На холме

Наружу вырвался холодный, затхлый воздух. На секунду Джон задумался над тем, как ему следовало поступить. Такое старое здание, которое гнило десятилетиями, а то и веками, могло и действительно быть опасным, но внутри него все еще горело желание доказать, что нет никаких призраков и вурдалаков, только фрагменты забытой истории.

Достав телефон, он просунул руку в щель и сделал несколько снимков. Свет вспышки озарил все помещение, показав, что оно было завалено обломками крыши, но в глубине здания находилось нечто, напоминавшее алтарь. Джону показалось, что он был сделан из камня. На стене он увидел какие-то надписи, но с такого расстояния не смог ничего разобрать. Он знал, что чтобы прочитать эту надпись, надо войти внутрь. Он осознавал опасность того, что на него свалятся новые обломки, но любопытство было сильнее и страха, и тошноты.

Оценив риски, Джон решил вести себя как можно тише, чтобы избежать возможного обвала. Сделав глубокий вдох, он протиснулся сквозь проход и вошел в темноту. Используя свет телефона он смог лучше осмотреть обстановку. Воздух здесь был значительно холоднее, и каждый вдох обжигал горло. Изнутри церковь больше походила на склеп, чем на место поклонения.

Шагая, как можно более осторожно, Джон постоянно смотрел на крышу, опасаясь, что любой громкий звук мог обрушить ему на голову один из кусков кладки. Степень разрушения стала более заметной благодаря лучам света, проникавшим во тьму сквозь напоминавшие раны отверстия в крыше. Однако помещение оставалось удивительно тусклым. Джону это показалось странным, потому что он был уверен, что в часовне должно было стать намного светлее. Казалось, что весь свет поглотили темные углы здания, но Джон тут же отбросил эту мысль, чтобы не портить себе нервы — такие мрачные места порой затмевают даже самые рациональные умы.

Перебравшись через две крупные кучи обломков, он наконец-то оказался у задней стены церкви. Здесь стоял алтарь — стол, вырезанный из камня и сглаженный аккуратными и заботливыми руками. Было легко представить себе, как грозно выглядел средневековый священник, когда стоял в этом темном помещении и с пеной у рта вещал о дьявольских силах, грозивших душам смертных.

Радость и восторг заполнили сердце Джона — он стоял рядом с предметом, обладавшим такой древней историей. Он подумал, что этот алтарь мог быть найден на холме и быть рожденным процессами старее самого человечества. Но радость открытия погасила эти мысли. Он так увлекся этим предметом, что чуть не упустил из виду дверь справа от алтаря, за которой была видна лестница, ведшая в хранилище или склеп. Содрогнувшись от мысли о том, что могло быть внизу, Джон понял, что даже при его скептицизме о том, чтобы спускаться по этой лестнице не могло быть и речи. Суеверия суевериями, но спускаться в подвал такого поношенного здания — не самая разумная мысль.

Направив свет телефона на пол церкви, он окинул взглядом ступени, на которых стоял алтарь. В них было что-то неестественное. Джона снова посетило ощущение неловкости, когда он представил себе ярого служителя церкви, выкрикивавшего древние притчи перед запуганной и дрожащей паствой.

Забираясь на платформу, чтобы изучить таинственную надпись, Джон споткнулся об обломок камня, лежавший на последней ступени. Он споткнулся и ударился плечом об острый край каменного алтаря. Звук его падения пронесся по всему зданию от пола до крыши. На секунду ему показалось, что он услышал какой-то слабый звук. С потолка тут же упал и разбился об пол небольшой осколок кладки. Джон почувствовал облегчение. Он был рад, что обломок не был более значительного размера, а еще тому, что он свалился у порога, а не ему на голову. Тем не менее, Джон уже не был так уверен в своей безопасности.

Он стоял на платформе держась за ушибленное плечо и нервно поглядывая на крышу. Если не считать ветер, дувший сквозь отверстия в крыше, в церкви была полная тишина. Джон решил переждать несколько минут, опасаясь, что в следующий раз на него мог обвалиться весь потолок. Затем осторожно, еще осторожнее, чем раньше, он повернулся, чтобы рассмотреть алтарь поближе. Помимо религиозных символов на его сторонах были вырезаны неизвестные кривые знаки. Было нетрудно представить причастие, во время которого каждый из членов паствы подходил к строгому священнику, в чьих речах было больше гнева, чем любви.

Джон охотно признавал, что у него не самое богатое воображение, но в этом забытом месте он удивился яркости своих впечатлений. Он практически видел тех, кто приходил сюда помолиться — бледные лица, прятавшиеся от зимнего холода, тела, истощенные неурожаем, и страх чего-то необычного, царивший над каждой их мыслью Да, церковь была такой ветхой, что воображению было легко поселить в ней призраков далекого прошлого. Джон конечно не мог знать, насколько верными окажутся его предположения.

Уклоняясь от этих причудливых мыслей и смеясь над собой, Джон наконец-то обратил взор на надписи на стене.