Дженни разговаривала со своей матерью, стоя в окружения белого одеяния тумана. Хваленая во всех рекламах сотовая связь работала из рук вон плохо.
Добавить в моё избранное
25 мин, 13 сек 19897
— Господи! Это сделали ученики?
— Да. Они сказали, что вы обещали показать им заспиртованную кошку, но оказалось, что у вас ее нет.
— При переезде…
— Я уже слышала эту историю от них. Мистер Браун, вы один из тех, кто ставит человека выше всех?
— Только по ступени эволюции.
— Вам надо бы научиться передавать детям свои мысли в правильной форме! Дети после ваших уроков проявляют нацизм в чистом виде! И держите дверь в свой класс закрытой.
Мистер Браун выглядел крайне расстроенным и Дженни обрадовалась, что сумела поставить его на путь истинный. Может теперь он перестанет говорить иносказательно.
Домой девушке возвращаться не хотелось. Ведь там ей придется снова столкнуться с посланиями из Аидова царства. Посему она решила остаться в школе и проверить тесты. Вечером будет меньше работы. Денек выдался поистине насыщенным и лишние заботы ни к чему.
Телефон по-прежнему не включался, хотя Дженни поставила его на зарядку с самого утра. Хорошо в классе есть розетка. Похоже, что мобильник не разрядился, а окончательно сломался. Рассчитывая на быстроту проверки, Дженни думала управиться часов до семи. Тогда она успеет застать маму в пансионате до того, как та пойдет на мессу в эту загадочную церковь. Но время играло не в ее пользу. Ей показалось странной та медлительность, с которой она проверяла работы учеников.
Еще этот зов, снова нахлынувший на ее и без того измученный разум. Дженни постоянно отвлекалась от работы изображениями церкви Самаэл, святого Самаэля, возникающими со все ускоряющейся частотой. Она поймала себя на том, что собирается пойти на мессу, и теперь отчаянно отговаривала сознание от безумной идеи.
Кое-как, но ей все же удалось закончить начатое дело. И только Дженни положила тесты в сумку, как снаружи раздался вой сирены, которую обычно используют для оповещения мирных жителей о вторжении врага. Сердце заколотилось в бешеном темпе, пульс достиг критической отметки. А в коридоре послышались шаги, сильно напоминавшие вчерашних нарушителей сна.
Отогнав от себя воспоминания прошлой ночи и выйдя из оцепенения, Дженни быстро направилась прямиком к двери, но на полпути замедлила шаг. Она страстно желала прекратить эту дьявольщину. Однако здравый смысл подсказывал, что игра, затеянная скрытым кукольником вовсе не предполагает окончания в духе «и жили они долго и счастливо»! Происхождение явлений, имевших место в последнее время, так и оставалось невыясненным и пусть пока они не причинили вреда, но искушать судьбу лишний раз не следует.
Выйти к возможному неприятелю безоружной было бы, по меньшей мере, глупостью, поэтому Дженни осматривала помещение в поисках любого предмета самообороны. Что можно найти в классе, кроме указки и мебели, что могло бы отдаленно сойти за оружие? По счастливой случайности в темном углу обнаружился шест, на котором когда-то гордо крепился звездно-полосатый американский флаг. Шест был металлическим и приятно холодил руку, что придавало хоть немного уверенности в себе.
Шаги в коридоре изменили направление. Теперь они отдалялись от двери класса. Поразмысли, Дженни решила, что лучшего момента ожидать не стоит и, перехватив шест на манер древнеримского воина, сжимавшего боевое копье, девушка отворила дверь. Она выбрала удачную позицию, встав спиной к стене и выставив «грозное оружие» узким концом в темноту, где предположительно и находился враг.
Как и ожидалось, с ее появлением бузотеры растворились во мраке. Лишь сирена, раздирающая вечернюю тишину громовыми раскатами, продолжала возвещать о надвигающейся опасности. Дженни сейчас хотела лишь одного — выбраться на улицу, избавиться от нахлынувшей клаустрофобии. Поэтому она стремительно помчалась вниз по лестнице и сразу же ощутила некий алогизм происходящего. Ступеньки, которые еще сегодня днем были сделаны из мрамора, теперь больше напоминали сгнившую деревяшку. Нога Дженни, наконец, достигла пола первого этажа. Остановившись у выхода, девушка обернулась, дабы удостовериться в отсутствии преследования. Ее глаза чуть не вылезли из орбит, когда она увидела спускающиеся размытые тени белые тени. В лунном свете, слабо проникающем через окна, Дженни заметила поблескивание в руках этих непонятных существ.
«И призраки детей с ножами» — писал в записке некто Гарри Мейсон. Интересно было бы узнать, что же с ним случилось. А может и не очень…
Не дожидаясь, пока белые монахи спустятся, Дженни выскочила на улицу, плотно закрыв за собой массивную входную дверь. Она боялась сделать шаг вперед по двум причинам. Во-первых, те существа могут продолжить преследовать ее. Они явно вознамерились завершить свое дело. Как завершили его с Мейсоном. Во-вторых, вокруг стояла кромешная тьма, хоть глаз выколи. Конечно глаза могут привыкнуть к темноте, но двигаться как слепая черепаха в месте, со всех сторон окруженном покровом тайны, да и еще населенном непонятно чем, Дженни не хотелось.
