Я не боюсь мышей

Немолодой майор поспешил к нему. Пару часов назад он мирно дремал в участке, оставив своего напарника следить за поступающими вызовами, и меньше всего хотел услышать учтивый голос сержанта, сообщающий о какой-нибудь мелкой стычке подвыпивших туристов. Бойтесь своих желаний.

— Вы можете предположить причину пожара? — спросил майор.

Пожарный поднял лицевой щиток маски. Его лицо в бликах маячков становилось то лицом утопленника, то обгоревшей физиономией отдыхающего.

— Нечего предполагать, — мрачно сказал пожарный. — Взрыв бытового газа.

— Утечка?

— Сомневаюсь… У хозяев был газ в баллонах. Они стояли аккурат в дальнем углу, снаружи. Такое ощущение, что взрыв произошел внутри одного из баллонов.

— Как это: внутри?

— Понятия не имею. Нужна экспертиза. Это только моё личное предположение.

— Понятно… А выжившие?

Лже-космонавт посмотрел на майора так, словно тот сказал что-то невообразимо циничное.

— Какие выжившие? Тут волной соседям окна вынесло во все четыре стороны!

— Чёрт… — с сожалением выдохнул полицейский. Он снял фуражку и почесал лысеющую голову. — Что, все пятеро?

Собравшийся уходить пожарный удивленно поднял брови.

— Нет, трое. Двое взрослых и ребёнок.

— Соседи говорят, были ещё двое. Молодой парень и девушка.

— Собака ничего не нашла. Думаю, они ошиблись, — мужчина развернулся и пошёл прочь. Он ненавидел свою работу в такие моменты.

Майор заглянул за угол, не ожидая увидеть там что-то хорошее. Передняя часть дома была полностью уничтожена мощным взрывом. Внутренности дымились. Площадка перед крыльцом почернела, словно строение в какой-то момент превратилось в дракона и дохнуло на неё пламенем. Останки каркаса для виноградной беседки сиротливо торчали из земли, слегка покосившись от ударной волны. Чуть дальше виднелась гора шифера и деревянных балок — видимо, в прошлом какая-то пристройка или времянка. Внутри дом представлял собой гору обломков разной величины, но все они были одинаково черного цвета. Ни один из них не был похож на что-то знакомое. Различия видел только молодой шоколадный лабрадор, тревожно обнюхивавший угли. Майору вспомнился день, когда он заглянул в сумочку дочки, чтобы удостовериться, что она не курит. Тогда он точно так же растерянно смотрел на кучу диковинных вещей, не понимая, как можно разобраться в них без предварительной подготовки.

Рация на поясе невнятно захрипела — напарник решил доложить обстановку. Мужчина вслушался в помехи, но ничего толкового не услышал. Городок затерялся среди холмов, и рация здесь была практически бесполезна. Он оглянулся в сторону шоссе, где оставил машину вместе с сержантом. Мигалки слепили глаза, но майору удалось уловить оживление в жидковатой толпе зевак и бело-зелёный микроавтобус, притулившийся прямо на тротуаре у низкого забора.

— Проклятые журналюги, — буркнул он и направился к автомобилю.

Светало. Кинолог — высокий поджарый мужчина средних лет, имеющий за плечами немало лет стажа, — решительно ничего не видел в сером свете ещё не поднявшегося солнца. Огромный тяжёлый фонарь мало чем помогал из-за дыма и пара. Четыре часа на месте пожара отложились в темных мешках под глазами человека. Крупный шоколадный лабрадор служил единственным ориентиром среди смрадного тумана. Впрочем, к запаху гари кинолог давно привык и почти не обращал на него внимания.

Ему казалось, что они напрасно провели здесь столько времени. Всё, что можно было найти пёс нашел в первые же полчаса. Зрелище было не из лёгких. Обугленные трупы до сих пор стояли у него перед глазами. Кинолог чувствовал себя выжатым как лимон и завидовал своему хвостатому партнёру, который, казалось, ничуть не устал. Пёс сильно натягивал поводок, напрягая сухие мышцы шеи и передних лап, желая продолжать работу. Когда мужчине это надоело, он с силой дернул ошейник, заставив лабрадора изумлённо выдохнуть. Непонимающие карие глаза уставились на хозяина с замершим на морде вопросом: «Что у тебя случилось?» Кинологу стало стыдно от этого взгляда. Его компаньон ни в чём не был виноват, он просто был честным работником в отличие от всех этих людей, которые жаждали поскорее забраться в мягкую постель.

Хозяин пса ничем не отличался от них. Его сдёрнули с кровати в час ночи для того, чтобы он мог полюбоваться на три почерневших тела. Это не принесло никакой пользы его многострадальной психике. Да и не только ей. Голова раскалывалась от запаха гари, а дремлющий вулкан под названием «астма» подумывал прервать свой сон.

Но вот рабочая ночь подошла к концу, и кинологу сообщили, что его помощь больше не нужна. Мужчина с облегчением вздохнул про себя, спустился с останков крыльца и направился к машине, по пути вспоминая круглосуточный супермаркет с хорошим набором спиртного. Образ маленького обугленного тельца, которое совсем недавно было живым и наверняка счастливым, не выходил у него из головы.