Дом в конце улицы. В сентябре 1872 года, имея в кармане всего лишь десять фунтов и отсутствие перспектив найти работу в ближайшие несколько месяцев, я был вынужден переехать на окраину Лондона в район Ист-Энд.
Добавить в моё избранное
59 мин, 9 сек 11126
А наследники до сих пор не предъявили никаких прав на наследство.
— Да, эти дома почти полностью разрушены и не пригодны для жилья, — подтвердил я.
— Это, конечно, очень странно… Было несколько обращений от частных лиц относительно хозяев этой недвижимости, но мы не смогли ничем им помочь.
Он сделал паузу и через несколько секунд снова продолжил.
— Как вы, наверное, знаете, система ведения регистрационных записей в Англии предусматривает, что все документы, составленные когда-либо в отношении любого земельного участка, должны храниться в Центральном архиве. Так вот… мы специально несколько лет назад поднимали документы в этом архиве, но никаких упоминаний о покупке новой недвижимости прежними владельцами этих домов нигде не нашли. — Чабб посмотрел на меня, подняв брови. — А это значит, что они либо стали снимать частное жильё, либо, что более вероятно, покинули Англию навсегда и… постарались забыть об этой недвижимости.
Я шумно втянул в себя воздух. История становилась все более загадочной и мрачной.
— Дом номер тридцать два, — Продолжал Чабб. — является собственностью семьи Брикман с 1823 года. Его построил прадед нынешнего владельца, Вилли Брикман, со своим старшим братом Рэнди. Кроме этого дома, семья Брикманов имеет в собственности дом номер пятнадцать по Сайшелл-стрит. Все сделки оформлены строго по закону и не вызывают никаких сомнений. Если, конечно, именно это вас интересует.
Чабб замолчал и посмотрел на меня. Он немного помедлил, но решил продолжить.
— Есть еще кое-что об этом месте… На самом деле, там было еще пять домов. — он снова замолчал.
— И что же с ними стало? — с волнением спросил я.
— Это тоже были очень старые дома. Они располагались, судя по плану, примерно там же, где сейчас расположен дом номер тридцать два.
— Но там больше нет ни единого дома, кроме дома Брикманов. — В нетерпении перебил я Чабба, — Там только огромный овраг.
— Да, вы абсолютно правы, — он бросил взгляд на бумаги перед собой, — сейчас на этом месте овраг.
У меня все похолодело внутри.
— Вы хотите сказать, что раньше оврага не было, и там стояли дома? — в замешательстве вымолвил я.
— Да, это так. — Он кивнул головой. — В 1815 году, вероятно, подземные воды подмыли основание огромного пласта почвы, и он вместе с домами просел вглубь земли и на этом месте образовался большой овраг.
— А как же люди? — непроизвольно вырвалось у меня.
— Это произошло ночью, поэтому, полиция смогла начать спасательные работы только с рассветом. — Чабб немного помолчал, прикусив губу. — И, как вы сами понимаете, никто не выжил.
Пораженный его рассказом, я некоторое время сидел, не двигаясь, и смотрел в одну точку.
— С вами все в порядке? — Чабб легко коснулся моей руки.
— Да, все в порядке. — Я посмотрел на него. — Просто, это все слишком неожиданно для меня. — Я постарался изобразить улыбку на своем лице, но вероятно мне это не очень удалось, так как Чабб странно на меня посмотрел.
Поднявшись, я поблагодарил его за помощь и направился к двери.
Я уже почти вышел из кабинета, когда Чабб неожиданно окликнул меня.
— Прошу прощения за мое излишнее любопытство, но зачем вам это нужно?
— Я живу в этом доме, — коротко ответил я и вышел в коридор, оставив Чабба в глубокой задумчивости. Вечер. Уже стемнело, но на улице было еще достаточно оживленно и шумно, несмотря на ливень. Швейцар закрыл за мной дубовую дверь, и я снова оказался среди уличной суеты большого города.
Деловитые клерки покидали свои конторы и спешили домой. Некоторые из них, взмахом руки или свистом, подзывали кэб, но большинство, кутаясь в плащи, торопливо шли по мокрой мостовой, старательно перешагивая через мутные потоки дождевой воды.
Эта суета немного отвлекла меня от мрачных мыслей. Я поднял повыше воротник пальто, стараясь укрыться от промозглой сырости, открыл зонт и медленно побрел по Сайшелл-стрит в сторону дома. Мне нужно было время, чтобы обдумать рассказ Чабба и немного развеяться.
Дождь лил, как из ведра и мне казалось, что еще немного и весь Лондон погрузится под воду — столько воды стекало бурными потоками по его узким улицам, погруженными во мрак и освещаемыми лишь редкими фонарями и витринами лавок и магазинов.
На самом деле, размышлял я, в этой истории не было ничего необычного. Практически каждый уголок этого мрачного города мог поведать свою похожую историю, полную тайн и загадок с точки зрения обывателя. Но, на мой взгляд, все таинственное в этих историях было лишь плодом слухов и сплетен, передаваемых от поколения к поколению жителями Лондона, которые любили рассказывать эти истории своим детям, пугая их долгими скучными вечерами при тусклом свете свечи…
Мимо меня с грохотом проехал кэб, окатив мои и без того мокрые брюки, фонтаном грязной воды.