— Да. Они сказали, что вы обещали показать им заспиртованную кошку, но оказалось, что у вас ее нет.
— При переезде…
— Я уже слышала эту историю от них. Мистер Браун, вы один из тех, кто ставит человека выше всех?
— Только по ступени эволюции.
— Вам надо бы научиться передавать детям свои мысли в правильной форме! Дети после ваших уроков проявляют нацизм в чистом виде! И держите дверь в свой класс закрытой.
Мистер Браун выглядел крайне расстроенным и Дженни обрадовалась, что сумела поставить его на путь истинный. Может теперь он перестанет говорить иносказательно.
Домой девушке возвращаться не хотелось. Ведь там ей придется снова столкнуться с посланиями из Аидова царства. Посему она решила остаться в школе и проверить тесты. Вечером будет меньше работы. Денек выдался поистине насыщенным и лишние заботы ни к чему.
Телефон по-прежнему не включался, хотя Дженни поставила его на зарядку с самого утра. Хорошо в классе есть розетка. Похоже, что мобильник не разрядился, а окончательно сломался. Рассчитывая на быстроту проверки, Дженни думала управиться часов до семи. Тогда она успеет застать маму в пансионате до того, как та пойдет на мессу в эту загадочную церковь. Но время играло не в ее пользу. Ей показалось странной та медлительность, с которой она проверяла работы учеников.
Еще этот зов, снова нахлынувший на ее и без того измученный разум. Дженни постоянно отвлекалась от работы изображениями церкви Самаэл, святого Самаэля, возникающими со все ускоряющейся частотой. Она поймала себя на том, что собирается пойти на мессу, и теперь отчаянно отговаривала сознание от безумной идеи.
Кое-как, но ей все же удалось закончить начатое дело. И только Дженни положила тесты в сумку, как снаружи раздался вой сирены, которую обычно используют для оповещения мирных жителей о вторжении врага. Сердце заколотилось в бешеном темпе, пульс достиг критической отметки. А в коридоре послышались шаги, сильно напоминавшие вчерашних нарушителей сна.
Отогнав от себя воспоминания прошлой ночи и выйдя из оцепенения, Дженни быстро направилась прямиком к двери, но на полпути замедлила шаг. Она страстно желала прекратить эту дьявольщину. Однако здравый смысл подсказывал, что игра, затеянная скрытым кукольником вовсе не предполагает окончания в духе «и жили они долго и счастливо»! Происхождение явлений, имевших место в последнее время, так и оставалось невыясненным и пусть пока они не причинили вреда, но искушать судьбу лишний раз не следует.
Выйти к возможному неприятелю безоружной было бы, по меньшей мере, глупостью, поэтому Дженни осматривала помещение в поисках любого предмета самообороны. Что можно найти в классе, кроме указки и мебели, что могло бы отдаленно сойти за оружие? По счастливой случайности в темном углу обнаружился шест, на котором когда-то гордо крепился звездно-полосатый американский флаг. Шест был металлическим и приятно холодил руку, что придавало хоть немного уверенности в себе.
Шаги в коридоре изменили направление. Теперь они отдалялись от двери класса. Поразмысли, Дженни решила, что лучшего момента ожидать не стоит и, перехватив шест на манер древнеримского воина, сжимавшего боевое копье, девушка отворила дверь. Она выбрала удачную позицию, встав спиной к стене и выставив «грозное оружие» узким концом в темноту, где предположительно и находился враг.
Как и ожидалось, с ее появлением бузотеры растворились во мраке. Лишь сирена, раздирающая вечернюю тишину громовыми раскатами, продолжала возвещать о надвигающейся опасности. Дженни сейчас хотела лишь одного — выбраться на улицу, избавиться от нахлынувшей клаустрофобии. Поэтому она стремительно помчалась вниз по лестнице и сразу же ощутила некий алогизм происходящего. Ступеньки, которые еще сегодня днем были сделаны из мрамора, теперь больше напоминали сгнившую деревяшку. Нога Дженни, наконец, достигла пола первого этажа. Остановившись у выхода, девушка обернулась, дабы удостовериться в отсутствии преследования. Ее глаза чуть не вылезли из орбит, когда она увидела спускающиеся размытые тени белые тени. В лунном свете, слабо проникающем через окна, Дженни заметила поблескивание в руках этих непонятных существ.
«И призраки детей с ножами» — писал в записке некто Гарри Мейсон. Интересно было бы узнать, что же с ним случилось. А может и не очень…
Не дожидаясь, пока белые монахи спустятся, Дженни выскочила на улицу, плотно закрыв за собой массивную входную дверь. Она боялась сделать шаг вперед по двум причинам. Во-первых, те существа могут продолжить преследовать ее. Они явно вознамерились завершить свое дело. Как завершили его с Мейсоном. Во-вторых, вокруг стояла кромешная тьма, хоть глаз выколи. Конечно глаза могут привыкнуть к темноте, но двигаться как слепая черепаха в месте, со всех сторон окруженном покровом тайны, да и еще населенном непонятно чем, Дженни не хотелось.
Страница 5 из 8
