Португалия, год 1925. Положение в этой стране на протяжении всех послевоенных лет можно было бы смело назвать устойчиво плохим. Экономическая депрессия европейских государств, обусловленная итогами 1 — й Мировой войны (распад крупнейших монархий, передел границ и зон влияния, цепь революций и гражданских войн, миграция населения, ослабление почти всех мировых валют и пр.), самым непосредственным образом отразилась на этой небольшой аграрной стране.
Добавить в моё избранное
38 мин, 59 сек 12421
Взяв выписку депозитария о состоянии своего счета, он явился в лиссабонский офис«Амбако», где представился новым хозяином компании и на правах такового перевел со счета компании 35 тыс. $ в Нью — Йорк, для покрытия чека. «Амбако» получила неделей раньше заем в 100 тыс. $ от правительства Португалии и на него — то Артур Рейс и наложил лапу. На оставшиеся 65 тыс. $ он в течение нескольких дней докупил контрольный пакет«South Angola mining co.» Т. о. получалось, что этот молодой человек, практически не нарушая закон и не вкладывая собственных денег, сумел стать владельцем двух весьма крупных компаний, работавших в Африке. В июле 1924 г. Артура Рейса, правда, арестовывали и он два месяца провел в следственной тюрьме г. Порту.«Амбако» обвинял своего нового хозяина в нецелевом расходовании государственного кредита (как это нам знакомо! как это ласкает слух жителей России на 9 — м году экономических реформ!), а«Bank of New — York» требовал возврата еще 5 тыс $. Но Артур Рейс с честью вышел из неприятной ситуации, уладив все конфликты и сняв с себя все обвинения.
Другой учредитель «Банка Анголы и метрополии» — Жозе душ Сантуш Бандейра — имел откровенно криминальное прошлое. Хотя он и был старше А. Рейса на 14 лет, ума своего молодого компаньона не имел. Отправившись в начале века в Бразилию, этот герой попал там в тюрьму на 7 лет с целым букетом доказанных статей обвинения — ограбление со взломом, укрывательство краденного, спекуляция спирным. После возвращения в Португалию он неоднократно попадал под полицейские расследования, но его всякий раз спасали отец, крупный землевладелец, и старший брат, делавший неплохую дипломатическую карьеру. Последний, кстати, в 1924 г. уже был Генеральным консулом Португалии в г. Гааге.
Никто из учредителей «Банка Анголы и метрополии» не имел необходимого для финансиста образования. Члены Совета Банка Португалии понимали, что это не те люди, которых следовало пускать в серьезный бизнес, но формальных причин для отказа в выдаче лицензии на банковскую деятельность, не существовало. Поэтому после двух аппеляций учредителей, Совет выдал им 15 июня 1925 г. запрашиваемую лицензию.
Из документов, которыми распологал Банк Португалии, было совершенно непонятно, каким образом и из каких денег может быть оплачен уставной капитал нового банка. Очевидно было, что никто из учредителей не мог иметь на законных основаниях сумму близкую к 20 млн. эскудо. Но не в этом Управляющий Банком Португалии увидел главную опасность. Больше всего К. Родригеса встревожил тот факт, что А. Рейс направил ресурсы созданного им банка на тайную скупку голосующих акций Банка Португалии. Это указывало на попытку повторения трюка, проделанного однажды с «Амбако» — стать незаметно хозяином положения, а потом свалиться как снег на голову и заявить о своих требованиях. Банк Португалии, эмиссионный центр целой страны, мог в одночасье стать личным банком г-на Артура Рейса. Понятно, что это могло привести к параличу всей финансовой и экономической жизни в стране.
Комачо Родригес, собрав Правление Банка Португалии, изложил полученную им информацию. Единогласно было принято решение об изъятии из обращения всех банкнот номиналом 500 эскудо. 7 декабря 1925 г. португальские вечерние газеты вышли с заявлениями государственного банка, потрясшими всю страну: «… до 22 декабря необходимо в любом банке обменять имеющиеся на руках 500 — эскудовые банкноты на любые другие». В заявлении упоминались арестованные Артур Рейс и Адриано Сильва.
Прочитав эти фамилии, к министру юстиции обратился посол Венесуэлы в Португалии граф Симон Планес — Суарес. Он сообщил о том, что знаком с этими людьми через генконсула Португалии в Гааге Антонио Карлуша душ Сантуша, старшего брата Ж. Бандейра. Более того, по их просьбе он только что привез из Нидерландов два чемодана с «конфиденциальными материалами»; эти чемоданы находятся в его доме в г. Лиссабоне. Полицейские, приехавшие в ночь на 8 декабря 1925 г. в дом посла, обнаружили два чемодана заполненных банкнотами в 500 эскудо. Граф признался, что за их перевозку в своем багаже, т. е. без таможенного досмотра, он д. б. получить 200 тыс. эскудо.
