Всю первую декаду марта 1944 г. зловонный дым, валивший из трубы дома N 21 по рю-Лезер, в Париже, отравлял воздух окрест. Несмотря на то, что дома представляли собой отдельно стоящие усадьбы, разделенные широкими лужайками, естественной циркуляции воздуха было недостаточно для того, чтобы разогнать отвратительную вонь.
Добавить в моё избранное
30 мин, 49 сек 3662
Суд присяжных своим постановлением 28 марта 1946 г. оправдал Мориса Петье с формулировкой «за недоказанностью вины», а Марселя приговорил к гильотинированию. Приговор был приведен в исполнение в 5.06 утра 26 мая 1946 г.
На этом историю «дома смерти на рю Лезер» можно было бы посчитать закрытой, если бы не масса самых разных таинственных нюансов, которые так и не получили объяснения на следствии и в суде.
Прежде всего-этот вопрос прямо-таки очевиден-где те деньги и драгоценности, которые попали в руки Петье? Один только Адриэн Баск, казначей бандитской группы, отправляясь на рю Лезер, имел на руках более 1,1 млн. франков, 70 тыс. однодолларовых банкнот и саквояж, наполненный старыми золотыми монетами-долларами и луидорами. Миллионерами были супруги Баш, погибшие от руки Петье. Меховой модельер Иоахим Габсинов, готовясь к бегству в Великобританию, собрал более 2 млн. долларов наличными. Весьма состоятельны были и остальные лица из списка 27-и жертв Марселя Петье. С большой вероятностью можно считать, что богатыми были все люди, погибшие от руки преступника. Вне всякого сомнения Петье собрал за 1941-43 гг. очень значительное состояние. Ничего из этих ценностей найдено не было.
Более 20 лет после казни преступника кладоискатели вели розыски «сокровищ Петье». Полиция осуществляло негласное наблюдение за Морисом, предпологая, что брат осмелится в конце-концов воспользоваться деньгами Марселя. Все было бесполезно. Если Морис и знал где Марсель спрятал ценности, он так и не рискнул использовать их, очевидно, страшась нового обвинения в соучастии.
Другим, безусловно, необъясненным моментом жизни преступника является его карьерный взлет в начале 30-х годов. Напомним, что к этому времени против него уже выдвигались самые разнообразные обвинения-кражи, нарушения врачебной этики, убийство и т. п. Чтобы сломать карьеру провинциальному политику было достаточно гораздо менее серьезного обвинения. Однако, карьера Петье в Оксере не только не пострадала, но напротив-протолкнула его в Париж, превратив в политика регионального масштаба. Марсель Петье, вне всякого сомнения, имел очень влиятельных покровителей, но ни один из них так никогда и не был назван.
Совершенно фантастична легализация Марселя Петье в сентябре 1944 г. Все столичные газеты написали о его преступлениях, полиция по всей стране получила на него ориентировки, а он в это время (даже не меняя внешности!) выправил себе подлинные документы на другое имя и оформился на работу в военную контрразведку, на тихую тыловую должность. И на следствии, и на суде жизнь Марселя Петье исследовалась весьма тщательно; было установлено, что скрывшись с рю Лезер вечером 11 марта 1944 г., преступник отправился к одному из своих старых пациентов по фамили Ребо, у которого скрывался до середины августа (т. е. освобождения Парижа от нацистов). После этого Петье исчез из убежища Ребо и появился через месяц в городке Ройилли капитаном контрразведки. Что происходило с Петье в течение этого месяца, где он был и с кем встречался так никто и не установил. Скорее всего, вопросы такого рода Петье задавались, но полученные ответы в силу неких соображений в протоколы следствия так и не попали. Понятно, что удивительная метаморфоза Петье в августе-сентябре 1944 г. была совершенно нереальна без все тех же высоких покровителей с уникальными деловыми возможностями.
