— Христо, бездельник, чтоб тебе повылазило! Ты почистил рыбу? Нет?! Я разве просила тебя полировать чешую или менять седла, я велела просто почистить рыбу! — грозный голос тети Ксаны грохотал как гром, потемневшие глаза сверкали молниями, а сдвинутая набок цветастая косынка и толстые кольца золотых серег придавали ей сходство с пиратом. Рассерженным пиратом, собравшимся кого-нибудь зарубить. Вместо сабли в руке тети Ксаны красовался остро наточенный тесак.
Добавить в моё избранное
39 мин, 23 сек 15815
Андрей хотел было ее окрикнуть, остановить, но заметил на краю бухты, на камнях, купающихся мальчишек, загорелых до черноты, похожих на маленьких вертлявых чертенят, и осекся. Аська, наверное, почувствовала его несостоявшийся крик, обернулась, махнула рукой. На ее лице сияла улыбка.
— Эй, — позвала она, — давай сюда!
Он кивнул, плюхнул у дороги осточертевший чемодан. Рванул ворот промокшей от пота рубахи.
Все было не так. Слишком яркое солнце, слишком душный воздух, слишком безобидное море, слишком… Тут он увидел Аськины небрежно сброшенные туфли — один на боку, второй — нахлебавшийся песка. Как утонувшие кораблики. И Андрея вдруг захлестнул ужас. Дикий, необъяснимый; материализовавшаяся холодная тень тех кошмаров, что не давали ему толком высыпаться в последнее время и забывались сразу же, как он открывал глаза. Андрей, оцепенев и не имея сил отвести взгляд от утонувших в песке туфель, стоял под жарким полуденным солнцем и трясся от озноба.
В себя его привел слегка обиженный окрик Аськи:
— Эй, ты что там?
Он вздрогнул, заставил себя отвести взгляд от брошенных туфель, посмотреть на Аську — живую, здоровую и очень счастливую. С усилием, будто в финальном рывке выжимая штангу, Андрей поднял руку, махнул в ответ.
— Иди, иди скорее! Вода теплючая!
Вода, и вправду, была теплая. Песчинки щекотали ступни, иногда под ногу попадала ракушка, Аська теряла равновесие, взвизгивала, хваталась за Андрея. Сперва они вдвоем поплескались на мелководье, смеясь и дурачась. Андрей заставлял себя улыбаться в ответ, и ослепленная морем Аська не замечала фальши. А потом она сказала:
— Поплыли? — и махнула рукой вперед, где бирюзовая вода становилась сперва темно-синей, а потом почти черной.
— Аська, я… — глухо пробормотал Андрей, холодея в один миг и покрываясь мурашками. — Я устал очень. И голова кружится от солнца. Давай как-нибудь потом, а? Пойдем сейчас в пансионат уже? Пожалуйста.
Аська посмотрела на него с удивлением. Потом растеряно кивнула. Андрей выдохнул, обнял ее за плечи и почти вытащил на берег. Ему очень хотелось обернуться и снова посмотреть туда, где светлая вода становилась черной, но он сдержался.
И решил не говорить Аське ни слова про свои сны.
Начальник пансионата, представившись — Краснов Игорь Степаныч — выдал им для изучения по тонкой книжице.
— Инструктаж по ТБ. Прочесть, — строго велел он, сдвинув на лоб квадратные очки, отчего сразу стал похож на учителя, — вопросы потом — мне, подпись, дату — в журнал. Чтобы после, если чего…
— Если — чего? — спросил Андрей.
— Вопросы — потом, — строго повторил Игорь Степаныч и углубился в бумаги, наваленные на столе.
Первой спросила Аська, полистав книжицу до конца.
— Простите, а что…
— Да, девушка? — доброжелательно улыбнулся Игорь Степаныч. Андрею его улыбка не понравилась.
— А что, в море купаться нельзя?
— Там непонятно написано?
— Понятно. Но ведь…
— Два бассейна, — сказал начальник и поморщился — наверное, ему приходилось повторять это не раз. — Один с пресной водой, другой с соленой. С восьми до двадцати. По пятницам — до двадцати двух. Чего непонятно?
— Но море… — растеряно пробормотала Аська.
— Любуемся, — объяснил Игорь Степаныч, опять морщась. — Прогулки по аллеям, Морская номер один и номер два.
— До двадцати ноль-ноль? — уточнил Андрей, сверяясь с книжицей.
— Именно! — обрадовался начальник. Подтолкнул толстый гроссбух, ткнул пальцем в новую страницу. — Дата, подпись. Прошу. Талоны на питание получите у Натальи Алексеевны.
— А… — растеряно начала Аська.
Андрей легонько сжал ее плечо, протянул ручку, подвинул гроссбух. Сказал мягко:
— Вот здесь подпиши. Дату я поставил.
Андрей почти силой вытащил упирающуюся Аську в коридор.
— Ты чего? — рассерженно зашипела она.
— А ты? Что ты как маленькая? Не понимаешь, что ничего не изменишь своим возмущением?
— А ты…
— Что?
— Ты так и хотел, да?!
Аська вывернулась из его рук и побежала к выходу.
Андрей не стал ее догонять. Потому что он так и хотел. Подальше от этого проклятого моря.