Главным результатом ночной конфискации явилось то, что отпали все сомнения в зарубежном происхождении банкнот. Также стало очевидно, что А. Рейс и А. Сильва были прекрасно обо всем осведомлены.
Управляющий Банком Португалии на совещании Кабинета Министров 8 декабря 1925 г. сделал доклад о первых результатах расследования. Вместе с ним на этом совещании выступили министры юстиции и внутренних дел. Общее мнение можно было бы сформулировать предельно кратко — налицо заговор. Было принято решение объявить посла Венесуэлы в Португалии «персоной нон — грата», а генконсула Португалии а Гааге — отозвать.
Уже 9 декабря 1925 г. все крупнейшие европейские газеты разнесли по свету весть о новом этапе большевистского всемирного заговора — экономическом подрыве стран свободного мира.
Другой учредитель «Банка Анголы и метрополии» — Жозе душ Сантуш Бандейра — имел откровенно криминальное прошлое. Хотя он и был старше А. Рейса на 14 лет, ума своего молодого компаньона не имел. Отправившись в начале века в Бразилию, этот герой попал там в тюрьму на 7 лет с целым букетом доказанных статей обвинения — ограбление со взломом, укрывательство краденного, спекуляция спирным. После возвращения в Португалию он неоднократно попадал под полицейские расследования, но его всякий раз спасали отец, крупный землевладелец, и старший брат, делавший неплохую дипломатическую карьеру. Последний, кстати, в 1924 г. уже был Генеральным консулом Португалии в г. Гааге.
Никто из учредителей «Банка Анголы и метрополии» не имел необходимого для финансиста образования. Члены Совета Банка Португалии понимали, что это не те люди, которых следовало пускать в серьезный бизнес, но формальных причин для отказа в выдаче лицензии на банковскую деятельность, не существовало. Поэтому после двух аппеляций учредителей, Совет выдал им 15 июня 1925 г. запрашиваемую лицензию.
Из документов, которыми распологал Банк Португалии, было совершенно непонятно, каким образом и из каких денег может быть оплачен уставной капитал нового банка. Очевидно было, что никто из учредителей не мог иметь на законных основаниях сумму близкую к 20 млн. эскудо. Но не в этом Управляющий Банком Португалии увидел главную опасность. Больше всего К. Родригеса встревожил тот факт, что А. Рейс направил ресурсы созданного им банка на тайную скупку голосующих акций Банка Португалии. Это указывало на попытку повторения трюка, проделанного однажды с «Амбако» — стать незаметно хозяином положения, а потом свалиться как снег на голову и заявить о своих требованиях. Банк Португалии, эмиссионный центр целой страны, мог в одночасье стать личным банком г-на Артура Рейса. Понятно, что это могло привести к параличу всей финансовой и экономической жизни в стране.
Комачо Родригес, собрав Правление Банка Португалии, изложил полученную им информацию. Единогласно было принято решение об изъятии из обращения всех банкнот номиналом 500 эскудо. 7 декабря 1925 г. португальские вечерние газеты вышли с заявлениями государственного банка, потрясшими всю страну: «… до 22 декабря необходимо в любом банке обменять имеющиеся на руках 500 — эскудовые банкноты на любые другие». В заявлении упоминались арестованные Артур Рейс и Адриано Сильва.
Прочитав эти фамилии, к министру юстиции обратился посол Венесуэлы в Португалии граф Симон Планес — Суарес. Он сообщил о том, что знаком с этими людьми через генконсула Португалии в Гааге Антонио Карлуша душ Сантуша, старшего брата Ж. Бандейра. Более того, по их просьбе он только что привез из Нидерландов два чемодана с «конфиденциальными материалами»; эти чемоданы находятся в его доме в г. Лиссабоне. Полицейские, приехавшие в ночь на 8 декабря 1925 г. в дом посла, обнаружили два чемодана заполненных банкнотами в 500 эскудо. Граф признался, что за их перевозку в своем багаже, т. е. без таможенного досмотра, он д. б. получить 200 тыс. эскудо.
Главным результатом ночной конфискации явилось то, что отпали все сомнения в зарубежном происхождении банкнот. Также стало очевидно, что А. Рейс и А. Сильва были прекрасно обо всем осведомлены.
Управляющий Банком Португалии на совещании Кабинета Министров 8 декабря 1925 г. сделал доклад о первых результатах расследования. Вместе с ним на этом совещании выступили министры юстиции и внутренних дел. Общее мнение можно было бы сформулировать предельно кратко — налицо заговор. Было принято решение объявить посла Венесуэлы в Португалии «персоной нон — грата», а генконсула Португалии а Гааге — отозвать.
Уже 9 декабря 1925 г. все крупнейшие европейские газеты разнесли по свету весть о новом этапе большевистского всемирного заговора — экономическом подрыве стран свободного мира.
Страница 5 из 12