Эти покровители явились той «областью умолчания», затронуть которую следователи боялись не меньше самого Марселя Петье. Имея представление о законах построения «западного цивилизованного общества» можно с уверенностью утверждать, что подобная«область умолчания» возникает в одном только случае: когда речь заходит о масонских обществах. Петье, видимо, был масоном и-скорее всего-не рядовым. Именно этим и м. б. объяснена его неуязвимость.
На этом историю «дома смерти на рю Лезер» можно было бы посчитать закрытой, если бы не масса самых разных таинственных нюансов, которые так и не получили объяснения на следствии и в суде.
Прежде всего-этот вопрос прямо-таки очевиден-где те деньги и драгоценности, которые попали в руки Петье? Один только Адриэн Баск, казначей бандитской группы, отправляясь на рю Лезер, имел на руках более 1,1 млн. франков, 70 тыс. однодолларовых банкнот и саквояж, наполненный старыми золотыми монетами-долларами и луидорами. Миллионерами были супруги Баш, погибшие от руки Петье. Меховой модельер Иоахим Габсинов, готовясь к бегству в Великобританию, собрал более 2 млн. долларов наличными. Весьма состоятельны были и остальные лица из списка 27-и жертв Марселя Петье. С большой вероятностью можно считать, что богатыми были все люди, погибшие от руки преступника. Вне всякого сомнения Петье собрал за 1941-43 гг. очень значительное состояние. Ничего из этих ценностей найдено не было.
Более 20 лет после казни преступника кладоискатели вели розыски «сокровищ Петье». Полиция осуществляло негласное наблюдение за Морисом, предпологая, что брат осмелится в конце-концов воспользоваться деньгами Марселя. Все было бесполезно. Если Морис и знал где Марсель спрятал ценности, он так и не рискнул использовать их, очевидно, страшась нового обвинения в соучастии.
Другим, безусловно, необъясненным моментом жизни преступника является его карьерный взлет в начале 30-х годов. Напомним, что к этому времени против него уже выдвигались самые разнообразные обвинения-кражи, нарушения врачебной этики, убийство и т. п. Чтобы сломать карьеру провинциальному политику было достаточно гораздо менее серьезного обвинения. Однако, карьера Петье в Оксере не только не пострадала, но напротив-протолкнула его в Париж, превратив в политика регионального масштаба. Марсель Петье, вне всякого сомнения, имел очень влиятельных покровителей, но ни один из них так никогда и не был назван.
Совершенно фантастична легализация Марселя Петье в сентябре 1944 г. Все столичные газеты написали о его преступлениях, полиция по всей стране получила на него ориентировки, а он в это время (даже не меняя внешности!) выправил себе подлинные документы на другое имя и оформился на работу в военную контрразведку, на тихую тыловую должность. И на следствии, и на суде жизнь Марселя Петье исследовалась весьма тщательно; было установлено, что скрывшись с рю Лезер вечером 11 марта 1944 г., преступник отправился к одному из своих старых пациентов по фамили Ребо, у которого скрывался до середины августа (т. е. освобождения Парижа от нацистов). После этого Петье исчез из убежища Ребо и появился через месяц в городке Ройилли капитаном контрразведки. Что происходило с Петье в течение этого месяца, где он был и с кем встречался так никто и не установил. Скорее всего, вопросы такого рода Петье задавались, но полученные ответы в силу неких соображений в протоколы следствия так и не попали. Понятно, что удивительная метаморфоза Петье в августе-сентябре 1944 г. была совершенно нереальна без все тех же высоких покровителей с уникальными деловыми возможностями.
Эти покровители явились той «областью умолчания», затронуть которую следователи боялись не меньше самого Марселя Петье. Имея представление о законах построения «западного цивилизованного общества» можно с уверенностью утверждать, что подобная«область умолчания» возникает в одном только случае: когда речь заходит о масонских обществах. Петье, видимо, был масоном и-скорее всего-не рядовым. Именно этим и м. б. объяснена его неуязвимость.
Страница 9 из 9
