Дневники в лесу

Коритк я сжал в правой руке так, что лезвие плотно прижалась к запястью.

За хижиной послышались звуки.

— Просто воткни. — прошептал мне Микола — Я буду рядом.

После этого он отошел и исчез из поля зрения. Я лег и начал прокручивать в голове, куда лучше вонзить лезвие этому чудовищу. И еще я стал молиться, чтобы не промазать.

15 серия

22 апреля. Вечер

Не прошло и пяти минут, как я услышал треск веток в лесу. Вскоре дверь в избу резко открылась. Сердце мое едва не выпрыгивало из груди. Я собрал всю свою волю и попытался представить себя доктор Лектором, ну из того фильма, вы знаете. Мне нужно было выглядеть так, чтобы мой похититель принял меня за полуживого. И я что-то вырубил у себя в мозгу. Я стал бездушным куском камня. Лишь одна команда сидела во мне. Воткнуть поглубже кортик с хаминой кровью в тело этого мужика с башкой, замотанной изолентой. Сквозь приоткрытые веки я увидел его могучую фигуру. Он был потный после пробежки. Он пытался догнать синий шар, который на деле оказался не шаром, а 12-летним парнишкой Миколой.

Бизон подошел к разделочному столу с ошметками потрохов и банками с ритуальными приготовлениями. Он недоверчиво смотрел на свой тесак, о который я не так давно перерезал веревки. Он смотрел на свой тесак подозрительно и я вдруг понял, какую глупость совершил. Нужно было бежать! Бежать без оглядки, покуда у меня не кончилось бы дыхание! А сейчас всё пропало!

Бизон взял тесак и резко повернулся в мою сторону. Я плотно закрыл веки и больше его не видел. Но я слышал и осязал его запах. Он приблизился к печке и потом долго стоял рядом. Видимо пытался высмотреть, что изменилось. Затем половицы под ним скрипнули, он сделал шаг ко мне. Отвратительный бомжацкий запах гниющей органики ударил мне в нос. И мгновение спустя я услышал над своим лицом глубокий продолжительный рык, какой бывает у львов в африканских саванах. Его башка была в сантиметре или в миллиметре от меня. Моя рука с кортиком прижималась к задней части бедра. Эта рука была все равно, что стрела в заряженном арбалете. И я спустил эту стрелу с тетивы, нацелив её по звуку на его страшный рык. Одновременно с ударом я резко открыл глаза. Меньше, чем за секунду, лезвие вошло в его грудину, прямо по центру. Я не видел выражение его лица за изолентой, но мне показалось, что в щелях глазниц засветились красные угольки.

Бутафорская веревка сошла с меня, я быстро сел и пнул Бизона от себя. Он зарычал сильнее и, попятившись назад, стукнулся спиной о бревенчатую стену. Тесак выпал из его руки и, перевернувшись, воткнулся в пол. Сам Бизон медленно опустился, вытирая стену позади себя. Он несколько раз крутанул головой, мучаясь от боли в груди. Затем его мощные ручища схватились за рукоятку кортика и он взвыл еще сильнее, словно обжегся о раскаленное железо. Однако рука его не отпустила рукоятку. Ревя от боли, Бизон стал с огромным усилием вытаскивать кортик из тела. Лезвие выходило вместе с красной кровью, которое стекало по его голому волосатому пузу на грязный пол. Я смотрел на этого странного мужика, как парализованный. Наконец лезвие вышло до конца и Бизон уронил кортик рядом с собой. Затем его голова безжизненно повисла на груди, а плечи опустились. Он больше не двигался, лишь кровь продолжала сочиться из него.

Я почувствовал, как моего плеча кто-то коснулся и заорал, как бешенный, отскакивая к печи. Но это было просто Микола.

— Молодец — говорит он мне, как ни в чем не бывало.

— Что теперь? — спрашиваю.

Микола уже стоял над поверженным Бизоном и прислушивался к его дыханию.

— Хамина кровь на время парализовала его — говорит он и толкает его так, что Бизон падает на бок. — Теперь нам нужно успеть его прикончить по-настоящему.

— Что значит по настоящему? — спрашиваю, а сам уже искоса так начинаю на мальчугана смотреть.

— А ты думал, что сможешь убить исчадие Ада простым ножичком?

— Нет, я думал, нам придется вбить ему осиновый кол, отрубить голову и закопать на перекрестке четырех дорог.

— Ты почти угадал.

— Как это почти?

— Для начала помоги оттащить его из этого закутка. Здесь резать не удобно.

— Резать?

— Берись за руки — командует мне Микола.

Я взялся, конечно. Не хотел, чтобы это чудовище снова проснулось. Мы оттащили Бизона поближе к столу. Микола взял свой кортик и сказал мне, чтобы я подбросил поленьев в печку и накалил в огне короткую чугунную кочергу, что лежала у печки. Я снова его послушался. Огонь весело затрещал в печи, обдавая меня жаром.

Микола стоял над Бизоном и чертил лезвием на его теле какие-то знаки.

— Что теперь? — говорю.

— Мы должны вскрыть его лицо. А потом вытащить сердце и сжечь его в печи.

— Это обязательно?

— Иначе он проснется… где-то через час… и переломит тебе позвоночник, чтобы ты больше не втыкал ему нож в грудь.