Молоточек

— И что будет? — спросили Вадика.

— Я, честно говоря, не очень понял. Там говорилось что-то про тень, которая будет следовать за тобой. Давайте попробуем его вызвать, посмотрим, что получится!

Дети загорелись живым интересом. Лена была готова вызвать Молоха прямо сейчас, Петя, как всегда, был согласен с Вадиком. Саша стоял в стороне и думал о чем-то. Наконец, он нерешительно произнес:

— А как явится? Что делать-то будем?

— Саша, ты что, маленький? — высокомерно спросил Петя. — Мы поиграем и уйдем, и никто не явится, ты что, сам не знаешь?

Саша пристыжено замолчал. Он был младше своих друзей почти на год, и любое упоминание его юного возраста вызывало в нем чувство стеснения и стыда.

— Так я еще не дорассказал, — продолжил Петя, подняв подбородок, как индюк. Чтобы тень тебя не преследовала, нужно кинуть в него потухшей спичкой и три раза сказать «Молох, уйди». И тогда он уйдет обратно.

— А, ну тогда ладно, — сказала Лена. — Мы согласны, — добавила она за всех.

Вылазку запланировали на восемь вечера, как раз, чтобы не нарушить комендантский час, назначенный родителями, но так, чтобы было достаточно страшно. Вся четверка собралась в первой парадной. Тихо ступая, они подошли к двери, которую тщательно заперли. Лена достала ключ, спасенный ею от отца в сандалии, и легко и тихо отперла смазанный замок. Дверь нехотя отворилась.

Да, вечером в подвале не так, как днем и в компании. Нет топота ног и криков, нет веселого азарта от того, что нарушил все правила и запреты. Из слуховых окошек льется тусклый зеленоватый сумеречный свет, где-то убегает вспугнутая крыса. Лишь рождается в темноте понимание, что делаешь что-то не то и не так. Всем хотелось уйти, но никто не осмеливался в этом признаться. Дети молчали, вглядываясь в темноту между сводами.

— Что вы стоите, пойдем вызывать Молоха, — наконец сказал Вадик преувеличенно легкомысленным голосом. — Мне кажется, здесь хорошее место, — добавил он и показал пальцем на загиб трубы, под который, кажется, шмыгнула крыса.

Дети встали втроем, не осмеливаясь двинуться. Вадик достал молоток, который стащил в мастерской у отца, и протянул его Саше.

— Бей. Три раза, и так, чтобы мы успели хором сказать Молоху, чтобы он пришел.

— А что сразу я-то? — протянул Саша, но взял молоток и стукнул по жести. Звон прокатился под низким потолком.

— Молох, приди! — громко произнесли дети.

— Я боюсь, — нерешительно произнес Саша.

— Ничего, я ударю во второй раз, — тихо сказала Лена и взяла из его пухлой руки молоток, отдавшийся ей липким, потным, неприятным теплом.

Второй удар раздался, как выстрел из ружья, и напоминал бой старинных часов в гостиной.

— Молох, приди! — сказали они уже громче. Отчаяние от неизбежности того, что они делают, накрыло их. Петя взял молоток и ударил в третий раз.

— Молох, приди!

— Я зажгу спичку, — неожиданно сказал Вадик. Он достал из кармана помятый коробок и чиркнул спичкой, которая зажглась неожиданно быстро и ярко, несмотря на висевшую в воздухе влажную пыль. Он прочертил крест и погасил огонек.

— Ну и что теперь? — спросила Лена.

— Если быстро оглянуться, можно его увидеть, — напомнил Вадик. Только не забудь, что в него нужно кинуть потухшей спичкой и сказать «Молох, уйди».

Лена взяла в руки спичку и немного покружилась на месте.

— Никого нет, — деловито сообщила она. — Весь твой ритуал — чушь собачья, — добавила она, повернувшись ко всем спиной. Вадик дернул ее за косичку.

— Дай мне спичку, я попробую.

Саша тоже покрутился и сразу сообщил, что никого он не видит. Тот же эксперимент провели Вадик и Петя, но у них, по их словам, тоже ничего не вышло. Разочарованные ребята направились к выходу. И каждый из них тайком думал мысль о том, что наверно хорошо, что ничего не вышло. Какой-то он странный и страшный все-таки, этот Молох. Даже для дворовых детей, которых сложно чем-то напугать.

Ночью Лене не спалось. Она то вспоминала молчание и рассказы родителей, то веселые походы всей толпой в самые страшные места ближайших дворов, то в ее мыслях проскальзывал огненный крест во тьме, который сделал Вадик. В темноте детской их ритуал казался уже не веселой шуткой, а чем-то непоправимо-зловещим, вроде рассказов о блокадных людоедах, которые она тоже когда-то подслушала у родителей.

Сон окончательно сбежал от нее в третьем часу ночи. Она откинула одеяло и вылезла из кровати. Открыла окно, чтобы подышать воздухом. Посмотрела на глухую стену. И увидела на ней какую-то тень. Сначала она была неясной, а потом выросла до размеров папы и оказалась темным силуэтом мужчины в шляпе-котелке. Тень подняла руку, и Лена увидела что-то в ее руке. Что-то подозрительно напоминавшее молоток. Девочка в ужасе закрыла окно, залезла в кровать и до макушки накрылась одеялом.