоу, как уже упоминалось, присутствовал на всех процессах, так или иначе связанных с «деньгами для Анголы», везде давал показания как свидетель и подвергался перекрестному допросу. Все это, безусловно, было тяжелым испытанием для его здоровья. В возрасте 60 лет он скончался; произошло это 6 июля 1931 г. Окончательного решения палаты лордов он так и не узнал.
В конце — концов, компания «Waterlow & sons» была признана виновной в ненадлежащем исполнении договора с Банком Португалии в части, касающейся ответственного хранения типографских пластин, и на этом основании была приговорена к уплате штрафа в 920 000 фунтов стерлингов. Из этой суммы 610 392 фунтов стерлингов надлежало перечислить Банку Португалии, остальная часть шла на погашение судебных издержек в судах всех инстанций, где слушалось это дело.
Совершенный в 1926 г. государственный переворот привел к власти военных, ориентированных на набиравшее силу в Европе фашистское движение. Борьба по наведению порядка в стране для Артура Рейса и его подельников означало то, что если на момент ареста самая суровая статья из списка обвинения грозила им 3 годами тюрьмы, то теперь этот срок возрастал до 25 лет.
Поэтому всем было ясно, что борьба предстоит самая ожесточенная.
В первый же день процесса Верховный судья Симао Жозе обратился к Артуру Рейсу со словами: «Ваше Превосходительство»… Государственный обвинитель, возмущенный сверх меры, заявил протест и Верховному судье пришлось извиниться. Инциндент дал пищу для многочисленных газетных публикаций — от недоумевающих, до откровенно издевательских.
Процесс длился почти полтора месяца. Были опрошены 85 свидетелей, заслушаны результаты 8 экспертиз.
Кульминацией процесса, безусловно, следует считать пятичасовую речь Артура Рейса. Понимая, что отрицать существование сговора становится уже откровенно неумным, А. Рейс заявил, что помощников у него было два — Карел Маранг и Адольф Хеннис — да и то, оба они до конца не понимали смысла затеянной комбинации. Карел Маранг уже отбыл наказание, определенное гаагским судом, и не мог быть судим вторично. А. Хеннис по — прежнему оставался неуловим для европейской полиции. Так что Артур Рейс никому особенно не вредил, делая свое заявление. Своих же соседей по скамье подсудимых он называл «слепыми участниками», выгораживая их тем самым и принижая их вину. Рассматривая собственную деятельность, Артур Рейс заявил, что не преследовал цель личного обогащения, а стремился всего лишь оживить экономику Португалии и Анголы. Он упомянул о том, что следуя букве закона, денежная эмиссия Банка Португалии была столь же незаконна, что и организованная им самим. И на скамье подсудимых рядом с ним должны находиться все члены Правление Банка, а также высшие чиновники Министерства финансов, чья безответственная политика насыщала экономику все более обесценивающимися деньгами.
Следует заметить, что от этой точки зрения А. Рейс так и не отошел. Впоследствии во всех своих заявлениях и интервью он так или иначе обыгрывал собственные тезисы.
Приговор был оглашен 19 июня 1930 г. Все обвиняемые были признаны виновными и получили различные срока тюремного заключения и последующего поражения в правах. Наиболее тяжелые приговоры ждали Артура Виргилио Альвеса Рейса, Адольфа Хенниса и Жозе душ Сантуш Бандейра; каждый из них был приговорен к 8 годам заключения в каторжной тюрьме и 12 годам ссылки в колонии. Суд разрешил при желании приговоренных заменить данное наказание 25 годами ссылки в колонии.
Завершая изложение обстоятельств этого уголовного дела, следует упомянуть о судьбе сэра В. Ватерлоу. Фирма, которую он возглавлял, подверглась судебному преследованию со стороны английских властей. Хотя в июле 1927 г. сэр В. Ватерлоу ушел с поста директора компании, которую с этого момента возглавил его племянник, это не избавило фирму он тяжелых исков. Суть предъявленных обвинений сводилась к тому, что «Waterlow & sons» нарушила договор с Правительством Португалии и не обеспечила ответственного хранения типографских пластин, в результате чего оказалось возможным их использование без санкции владельца. Фирма наняла известнейших английских юристов — советников Королевского суда Н. Биркета, А. Бенсли Уэлса, Т. Тарнера — которые клятвенно заверили владельцев компании, что сумеют отбить все предъявленные обвинения, но Верховный суд Англии и Уэльса 12 января 1931 г. приговорил«Waterlow & sons» к уплате 569 421 фунтов стерлингов Банку Португалии.
На этот приговор была подана аппеляция, после пересмотра дела в марте того же года штраф был уменьшен до 300 000 фунтов стерлингов. Тут уже возмутилась португальская сторона и последовало обращение в палату лордов — высшую инстанцию, могущую принимать решения по судебным делам.
Сэр В. Ватерлоу, как уже упоминалось, присутствовал на всех процессах, так или иначе связанных с «деньгами для Анголы», везде давал показания как свидетель и подвергался перекрестному допросу. Все это, безусловно, было тяжелым испытанием для его здоровья. В возрасте 60 лет он скончался; произошло это 6 июля 1931 г. Окончательного решения палаты лордов он так и не узнал.
В конце — концов, компания «Waterlow & sons» была признана виновной в ненадлежащем исполнении договора с Банком Португалии в части, касающейся ответственного хранения типографских пластин, и на этом основании была приговорена к уплате штрафа в 920 000 фунтов стерлингов. Из этой суммы 610 392 фунтов стерлингов надлежало перечислить Банку Португалии, остальная часть шла на погашение судебных издержек в судах всех инстанций, где слушалось это дело.
Страница 11 из 12
