Роди меня обратно

Это маленькое окно стало для него единственной отрадой. Целыми днями, сидя под окном в полном одиночестве, он смотрел во двор. Со дня на день Билли постоянно приводил домой мужчин. И, судя по тому, с какими лицами они покидали их дом, можно было уверенно сказать — его мама удовлетворяла всех. Но чаще всего к ним наведывался некий Флойд Брюстер. Толстый мужчина с большим синим носом. Его черный «Мерседес» очень нравился Джонатану.

— Привет Билли! — послышался голос с улицы. — Эта сучка еще не загнулась? У меня для неё есть подарочек.

Джонатан подскочил с матраца и прильнул к окну. До блеска намытый автомобиль отражал лучи давно поднявшегося солнца. Пожав руки, мужчины зашли в дом. Джонатан подбежал к двери и приоткрыл её. Сквозь лестничный пролет Джонатан увидел, как Билли и Флойд прошли в гостиную и сели за стол. Толстяк вытащил из кармана пакетик с белым порошком и кинул на стол. Через мгновение подбежала Джули и схватила пакетик. Флойд шлепнул её по заднице:

— Это тебе сучка, иди пока готовься, я скоро буду.

Билли разлил по стаканам виски, они чокнулись, и с удовольствием выпили по первой.

— Послушай Билли, — прочистив горло, сказал Флойд. — Джули уже не та, что была раньше. Трахать её это скука смертная, она как бревно. Я уже не говорю о её иссохшем теле и висячих сиськах. Ну, а её киска, это же уже даже не пещера, а целый Гранд-Каньон. К тому же она тронулась умом.

— Ты же знаешь, Флойд, — перебил его Билли. — Это последняя сучка, которая у меня осталась. Эти чертовы городские уёбки из центра забрали всё, что у меня было…

— Да я в курсе Билл. Ты знаешь, почему я до сих пор твой клиент. Джули была моей любимой шлюшкой. Она делала такой горловой минет, что мои яйца заходили под рёбра. Но сейчас… Сейчас у меня даже не всегда встаёт на неё.

— Старик, ты же любишь жесткий трах, ну и врежь ей хорошенько, что бы она лучше работала.

— Да, Билл, это меня возбуждает… Но знаешь, что… В последний раз, когда я её трахал, я привязал её за руки и за ноги к кровати. Я пару раз ей вмазал, но мой член опал прямо у неё в пизде. Меня это сильно разозлило. И как только я собирался вынуть из неё член, я услышал, шорканья у окна, присмотревшись я увидел, что за нами наблюдает мальчонка. Как там его, Джонатан, по-моему, сынок этой сучки…

— Сучий выблядок, я его предупреждал, что бы он не выходил с чердака без моего ведома, — фыркун Билли и заглотнул залпом виски. — Этот сученыш сегодня получит хорошую трёпку!

— Погоди Билл… В общем меня это так возбудило, что мой член сразу встал колом, как у подростка, увидевшего первый раз голую бабу. И хоть Джули была в отключке, я трахнул её с небывалым удовольствием. Такого кончуна у меня не было со времен «великой депрессии».

— Если хочешь, Флойд, пускай этот пиздюк наблюдает, я не против, — разлив еще виски, сказал Билли.

— Нет, чувак. Я хочу пацаненка и эту сучку трахнуть вместе. Понимаешь, типа инцест и все такое. Черт да у меня уже встал только о мысли, об этом.

— Флойд, но он же ребенок, я не думаю, что это хорошая идея.

— Пятьсот баксов наличкой прямо сейчас! — Флойд достал пять стодоллaровых банкнот и шлепнул их на стол.

— Ты знаешь Флойд, а у тебя просто удивительный дар убеждения. Просто поразительный, мать твою.

Мужчины засмеялись и опрокинули еще по стакану виски.

— Я пойду пока подготовлю Джули, — вставая со стула, объявил Билли. — Ну и пацана нужно тоже промотивировать.

— Привяжи покрепче эту сучку, не хочу, чтобы были проблемы с ней.

Билли зашел на кухню и навалил с грязной кастрюли в ржавый стальной тазик кашецу и поплелся по скрипучей лестнице на чердак. Джонатан к тому времени дрожа лежал на своем матраце, лицо его было покрыто холодным потом.

С тоскливым скрипом дверь отворилась. В комнату вошел мужчина и перешагнул порожек, не спеша прикрыл за собой скрипучую дверь и поставил на пол небольшой ржавый тазик, наполненный мутновато-серой жидкостью, чем-то похожую, по консистенции, на очень жидкий овсяный кисель.

— Пора завтракать, пацан! — присев на корточки приказал Билли.

Джонатан встал с грязного, пропитанного мочой и потом матраца, на карачках подполз к тазику и трясущимися руками начал жадно уплетать серую жижу. Он знал, что любой отказ Билли был чреват для него болезненными последствиями.

— Я тебе уже не раз говорил, чтобы ты не покидал свою комнату без моего ведома, — угрожающе сказал Билли. — Ты снова ослушался меня.

Билли занёс над головой правую руку, и наотмашь треснул ладошкой по голове Джонатану. Тазик с едой вместе с мальчиком распластались по полу. Джонатан забился в угол, закрыв руками лицо и начал хныкать.

— Ладно, сученок, на этот раз я тебя прощаю, но ты должен для меня кое-что сделать, — спокойным тоном произнес Билли. — Дядя Флойд и твоя мамуля хотят поиграть с тобой вместе.