Но разве можно рассчитывать на протекцию, если ты — круглый сирота, и тебя воспитывает дядя, который считает, что всего в жизни нужно добиваться самому…
Добавить в моё избранное
23 мин, 3 сек 2071
Он и пальцем не пошевелил, чтобы помочь мне в получении хорошего места, а ведь был не последним человеком в министерстве… И вот я, несмотря на свой красный диплом и прекрасные рекомендации, получил направление на завод, само название которого вселяло уныние: Некронимский точильно-плавильный комбинат.
Завод был построен еще при императрице Елизавете Петровне. С тех пор здесь мало что изменилось, разве что все понемногу пришло в упадок.
И вот старенький автобус, петляя среди руин заводских корпусов, везет меня на работу. Я единственный пассажир этого автобуса. Неразговорчивый водитель хмурился и мрачно сжимал руль.
Вот и заводская проходная. Ржавые, покосившиеся ворота явно не открывались уже очень давно. Серый кирпич был иссечен множеством трещин. И только потемневшая от времени бронзовая табличка все еще весела на своем месте.
«Ну, теперь иди дальше сам. Мне туда нельзя»… — угрюмо проговорил водитель и открыл двери автобуса.
Стоило мне сойти на землю, как водила дал газу, автобус рванул с места и вскоре исчез, скрывшись в клубах дыма и фонтанах грязи.
Я осмотрелся. Холодный мокрый снег падал на лицо. Ну и ну! Вот — проходная. Но, что удивительно, к ней не ведет ни одного следа. Странно, неужели так быстро все замело снегом. А может быть, это не та проходная… Может быть, водила привез меня не туда, куда нужно. Подхожу ближе. Покосившаяся дверь висит на одной петле. Вхожу внутрь. Никого. Ну и в дыру я попал! Иду по территории завода, проваливаясь в глубокий снег. Вокруг — одни руины. Мрачное местечко. Может быть, этот завод вообще давно закрыт. Просто перепутали что-то в комиссии по распределению. И тут я увидел дымок над одной из бесчисленных труб. «Ну слава богу, хоть кто-то здесь есть живой» — подумал я и направился в сторону дымящей трубы. Подойдя ближе я по следам на снегу понял, что здесь должны быть люди.
И действительно, войдя в цех, я обнаружил нескольких угрюмых рабочих, мрачно точивших на станках какие-то болванки.
«Простите, где я могу найти начальника цеха?» — спросил я у одного из них.
Рабочие замерли. Они смотрели на меня и в их глазах читалась злоба и страх. Потом один из них подошел ко мне. «Проваливай отсюда, если жизнь дорога» — прошипел он, дыша мне в лицо перегаром.
«Ничего себе, приемчик» — подумал я и быстро направился вглубь огромного цеха. Долго мне никто не попадался на пути. Наконец, я встретил весьма странного человека. Он был одет в лохмотья, а на голове его был нахлобучен шутовской колпак с бубенцами.
«Добрый день!» — окликнул я его.«Здравствуй, незнакомец, Егорушка рад тебя видеть» — радостно улыбнулся он мне в ответ. Тогда я понял, что Егорушка, видимо, был дурачком каких обычно держат на заводах, чтобы веселить рабочих. Ну что же, по крайней мере он не прогнал меня.«Скажи пожалуйста, где я могу найти начальника цеха?» — спросил я у дурачка. Он обалдело посмотрел на меня и пустился в какой-то танец, приговаривая«Начальник цеха — везде и нигде, он все видит и все слышит, никто не уйдет от него живым»…. Потом Егорушка залаял по собачьи и быстро убежал куда-то в недра цеха. Да, час от часу не легче… Долго я еще бродил среди сломанных станков и куч мусора, пока не увидел странную процессию: несколько крепких мужчин несли на плечах испачканные цементом носилки, на которых сидел весьма мрачного вида человек. Я спросил, не видели ли они начальника цеха. «Что надо, козел?!» — заорал на меня один из носильщиков и потом обратился к сидевшему на носилках человеку:«Хозяин, этот урод хочет с вами поговорить»…. Человек спрыгнул с носилок на землю. Большими шагами он подошел ко мне и я смог разглядеть его получше. Высокий и седой, с орлиным носом и глазами, которые, казалось, метали молнии, он внушал невольный трепет.
«Что-то я не видел тебя раньше. Ты что, новенький?» — спросил он меня.
«Да, я приехал к вам по распределению» — отвечал я и, услышав мои слова, носильщики дружно загоготали.
«Тише, заткнитесь!» — одернул их начальник и продолжил, обращаясь ко мне:«Меня зовут Ветчинин. Я — начальник цеха. Но ты, как и все здесь, будешь называть меня просто Хозяин. Нам нужны молодые специалисты. Можешь приступать к работе. Днем придет горбун и покормит тебя. А вечером я посмотрю на то, что ты сделал».
«Да, но что мне делать?» — растерянно произнес я.
«Как что?» — возмутился Ветчинин — Вставай к станку и точи болванки!«.»
«Но я же инженер»… — произнес я нерешительно.
«Ты — дерьмо, а не инженер. Вставай к станку и точи болванки!» — прозвучал резкий ответ.
«Да, но тут все станки сломаны… и где взять заготовки, чертежи»… — лепетал я.
