Родители Ромы Бровкина частенько доставали его тем, что нельзя проводить всё своё свободное время за компьютером.
Добавить в моё избранное
69 мин, 14 сек 19046
Ты не представляешь, какой ад творится в моём мозгу. Этого нельзя, того нельзя. Я ещё живой человек, и у меня тоже есть свои желания.
Дарья Владимировна после выпитой кружки чая почувствовала, как на неё наваливается усталость, и поняла, что пора поднимать свой зад с кресла.
— Пойду я, Инесса, что-то глаза мои слипаются. Ещё чуть-чуть, и я задремлю тут у тебя.
— Дашка, купи мне хоть чуть-чуть копчёной колбаски. Я тебя очень прошу. Дочка у меня упрямая, ни в какую её не могу уговорить. Одной куриной грудкой меня кормит, а я на неё уже смотреть не могу.
— Я подумаю.
— Ты не думай, ты купи. Угоди подруге хоть раз.
— Слышишь, ты, подруга, вот представь, как всё это будет выглядеть. Сначала я накормлю тебя копчёной колбаской, а потом буду смотреть, как ты корчишься от боли. За кого ты меня принимаешь? За садиста какого-нибудь?
— Всё! — разозлилась не на шутку Инесса. — Не хотите понять меня — не надо! Я сама в магазин пойду. Пускай все от меня шарахаются по сторонам. Зайду в магазин, куплю колбасы себе и у всех на глазах сожру. А вас пускай совесть мучает.
— Больная, честное слово.
— Да, больная! Но не мёртвая! Поверь мне, разница существенная. Надоело лежать и сдыхать. Жить хочется.
— Так живи! — завопила в ответ Стоцкая. — Кто тебе мешает! А моей ноги вообще здесь не будет больше, раз ты такая вредная.
Лена выключила воду и потянулась к полотенцу. Виталик тихонечко двинулся дальше по коридору. Он заглянул в спальню и увидел то, зачем пришёл. Сложив женскую сумочку в рюкзак, парень уже собирался покинуть спальню, но его взгляд привлекла шкатулка на стеклянном журнальном столике, стоящем возле дивана. Он раскрыл шкатулку и выгреб из неё золотые и серебряные украшения. Если не спешить, пронеслась мысль в его голове, можно найти ещё что-нибудь ценное. Спрятав драгоценности в рюкзак, парень вышел из спальни и заглянул на кухню. Он не поверил своему везению. На столе лежали сто долларов.
Гоголев сделал шаг по направлению к столу и услышал, как открылась дверь ванной комнаты. Его это не сильно расстроило. Он встал между холодильником и столом и вытянул из кармана выкидной нож. Лена в розовом нижнем белье прошла мимо кухни. Он тем временем осторожно засунул американскую купюру в карман брюк. Взглянув на двери, ведущие на балкон, понял, что лучшего способа покинуть квартиру ему не придумать.
Виталик нажал на ручку первой двери и очень медленно потянул на себя. Дверь открылась без шума. Оставалось открыть ещё одну.
— Я не поняла?! — раздался женский вопль за спиной парня. — Стоять, я сказала!
Лена так жёстко и неожиданно крикнула, что Гоголев первым делом подумал, что баба, стоящая за его спиной, держит какое-то оружие в руках. Когда он обернулся, то чуть не рассмеялся. Она стояла в трусах и лифчике, сжав пальцы в кулаки. Вот же дура! Сама себе выписала приговор. Виталик поставил рюкзак на пол и шагнул навстречу племяннице Стоцкой. Из ручки ножа выскочило лезвие.
— Я так понимаю, ты смелая очень.
Ромка понимал, что, сказав «а», надо говорить «б». Отступать некуда. Идею, которая пришла ему в голову, назвать толковой он бы не осмелился. Более того, он осознавал, насколько она гиблая и безрассудная.
— Не тяни резину! — рявкнул на него Крот. — Или ты мне сейчас всё говоришь, или я сейчас тебя ножом пырну.
— Я могу ошибаться, — пробормотал Бровкин. — Это только моё предположение.
— Достал, мать твою!
— Тихо-тихо, я хочу сказать, что твой дружок деньги уже давно нашёл. Просто он делиться не хочет.
— Чего?!
— Тебе не кажется странным, что он так неожиданно в туалет захотел? Думаешь, его действительно припёрло? А я так не думаю. Скорее всего, он найденные деньги под одеждой прячет. Может даже скотчем к телу приматывает.
Крот аж онемел от услышанного. Слова Ромки его конкретно зацепили. Рыжий дурень резко развернулся и бросился к двери туалета, и лупанул по ней кулаком.
— Сука, открывай немедля! — заревел он.
Рома планировал написать на окне призыв о помощи и затем прикрыть его шторой. В результате с улицы призыв было бы видно, а из зала нет. Но план его срывался по одной очень простой причине. На полу валялась много разных вещей и предметов, но не было среди них ничего такого, чем можно было оперативно написать на стекле призыв о помощи. Бровкин аж заскулил от того, что такой грандиозный план срывался прямо на глазах. «Не паникуй, а думай!» — приказал он сам себе. — Ищи! Ищи что-нибудь, что может тебе помочь«.»
Больше всего на полу валялось книг. Именно они впились в глаза Ромки, и что-то в мозгу его щёлкнуло. Он подхватил с пола несколько книг и ринулся к окну. Отодвинув тюль и штору чуть-чуть в сторонку, он открыл форточку и стал швырять их одну за другой в легковые машины, припаркованные под окнами.
