Erratum

Из-за этого вокруг царил такой хаос, что демоны оставили свои посты, и прилегли на вино и развлечения, как и все остальные. В конечном счете, все знали, что бежать из дома смертным невозможно.

Крупный мужчина с грубыми манерами схватил Лили за руку и потащил за собой, и сколько она ни кричала, и ни отбивалась, не обращал на это ровно никакого внимания.

— Я — служанка, — прокричала она, когда он волок ее мимо демонов так, чтобы они расслышали и остановили его. Но один из демонов лишь окинул ее небрежным взглядом и заметил другому:

— А она действительно ничего, я бы вытащил такую со слоев.

— Кто-то уже вытащил. — Усмехнулся второй.

— Не упирайся, — обратился к ней первый. — Тебе делают честь.

— Честь? Я — служанка! Я мою кастрюли и подаю вино. — Орала она, отбиваясь, что есть силы от мужчины, но никто больше не обращал на нее внимания. — Оставьте меня. Я не из девушек для гостей.

— Мне плевать. — Он вздернул ее за руки и встряхнул, потому что ему надоела ее возня. — Я — гость, и мое желание здесь закон. Поэтому заткнись и иди смирно.

Он поочередно заглядывал в комнаты, но те оказывались уже занятыми. Лили мучительно думала, как ей выбраться из этой идиотской ситуации. Если бы у нее был с собой меч, она бы задала жару этому идиоту, но, увы, оружия не было, а по силе она ему катастрофически проигрывала. Только бы он не затащил ее в какую-то комнату, потому что тогда ей точно конец. Только бы где-то поблизости оказался Рамуэль, или Калеб, или на худой конец хотя бы Уцур, хоть кто-нибудь знакомый ей.

Тем временем, здоровяк набрел-таки на пустую комнату и втащил ее внутрь. Пока дверь не захлопнулась за ними, она все еще верила в чудо, но когда они оказались наедине в закрытом помещении, чудес больше не осталось. Он грубо толкнул ее на кровать, а затем стал небрежно срывать одежду. Лили понятия не имела, кто был этот гость. На колдуна он походил едва ли, те могли обойтись какими-то другими средствами, да и не пали бы до грубого обладания женщиной. Значит, оставался лишь кто-то из смертных, заключивших крупную сделку.

— Кто вы? — Спросила она, когда он сорвал с нее последнюю одежду.

Он остановился, передыхая и словно любуясь проделанной работой.

— Ты что, не следишь за политикой?

— Я слегка не у дел. — Удалось выговорить ей.

— Я второе лицо в Венесуэле. А скоро стану и первым, — его губы растянулись в широкой улыбке.

— В этом и состоит ваша сделка? — Догадалась Лили.

— Сделка? — Нахмурился он.

— Контракт, который вы заключили с хозяином.

— А, да, контракт. — Он ухмыльнулся. — Именно его я и праздную. — Ему даже невдомек было, что в аду есть события куда важнее его дурацкого контракта.

— Вы его недавно заключили? — Спросила Лили.

— Только что. — С победной интонацией в голосе подтвердил он и сделал шаг в ее сторону.

— Если там нет его крови, он считается недействительным. — Как можно спокойнее произнесла Лили.

— О чем ты? — Он остановился.

Это все, что ей было нужно — зародить сомнение в его душе. Сомнение в том, что контракт в силе, что его не провели в мире лжецов и хитрецов.

— Контракт без его крови считается недействительным.

— Но там была кровь. — Возразил мужчина, но Лили видела, что сомнения гложут его.

— Вы уверены, что его?

Здоровяк хмуро посмотрел на нее, затем вытащил из кармана пиджака договор. Его толстые пальцы дрожали, когда он разворачивал бумагу.

— Только попробуй солгать мне, — угрожающе произнес он. — И я от тебя мокрого места не оставлю.

Лили смотрела, как под печатными строчками из свертка появляется кровавая подпись, и думала, что же делать дальше. Она слышала, что святые предметы реагируют на Его кровь и наоборот. Крохотный шанс, что у этого узурпатора есть что-то святое, все-таки оставался, как насмешка над всем, с чем он соприкасался.

— У вас есть освященный предмет?

Он задумался.

— Есть крест.

— Коснитесь им подписи. — Велела Лили. Ей рассказывали, что некоторые пытались таким образом избавиться от контракта, чуть ли не окуная его в святую воду, но все, к чему это приводило — лишь давало знать хозяину, что человек пытается разорвать договор, тем самым нарушая главный его пункт.

Здоровяк приложил крест к бумаге, ему и в голову не приходило, что это может иметь хоть какое-то значение.

— И что, ведьма? — Спросил он, но затем поспешно отдернул руку, отпустив крест, когда кровь на бумаге закипела. — Ого, — он озадаченно потер пятерней затылок, а потом просиял. — Значит, его кровь?

— Да, с контрактом все в порядке. — Произнесла Лили, молясь о том, чтобы в комнату как можно скорее ворвались демоны или кто там должен был следить за нерушимостью договоров.