С тоскливым скрипом дверь отворилась. В комнату вошел мужчина и перешагнул порожек, не спеша прикрыл за собой скрипучую дверь и поставил на пол небольшой ржавый тазик, наполненный мутновато-серой жидкостью, чем-то похожую, по консистенции, на очень жидкий овсяный кисель.
Добавить в моё избранное
18 мин, 55 сек 9258
Хэнк слегка приподнял свою голову и осмотрел комнату. Небольшая кроватка, небрежно сколоченная из старых досок, была пуста.
— Где ты, черт тебя дери?
За дверью послышались стоны дочурки Джули. Старик попытался встать с места, но тело не слушалось.
— Да чтоб вас всех, — осипло, простонал он.
Приложив все свои силы, он все же поднялся с кровати. Горячая и горькая волна подкатила к горлу, грозя вырваться наружу. Хэнк сжал рот, проскрипев несколькими оставшимися гнилыми зубами, сглотнул и на трясущихся ногах поплелся на вскрики дочурки в поисках Джонатана.
Хэнк отрыл дверь большой и некогда весьма уютной гостиной, в которой они раньше любили собираться с семьей и ужинать, смотря телевизор и мило общаясь. Сейчас комната была больше похожа на какой-то притон для наркоманов: со стен и потолка свисали ободранные закопченные обои, кругом была поломанная мебель, на полу валялся мусор и пустые пивные бутылки. Всё наводило тоску и безразличие к жизни.
Находившийся посреди гостиной диван скрипел под натиском стаявшей на карачках Джули, стоны которой становились все громче. Пристроившийся сзади Билли, как отбойный молоток, со страшной силой долбил её в задницу. Со стен на них смотрели свадебные фотографии семьи МакНилов и детские фото Джули. Мутным взглядом Хэнк оглядел комнату. Джонатан тихо стоял в углу, наблюдая за всем этим действием.
— Грязные извращенцы! — закричал Хэнк.
Он взял пустую бутылку, валявшуюся у него под ногами, и кинул в трахающуюся парочку. Через мгновение дно бутылки встретилась с головой Билли Конрада. Послышался глухой звук удара. Билли отпрянул от своей партнерши и его тут же обмякший член со звуком «чпок», вышел из задницы Джули.
Билли прижал руку ко лбу. Сквозь пальцы проступила кровь.
— Ах, ты ёбаный шмат говна! — взревел Билли. — Да я тебя на тот свет отправлю!
Билли рванул в сторону Хэнка и тут же пристолбил его к стене, сжимая хрупкую шею одной рукой.
— Я из тебя сейчас последнее дерьмо выбью! — зарычал Билли, сжав шейные позвонки старика.
К горлу Хэнка вновь подкатила противная волна с привкусом самогона, и его вырвало прямо на Билли. Мерзкая, зловонная и горячая жидкость окатила голое тело мужчины.
— Блядь, — выругался Билли, отпустив старика.
Хэнк упал на колени, и задыхаясь, пробормотал:
— Сукин сын, грязный чертов сукин сын!
Не успев прийти в себя, Хэнк почувствовал сильный удар в висок. От удара коленом мотнувшаяся голова врезалась в стену. Из носа тут же хлынула кровь.
— Деда! — завизжал, забившийся в угол Джонатан.
— Не надо Билли! Я прошу тебя! — взмолилась Джули.
— Я покажу этому уебку, кто тут главный! — глаза Билли налились кровью, и он пяткой зарядил старику между глаз.
Хэнк всем телом свалился на пол, и ударился затылком об паркет. Билли продолжал наносить удар за ударом. Он топтался по нему, нанося ногами удары в живот, в грудь, голову. В то время как в комнате стояли дикие крики Джонатана и Джули, сопровождающиеся хрустом ломающихся костей дедушки Хэнка. Его лицо превратилось в сплошную кашу, состоящую из кровавых сгустков. Тело его били судороги, а руки дергались, как у куклы.
Тяжело дыша Билли отстранился. В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь всхлипами Джули и Джонатана и бульканьем старика Хэнка.
— Джули! — рявкнул Билли. — Неси сюда топор, нужно избавиться от этого старого куска говна!
— Что? Зачем тебе топор? — дрожащим голосом произнесла Джули.
— Я что не ясно выражаюсь, мать твою! Сейчас же неси этот чертов топор, пока я не сделал тоже самое с вашими гребаными лицами! — Билли подошел к Джули, взял её за волосы и толкнул в сторону кухни.
Руки Джули ходили ходуном, отчего топор чуть не выскользнул на пол.
— Давай! — скомандовал Билли. — Нужно отрубить ему руки и ноги. Закапаем его за домом и дело с концом.
— Чччччто? Я не могу Билли. Это же мой отец, прошу тебя…
— Руби сука! А то я займусь твоим ублюдочным сыночком, и он отправиться вместе со своим ёбаным дедулей на тот свет.
У дальней стены комнаты, вжавшись в угол и закрыв лицо и голову руками, сидел на корточках и дрожал всем телом Джонатан, всхлипывая и скуля как испуганный пес.
На момент, когда удар топора пришелся Хэнку прямо в предплечье, он был еще жив, и чувствовал, как лезвие топора с хрустом вошло в руку. Потом удар… Еще удар… И вот уже рука отделилась от тела. Следующий удар в ногу, заставил Хэнка последний раз дернутся в жуткой агонии и старик, наконец, затих и обмяк. Последним Билли и Джулли отделили от тела голову. Собрали все части в черный мусорный пакет и закапали на заднем дворе дома.