Синяя рыба была еще ничего. Смирная. Она просто иногда виляла хвостом, как игривый щенок, и вздыбливала металлическую чешую на загривке. Но если на нее прикрикнуть и двинуть кулаком в бок, успокаивалась и опять застывала неподвижно, прикрывая глаза веками из крашеной парусины. Снова становилась как неживая. И можно было притвориться перед самим собой, что ничего такого не происходит, что механическая рыба не шевелится сама по себе. «Подумаешь, — бормотал себе под нос Христо, натирая ветошью блестящую синюю чешую, — видали мы таких рыб». Шестерни да рычаги внутри, а сверху — жесть и парусина.
— Эй, — позвала она, — давай сюда!
Он кивнул, плюхнул у дороги осточертевший чемодан. Рванул ворот промокшей от пота рубахи.
Все было не так. Слишком яркое солнце, слишком душный воздух, слишком безобидное море, слишком… Тут он увидел Аськины небрежно сброшенные туфли — один на боку, второй — нахлебавшийся песка. Как утонувшие кораблики. И Андрея вдруг захлестнул ужас. Дикий, необъяснимый; материализовавшаяся холодная тень тех кошмаров, что не давали ему толком высыпаться в последнее время и забывались сразу же, как он открывал глаза. Андрей, оцепенев и не имея сил отвести взгляд от утонувших в песке туфель, стоял под жарким полуденным солнцем и трясся от озноба.
В себя его привел слегка обиженный окрик Аськи:
— Эй, ты что там?
Он вздрогнул, заставил себя отвести взгляд от брошенных туфель, посмотреть на Аську — живую, здоровую и очень счастливую. С усилием, будто в финальном рывке выжимая штангу, Андрей поднял руку, махнул в ответ.
— Иди, иди скорее! Вода теплючая!
Вода, и вправду, была теплая. Песчинки щекотали ступни, иногда под ногу попадала ракушка, Аська теряла равновесие, взвизгивала, хваталась за Андрея. Сперва они вдвоем поплескались на мелководье, смеясь и дурачась. Андрей заставлял себя улыбаться в ответ, и ослепленная морем Аська не замечала фальши. А потом она сказала:
— Поплыли? — и махнула рукой вперед, где бирюзовая вода становилась сперва темно-синей, а потом почти черной.
— Аська, я… — глухо пробормотал Андрей, холодея в один миг и покрываясь мурашками. — Я устал очень. И голова кружится от солнца. Давай как-нибудь потом, а? Пойдем сейчас в пансионат уже? Пожалуйста.
Аська посмотрела на него с удивлением. Потом растеряно кивнула. Андрей выдохнул, обнял ее за плечи и почти вытащил на берег. Ему очень хотелось обернуться и снова посмотреть туда, где светлая вода становилась черной, но он сдержался.
И решил не говорить Аське ни слова про свои сны.
Начальник пансионата, представившись — Краснов Игорь Степаныч — выдал им для изучения по тонкой книжице.
— Инструктаж по ТБ. Прочесть, — строго велел он, сдвинув на лоб квадратные очки, отчего сразу стал похож на учителя, — вопросы потом — мне, подпись, дату — в журнал. Чтобы после, если чего…
— Если — чего? — спросил Андрей.
— Вопросы — потом, — строго повторил Игорь Степаныч и углубился в бумаги, наваленные на столе.
Первой спросила Аська, полистав книжицу до конца.
— Простите, а что…
— Да, девушка? — доброжелательно улыбнулся Игорь Степаныч. Андрею его улыбка не понравилась.
— А что, в море купаться нельзя?
— Там непонятно написано?
— Понятно. Но ведь…
— Два бассейна, — сказал начальник и поморщился — наверное, ему приходилось повторять это не раз. — Один с пресной водой, другой с соленой. С восьми до двадцати. По пятницам — до двадцати двух. Чего непонятно?
— Но море… — растеряно пробормотала Аська.
— Любуемся, — объяснил Игорь Степаныч, опять морщась. — Прогулки по аллеям, Морская номер один и номер два.
— До двадцати ноль-ноль? — уточнил Андрей, сверяясь с книжицей.
— Именно! — обрадовался начальник. Подтолкнул толстый гроссбух, ткнул пальцем в новую страницу. — Дата, подпись. Прошу. Талоны на питание получите у Натальи Алексеевны.
— А… — растеряно начала Аська.
Андрей легонько сжал ее плечо, протянул ручку, подвинул гроссбух. Сказал мягко:
— Вот здесь подпиши. Дату я поставил.
Андрей почти силой вытащил упирающуюся Аську в коридор.
— Ты чего? — рассерженно зашипела она.
— А ты? Что ты как маленькая? Не понимаешь, что ничего не изменишь своим возмущением?
— А ты…
— Что?
— Ты так и хотел, да?!
Аська вывернулась из его рук и побежала к выходу.
Андрей не стал ее догонять. Потому что он так и хотел. Подальше от этого проклятого моря.
Синяя рыба была еще ничего. Смирная. Она просто иногда виляла хвостом, как игривый щенок, и вздыбливала металлическую чешую на загривке. Но если на нее прикрикнуть и двинуть кулаком в бок, успокаивалась и опять застывала неподвижно, прикрывая глаза веками из крашеной парусины. Снова становилась как неживая. И можно было притвориться перед самим собой, что ничего такого не происходит, что механическая рыба не шевелится сама по себе. «Подумаешь, — бормотал себе под нос Христо, натирая ветошью блестящую синюю чешую, — видали мы таких рыб». Шестерни да рычаги внутри, а сверху — жесть и парусина.
Страница 2 из 12