— Виталичек, чего молчишь, тварь?
Дарья Владимировна после выпитой кружки чая почувствовала, как на неё наваливается усталость, и поняла, что пора поднимать свой зад с кресла.
— Пойду я, Инесса, что-то глаза мои слипаются. Ещё чуть-чуть, и я задремлю тут у тебя.
— Дашка, купи мне хоть чуть-чуть копчёной колбаски. Я тебя очень прошу. Дочка у меня упрямая, ни в какую её не могу уговорить. Одной куриной грудкой меня кормит, а я на неё уже смотреть не могу.
— Я подумаю.
— Ты не думай, ты купи. Угоди подруге хоть раз.
— Слышишь, ты, подруга, вот представь, как всё это будет выглядеть. Сначала я накормлю тебя копчёной колбаской, а потом буду смотреть, как ты корчишься от боли. За кого ты меня принимаешь? За садиста какого-нибудь?
— Всё! — разозлилась не на шутку Инесса. — Не хотите понять меня — не надо! Я сама в магазин пойду. Пускай все от меня шарахаются по сторонам. Зайду в магазин, куплю колбасы себе и у всех на глазах сожру. А вас пускай совесть мучает.
— Больная, честное слово.
— Да, больная! Но не мёртвая! Поверь мне, разница существенная. Надоело лежать и сдыхать. Жить хочется.
— Так живи! — завопила в ответ Стоцкая. — Кто тебе мешает! А моей ноги вообще здесь не будет больше, раз ты такая вредная.
Лена выключила воду и потянулась к полотенцу. Виталик тихонечко двинулся дальше по коридору. Он заглянул в спальню и увидел то, зачем пришёл. Сложив женскую сумочку в рюкзак, парень уже собирался покинуть спальню, но его взгляд привлекла шкатулка на стеклянном журнальном столике, стоящем возле дивана. Он раскрыл шкатулку и выгреб из неё золотые и серебряные украшения. Если не спешить, пронеслась мысль в его голове, можно найти ещё что-нибудь ценное. Спрятав драгоценности в рюкзак, парень вышел из спальни и заглянул на кухню. Он не поверил своему везению. На столе лежали сто долларов.
Гоголев сделал шаг по направлению к столу и услышал, как открылась дверь ванной комнаты. Его это не сильно расстроило. Он встал между холодильником и столом и вытянул из кармана выкидной нож. Лена в розовом нижнем белье прошла мимо кухни. Он тем временем осторожно засунул американскую купюру в карман брюк. Взглянув на двери, ведущие на балкон, понял, что лучшего способа покинуть квартиру ему не придумать.
Виталик нажал на ручку первой двери и очень медленно потянул на себя. Дверь открылась без шума. Оставалось открыть ещё одну.
— Я не поняла?! — раздался женский вопль за спиной парня. — Стоять, я сказала!
Лена так жёстко и неожиданно крикнула, что Гоголев первым делом подумал, что баба, стоящая за его спиной, держит какое-то оружие в руках. Когда он обернулся, то чуть не рассмеялся. Она стояла в трусах и лифчике, сжав пальцы в кулаки. Вот же дура! Сама себе выписала приговор. Виталик поставил рюкзак на пол и шагнул навстречу племяннице Стоцкой. Из ручки ножа выскочило лезвие.
— Я так понимаю, ты смелая очень.
Ромка понимал, что, сказав «а», надо говорить «б». Отступать некуда. Идею, которая пришла ему в голову, назвать толковой он бы не осмелился. Более того, он осознавал, насколько она гиблая и безрассудная.
— Не тяни резину! — рявкнул на него Крот. — Или ты мне сейчас всё говоришь, или я сейчас тебя ножом пырну.
— Я могу ошибаться, — пробормотал Бровкин. — Это только моё предположение.
— Достал, мать твою!
— Тихо-тихо, я хочу сказать, что твой дружок деньги уже давно нашёл. Просто он делиться не хочет.
— Чего?!
— Тебе не кажется странным, что он так неожиданно в туалет захотел? Думаешь, его действительно припёрло? А я так не думаю. Скорее всего, он найденные деньги под одеждой прячет. Может даже скотчем к телу приматывает.
Крот аж онемел от услышанного. Слова Ромки его конкретно зацепили. Рыжий дурень резко развернулся и бросился к двери туалета, и лупанул по ней кулаком.
— Сука, открывай немедля! — заревел он.
Рома планировал написать на окне призыв о помощи и затем прикрыть его шторой. В результате с улицы призыв было бы видно, а из зала нет. Но план его срывался по одной очень простой причине. На полу валялась много разных вещей и предметов, но не было среди них ничего такого, чем можно было оперативно написать на стекле призыв о помощи. Бровкин аж заскулил от того, что такой грандиозный план срывался прямо на глазах. «Не паникуй, а думай!» — приказал он сам себе. — Ищи! Ищи что-нибудь, что может тебе помочь«.»
Больше всего на полу валялось книг. Именно они впились в глаза Ромки, и что-то в мозгу его щёлкнуло. Он подхватил с пола несколько книг и ринулся к окну. Отодвинув тюль и штору чуть-чуть в сторонку, он открыл форточку и стал швырять их одну за другой в легковые машины, припаркованные под окнами.
— Виталичек, чего молчишь, тварь?
Страница 16 из 19