Kогда не стало дедушки Хэнка, Джонатану было уже около семи лет. Теперь его место жительство с дедушкиной комнаты переместилось в пыльный чердак с маленьким круглым окошком, через которое каждую ночь пробивался лунный свет.
— Где ты, черт тебя дери?
За дверью послышались стоны дочурки Джули. Старик попытался встать с места, но тело не слушалось.
— Да чтоб вас всех, — осипло, простонал он.
Приложив все свои силы, он все же поднялся с кровати. Горячая и горькая волна подкатила к горлу, грозя вырваться наружу. Хэнк сжал рот, проскрипев несколькими оставшимися гнилыми зубами, сглотнул и на трясущихся ногах поплелся на вскрики дочурки в поисках Джонатана.
Хэнк отрыл дверь большой и некогда весьма уютной гостиной, в которой они раньше любили собираться с семьей и ужинать, смотря телевизор и мило общаясь. Сейчас комната была больше похожа на какой-то притон для наркоманов: со стен и потолка свисали ободранные закопченные обои, кругом была поломанная мебель, на полу валялся мусор и пустые пивные бутылки. Всё наводило тоску и безразличие к жизни.
Находившийся посреди гостиной диван скрипел под натиском стаявшей на карачках Джули, стоны которой становились все громче. Пристроившийся сзади Билли, как отбойный молоток, со страшной силой долбил её в задницу. Со стен на них смотрели свадебные фотографии семьи МакНилов и детские фото Джули. Мутным взглядом Хэнк оглядел комнату. Джонатан тихо стоял в углу, наблюдая за всем этим действием.
— Грязные извращенцы! — закричал Хэнк.
Он взял пустую бутылку, валявшуюся у него под ногами, и кинул в трахающуюся парочку. Через мгновение дно бутылки встретилась с головой Билли Конрада. Послышался глухой звук удара. Билли отпрянул от своей партнерши и его тут же обмякший член со звуком «чпок», вышел из задницы Джули.
Билли прижал руку ко лбу. Сквозь пальцы проступила кровь.
— Ах, ты ёбаный шмат говна! — взревел Билли. — Да я тебя на тот свет отправлю!
Билли рванул в сторону Хэнка и тут же пристолбил его к стене, сжимая хрупкую шею одной рукой.
— Я из тебя сейчас последнее дерьмо выбью! — зарычал Билли, сжав шейные позвонки старика.
К горлу Хэнка вновь подкатила противная волна с привкусом самогона, и его вырвало прямо на Билли. Мерзкая, зловонная и горячая жидкость окатила голое тело мужчины.
— Блядь, — выругался Билли, отпустив старика.
Хэнк упал на колени, и задыхаясь, пробормотал:
— Сукин сын, грязный чертов сукин сын!
Не успев прийти в себя, Хэнк почувствовал сильный удар в висок. От удара коленом мотнувшаяся голова врезалась в стену. Из носа тут же хлынула кровь.
— Деда! — завизжал, забившийся в угол Джонатан.
— Не надо Билли! Я прошу тебя! — взмолилась Джули.
— Я покажу этому уебку, кто тут главный! — глаза Билли налились кровью, и он пяткой зарядил старику между глаз.
Хэнк всем телом свалился на пол, и ударился затылком об паркет. Билли продолжал наносить удар за ударом. Он топтался по нему, нанося ногами удары в живот, в грудь, голову. В то время как в комнате стояли дикие крики Джонатана и Джули, сопровождающиеся хрустом ломающихся костей дедушки Хэнка. Его лицо превратилось в сплошную кашу, состоящую из кровавых сгустков. Тело его били судороги, а руки дергались, как у куклы.
Тяжело дыша Билли отстранился. В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь всхлипами Джули и Джонатана и бульканьем старика Хэнка.
— Джули! — рявкнул Билли. — Неси сюда топор, нужно избавиться от этого старого куска говна!
— Что? Зачем тебе топор? — дрожащим голосом произнесла Джули.
— Я что не ясно выражаюсь, мать твою! Сейчас же неси этот чертов топор, пока я не сделал тоже самое с вашими гребаными лицами! — Билли подошел к Джули, взял её за волосы и толкнул в сторону кухни.
Руки Джули ходили ходуном, отчего топор чуть не выскользнул на пол.
— Давай! — скомандовал Билли. — Нужно отрубить ему руки и ноги. Закапаем его за домом и дело с концом.
— Чччччто? Я не могу Билли. Это же мой отец, прошу тебя…
— Руби сука! А то я займусь твоим ублюдочным сыночком, и он отправиться вместе со своим ёбаным дедулей на тот свет.
У дальней стены комнаты, вжавшись в угол и закрыв лицо и голову руками, сидел на корточках и дрожал всем телом Джонатан, всхлипывая и скуля как испуганный пес.
На момент, когда удар топора пришелся Хэнку прямо в предплечье, он был еще жив, и чувствовал, как лезвие топора с хрустом вошло в руку. Потом удар… Еще удар… И вот уже рука отделилась от тела. Следующий удар в ногу, заставил Хэнка последний раз дернутся в жуткой агонии и старик, наконец, затих и обмяк. Последним Билли и Джулли отделили от тела голову. Собрали все части в черный мусорный пакет и закапали на заднем дворе дома.
Kогда не стало дедушки Хэнка, Джонатану было уже около семи лет. Теперь его место жительство с дедушкиной комнаты переместилось в пыльный чердак с маленьким круглым окошком, через которое каждую ночь пробивался лунный свет.
Страница 3 из 6
