Остров Феи

Она пережила сейчас лето и зиму. Она годом ближе к своей смерти: ибо я не мог не видеть, что, когда она вступила в область тени, ее собственная тень отделилась от ее фигуры, и черные воды, еще более почернев, поглотили ее».

И снова показался челнок, и снова появилась Фея, но на лице ее было больше заботы и нерешительности, и меньше свободной беспечности. Она опять из царства света вступила в тьму (которая с минуты на минуту все чернела), и опять ее тень, отделившись, упала и слилась с водой, напоенной мраком. И снова, и снова плыла она, огибая остров (меж тем как солнце устремлялось на покой), и каждый раз, при вступлении в область лучей, лицо ее становилось все печальнее, все бледнее, неопределеннее, и каждый раз от нее отделялась все более мрачная тень, поглощаемая все более черневшей тьмою. И наконец, когда солнце исчезло совершенно, Фея, теперь не более как бледный призрак самой себя, исполненная безутешной скорби, вошла в непроглядную тьму, и вышла ли она когда-нибудь оттуда, я не могу сказать, потому что все покрылось непроницаемым мраком, и я не видел больше ее волшебного лица.