Erratum

— Удивился дрег. Но Грерия прекрасно знала, что размышляет он сейчас не над тем, как могло угораздить Самаэля завести такую каракатицу в качестве подруги, — им все люди казались одинаково уродливыми, как и людям дреги, — а над тем, имеет ли смысл оказывать Самаэлю услугу, пойдя против желания подруги Владыки. И, к ее счастью, похоже, он рассудил, что подруга Самаэля — вещь более редкая, а, следовательно, и ценная, нежели блажь одной из многих подруг хозяина. — Она сказала забрать тебя. Я забрал. — Рассудил дрег. — Только что теперь с тобой делать? — Он закрутил головой, словно это могло помочь ему принять правильное решение.

— Отпустить на все четыре стороны. — Подсказала ему Грерия.

— А что за тебя даст Самаэль? — Спросил дрег.

— Чертова тупоголовая скотина, а туда же. — Подумала Грерия, но вслух лишь зло произнесла. — Голову тебе оторвет, если узнает, что ты схватил меня.

Дрег снова покрутил головой. Потом резко подхватил Грерию и потащил за собой.

— Эй, ты куда? — завопила Грерия, но было уже поздно: он принял решение, и она понятия не имела, какое. Но даже затащи он ее в комнату Самаэля — это едва ли было бы для нее лучшим решением.

Через какое-то время они оказались у входа в дно, что едва ли обрадовало Грерию, но пытаться вырваться из лап дрега было совершенно бесполезно, на увещевания же он больше не отзывался. Когда показались его собратья, Грерия и вовсе утратила энтузиазм, потому что не знала, что и как им говорить, чтобы не сделать еще хуже.

— Какой свободен? — Спросил он, нисколько не утруждаясь удержанием висящей в воздухе Грерии.

— Четыре один двенадцать. — Ответил один из них, даже не глядя на нее.

И дрег просто пошел дальше. Крики Грерии не заставили никого из них ни обернуться, ни вздрогнуть. Видимо, вопли здесь были делом обычным.

— Нет, ну нет, ну это же просто невозможно. — Причитала Грерия. Она ведь только в самом начале. Она — ведьма, она — талантливая ведьма, она никогда не была ни на каком слое, потому что еще будучи живой, уже состояла в местном штате.

Крики ее обрвались разом, как только она оказалась одна в индивидуальном слое. Сказать, что Грерия была перепугана — это не сказать ничего. Она боялась открыть глаза, вдохнуть, шевельнуться, но все же сделала это, потому что вечно так стоять было невозможно. К своему удивлению, ведьма поняла, что стоит в пустоте, в чистой белизне нетронутости. Как такое могло случиться? Пусть она и не считала себя исчадием ада, но и белой и пушистой никогда не была, это уж точно. Насколько она знала, сейчас вокруг нее мир должен был сходить с ума, наполненный всеми ужасами, что она творила в своей жизни, чертями, демонами, жертвоприношениями, проклятыми людьми, тянущими к ней свои руки в желании разодрать на части, обкраденные, несчастные, рыдающие люди, кричащие дети.

— Только не надо обо всем этом думать сейчас, — приказала себе Грерия. Но даже если бы она не думала, все эти образы были в ее памяти и должны были отразиться вокруг нее, воссозданные податливой материей индивидуальных слоев. А ее собственый слой, мир был девственно чист. Грерия еще раз недоуменно осмотрелась по сторонам, потом поглядела себе под ноги и заметила, что стоит в небольшой луже, в которой отражается тонкая красивая девушка с золотыми волосами. Девушка? Грерия радостно рассмеялась. В ожидании кошмара, она и забыла совсем о положительном свойстве всех слоев, хотя во всех остальных случаях его едва ли можно было счесть положительным, — возвращать человека в его идеальное состояние, чтобы его надольше хватило до тех пор, пока он не умрет, и так заново, по кругу. Слой снова вернул ей молодость, и, насколько она знала, эта молодость не исчезнет через несколько часов, если конечно ей только удастся выбраться, иначе толку от этого подарка будет маловато. Грерия завороженно продолжала глядеть себе под ноги и размышлять, когда заметила в воде несколько черных ягод, и в тот же момент все поняла. Она была в одном слое со скользящей тварью, которая нашла первый свободный и воспользовалась им, чтобы распробовать плату Грерии.

— Здорово, сестрица, — еще радостнее, чем в первый раз рассмеялась Грерия, вспоминая последний облик твари. — Вот мы с тобой и снова встретились.

Но веселье ее не было долгим: она по-прежнему не знала, как выбраться. Единственное, что утешало — ее не будут мучить кошмары, пока тварь здесь. Но что делать дальше? Тварь рано или поздно очнется и смоется. Вопрос был только в том, когда. Как уговорить ее вытащить Грерию и возможно ли это без дрегов? Грерия тяжело вздохнула, в раздумии накручивая на палец одну из золотистых прядей.

Глава 6

Самаэль скользнул от дрегов прочь, сделав крюк недалеко от входа в дно, погруженный в размышления, и пытаясь понять, от кого еще он может добыть интересующие его сведения, когда вдалеке проскользнула показавшаяся знакомой фигурка с золотистыми волосами.