— Да, эти дома почти полностью разрушены и не пригодны для жилья, — подтвердил я.
— Это, конечно, очень странно… Было несколько обращений от частных лиц относительно хозяев этой недвижимости, но мы не смогли ничем им помочь.
Он сделал паузу и через несколько секунд снова продолжил.
— Как вы, наверное, знаете, система ведения регистрационных записей в Англии предусматривает, что все документы, составленные когда-либо в отношении любого земельного участка, должны храниться в Центральном архиве. Так вот… мы специально несколько лет назад поднимали документы в этом архиве, но никаких упоминаний о покупке новой недвижимости прежними владельцами этих домов нигде не нашли. — Чабб посмотрел на меня, подняв брови. — А это значит, что они либо стали снимать частное жильё, либо, что более вероятно, покинули Англию навсегда и… постарались забыть об этой недвижимости.
Я шумно втянул в себя воздух. История становилась все более загадочной и мрачной.
— Дом номер тридцать два, — Продолжал Чабб. — является собственностью семьи Брикман с 1823 года. Его построил прадед нынешнего владельца, Вилли Брикман, со своим старшим братом Рэнди. Кроме этого дома, семья Брикманов имеет в собственности дом номер пятнадцать по Сайшелл-стрит. Все сделки оформлены строго по закону и не вызывают никаких сомнений. Если, конечно, именно это вас интересует.
Чабб замолчал и посмотрел на меня. Он немного помедлил, но решил продолжить.
— Есть еще кое-что об этом месте… На самом деле, там было еще пять домов. — он снова замолчал.
— И что же с ними стало? — с волнением спросил я.
— Это тоже были очень старые дома. Они располагались, судя по плану, примерно там же, где сейчас расположен дом номер тридцать два.
— Но там больше нет ни единого дома, кроме дома Брикманов. — В нетерпении перебил я Чабба, — Там только огромный овраг.
— Да, вы абсолютно правы, — он бросил взгляд на бумаги перед собой, — сейчас на этом месте овраг.
У меня все похолодело внутри.
— Вы хотите сказать, что раньше оврага не было, и там стояли дома? — в замешательстве вымолвил я.
— Да, это так. — Он кивнул головой. — В 1815 году, вероятно, подземные воды подмыли основание огромного пласта почвы, и он вместе с домами просел вглубь земли и на этом месте образовался большой овраг.
— А как же люди? — непроизвольно вырвалось у меня.
— Это произошло ночью, поэтому, полиция смогла начать спасательные работы только с рассветом. — Чабб немного помолчал, прикусив губу. — И, как вы сами понимаете, никто не выжил.
Пораженный его рассказом, я некоторое время сидел, не двигаясь, и смотрел в одну точку.
— С вами все в порядке? — Чабб легко коснулся моей руки.
— Да, все в порядке. — Я посмотрел на него. — Просто, это все слишком неожиданно для меня. — Я постарался изобразить улыбку на своем лице, но вероятно мне это не очень удалось, так как Чабб странно на меня посмотрел.
Поднявшись, я поблагодарил его за помощь и направился к двери.
Я уже почти вышел из кабинета, когда Чабб неожиданно окликнул меня.
— Прошу прощения за мое излишнее любопытство, но зачем вам это нужно?
— Я живу в этом доме, — коротко ответил я и вышел в коридор, оставив Чабба в глубокой задумчивости. Вечер. Уже стемнело, но на улице было еще достаточно оживленно и шумно, несмотря на ливень. Швейцар закрыл за мной дубовую дверь, и я снова оказался среди уличной суеты большого города.
Деловитые клерки покидали свои конторы и спешили домой. Некоторые из них, взмахом руки или свистом, подзывали кэб, но большинство, кутаясь в плащи, торопливо шли по мокрой мостовой, старательно перешагивая через мутные потоки дождевой воды.
Эта суета немного отвлекла меня от мрачных мыслей. Я поднял повыше воротник пальто, стараясь укрыться от промозглой сырости, открыл зонт и медленно побрел по Сайшелл-стрит в сторону дома. Мне нужно было время, чтобы обдумать рассказ Чабба и немного развеяться.
Дождь лил, как из ведра и мне казалось, что еще немного и весь Лондон погрузится под воду — столько воды стекало бурными потоками по его узким улицам, погруженными во мрак и освещаемыми лишь редкими фонарями и витринами лавок и магазинов.
На самом деле, размышлял я, в этой истории не было ничего необычного. Практически каждый уголок этого мрачного города мог поведать свою похожую историю, полную тайн и загадок с точки зрения обывателя. Но, на мой взгляд, все таинственное в этих историях было лишь плодом слухов и сплетен, передаваемых от поколения к поколению жителями Лондона, которые любили рассказывать эти истории своим детям, пугая их долгими скучными вечерами при тусклом свете свечи…
Мимо меня с грохотом проехал кэб, окатив мои и без того мокрые брюки, фонтаном грязной воды.
Страница 8 из 17