«Ну ты что, вправду придурок? Бери любой станок, чини его и работай. Вон — заготовки» и он показал на покрытую пылью кучу ржавого металла.«А вон — готовые детали» — и он показал на такую же пыльную и ржавую кучу.
«Работай и не вздумай отлынивать — вечером я все проверю.
Завод был построен еще при императрице Елизавете Петровне. С тех пор здесь мало что изменилось, разве что все понемногу пришло в упадок.
И вот старенький автобус, петляя среди руин заводских корпусов, везет меня на работу. Я единственный пассажир этого автобуса. Неразговорчивый водитель хмурился и мрачно сжимал руль.
Вот и заводская проходная. Ржавые, покосившиеся ворота явно не открывались уже очень давно. Серый кирпич был иссечен множеством трещин. И только потемневшая от времени бронзовая табличка все еще весела на своем месте.
«Ну, теперь иди дальше сам. Мне туда нельзя»… — угрюмо проговорил водитель и открыл двери автобуса.
Стоило мне сойти на землю, как водила дал газу, автобус рванул с места и вскоре исчез, скрывшись в клубах дыма и фонтанах грязи.
Я осмотрелся. Холодный мокрый снег падал на лицо. Ну и ну! Вот — проходная. Но, что удивительно, к ней не ведет ни одного следа. Странно, неужели так быстро все замело снегом. А может быть, это не та проходная… Может быть, водила привез меня не туда, куда нужно. Подхожу ближе. Покосившаяся дверь висит на одной петле. Вхожу внутрь. Никого. Ну и в дыру я попал! Иду по территории завода, проваливаясь в глубокий снег. Вокруг — одни руины. Мрачное местечко. Может быть, этот завод вообще давно закрыт. Просто перепутали что-то в комиссии по распределению. И тут я увидел дымок над одной из бесчисленных труб. «Ну слава богу, хоть кто-то здесь есть живой» — подумал я и направился в сторону дымящей трубы. Подойдя ближе я по следам на снегу понял, что здесь должны быть люди.
И действительно, войдя в цех, я обнаружил нескольких угрюмых рабочих, мрачно точивших на станках какие-то болванки.
«Простите, где я могу найти начальника цеха?» — спросил я у одного из них.
Рабочие замерли. Они смотрели на меня и в их глазах читалась злоба и страх. Потом один из них подошел ко мне. «Проваливай отсюда, если жизнь дорога» — прошипел он, дыша мне в лицо перегаром.
«Ничего себе, приемчик» — подумал я и быстро направился вглубь огромного цеха. Долго мне никто не попадался на пути. Наконец, я встретил весьма странного человека. Он был одет в лохмотья, а на голове его был нахлобучен шутовской колпак с бубенцами.
«Добрый день!» — окликнул я его.«Здравствуй, незнакомец, Егорушка рад тебя видеть» — радостно улыбнулся он мне в ответ. Тогда я понял, что Егорушка, видимо, был дурачком каких обычно держат на заводах, чтобы веселить рабочих. Ну что же, по крайней мере он не прогнал меня.«Скажи пожалуйста, где я могу найти начальника цеха?» — спросил я у дурачка. Он обалдело посмотрел на меня и пустился в какой-то танец, приговаривая«Начальник цеха — везде и нигде, он все видит и все слышит, никто не уйдет от него живым»…. Потом Егорушка залаял по собачьи и быстро убежал куда-то в недра цеха. Да, час от часу не легче… Долго я еще бродил среди сломанных станков и куч мусора, пока не увидел странную процессию: несколько крепких мужчин несли на плечах испачканные цементом носилки, на которых сидел весьма мрачного вида человек. Я спросил, не видели ли они начальника цеха. «Что надо, козел?!» — заорал на меня один из носильщиков и потом обратился к сидевшему на носилках человеку:«Хозяин, этот урод хочет с вами поговорить»…. Человек спрыгнул с носилок на землю. Большими шагами он подошел ко мне и я смог разглядеть его получше. Высокий и седой, с орлиным носом и глазами, которые, казалось, метали молнии, он внушал невольный трепет.
«Что-то я не видел тебя раньше. Ты что, новенький?» — спросил он меня.
«Да, я приехал к вам по распределению» — отвечал я и, услышав мои слова, носильщики дружно загоготали.
«Тише, заткнитесь!» — одернул их начальник и продолжил, обращаясь ко мне:«Меня зовут Ветчинин. Я — начальник цеха. Но ты, как и все здесь, будешь называть меня просто Хозяин. Нам нужны молодые специалисты. Можешь приступать к работе. Днем придет горбун и покормит тебя. А вечером я посмотрю на то, что ты сделал».
«Да, но что мне делать?» — растерянно произнес я.
«Как что?» — возмутился Ветчинин — Вставай к станку и точи болванки!«.»
«Но я же инженер»… — произнес я нерешительно.
«Ты — дерьмо, а не инженер. Вставай к станку и точи болванки!» — прозвучал резкий ответ.
«Да, но тут все станки сломаны… и где взять заготовки, чертежи»… — лепетал я.
«Ну ты что, вправду придурок? Бери любой станок, чини его и работай. Вон — заготовки» и он показал на покрытую пылью кучу ржавого металла.«А вон — готовые детали» — и он показал на такую же пыльную и ржавую кучу.
«Работай и не вздумай отлынивать — вечером я все проверю.
Страница 1 из 7
