Бывают сложные и запутанные уголовные расследования, которые начинаются тривиально и даже скучно — ничто не обещает головоломного сюжета и игры нервов. Следствие, отталкиваясь от довольно очевидных на первый взгляд исходных данных, постепенно вползает в сложную и запутанную историю, совсем неочевидную поначалу.
Добавить в моё избранное
80 мин, 27 сек 11709
Он с удовольствием водил детективов по местам совершения преступлений, с упоением рассказывал об убийствах и, казалось, наслаждался всеобщим вниманием к своей персоне. Вообще же, Кокорэйлес-младший рассказал о преступлениях «чикагской бригады смерти» больше, чем остальные трое участников вместе взятые. Однако по мере приближения суда у Эндрю стала резко сдавать память, не без дружеских советов авдокатов, конечно же! Положение стороны обвинения было не очень-то выигрышным, поскольку многие детали были известны именно из показаний самих преступников и не подкреплялись уликами. О причастности к большинству убийств членов«чикагской бригады» было известно только со слов самих членов бригады, поэтому отказ от ранее сделанных признаний, значительно ослабевал линию обвинения.
Эндрю Кокорэйлес в конечом итоге признал свою вину в убийстве Роуз Бек Дэвис и Лорри Боровски, и то с оговоркой, что последнюю убивал непосредственно Спрейтцер, а он — т. е. Эндрю — лишь помогал ему в этом. Поскольку эти убийства произошли в разных округах, Кокорэйлесу-младшему надлежало предстать перед двумя различными судами. Сначала Эндрю судили за убийство Роуз Бек Дэвис и приговорили к пожизненному заключению, что, видимо, очень не понравилось преступнику. Ещё бы!— ему вынесли приговор даже более строгий, нежели Робину Гечту, признанному главарю банды!
Крайне раздосадованный допущенной в отношении него несправедливостью, Эндрю Кокорэйлес решился на шаг — прямо скажем! — неординарный. На втором суде (где рассматривался вопрос о его соучастии в убийстве Лоррейн Боровски) Эндрю заявил, что никого не убивал, не насиловал и ни разу не отрезал женщине грудь. Видимо, лавры Гечта, построившего свою защиту на «полной несознанке», не давали Эндрю покоя и тот решил, что сможет повторить успех главаря. Но ведь не зря ещё Александр Македонский любил повторять: «Последователям — неудачный пример».
Эндрю Кокорэйлес, отказавшись от всех, ранее сделанных признаний, поставил сам себя в очень щекотливое положение. Дело заключалось в том, что свои признания он повторял под видеозапись по меньшей мере 4 раза, кроме того, он более дюжины раз участвовал в «выводках» на местности, рассказывая в деталях об отдельных эпизодах и показывая места сокрытия тел. Теперь же он утверждал, что делал все эти признания под физическим давлением окружавших его полицейских и работников прокуратуры. Однако в допросах и«выводках» участвовало большое число работников правоохранительных органов и если следовать логике Эндрю Кокорэйлеса, то получалось, что все они договорились нарушить закон с единственной целью — добиться осуждения несчастного парня!
Такое предположение звучало фантастично, однако в рамках второго судебного процесса это утверждение было тщательно проверено. Были извлечены из архивов видеозаписи следствия 1982-84 гг. и Эндрю попросили указать, кто из допрашивавших и как именно, воздействовал на него физически? Кокорэйлес заявил, что его запугивали в разное время 6 детективов полиции и 2 работника окружной прокуратуры, крое того, 1 детектив показал ему ориентиры на местности, которые Кокорэйлес должен был опознать во время «выводки», а ещё 1 детектив — издевался над ним физически. Повалив Кокорэйлеса на пол, этот детектив, якобы, придавил его грудь коленом, приставил пистолет к виску и пригрозил застрелить, если Эндрю не даст признательных показаний. судья допросил некоторых из поименованных обвиняемым лиц и оставил решение вопроса о «пытках» присяжным заседателям.
Те недолго ломали головы и после менее чем 3-часового обсуждения признали Эндрю Кокорэйлеса виновным в убийстве Лоррэйн Боровски и заслуживающим смерти. Во время оглашению приговора судьёй, Эндрю Кокорэйлес принялся причать, отрицая свою виновность, так что судья был вынужден пригрозить ему удалением из зала. В общем, Эндрю своим отказом от признаний себе не только не помог, но напротив, всё только испортил.
Надо сказать, что в США к середине 80-х гг. сторонники полного запрета смертной казни (т. н. «аболиционисты») уже имели немалый политический вес, так что вынесение подобного приговора Кокорэйлесу-младшему вызвало немедленное кипение в сердцах сторонников гуманизации пенитенциарной системы. У гнусного убийцы неожиданно отыскалась масса всевозможных добровольных помощников, принявших на себя труд защитить негодяя от «несправедливого и безжалостного общества». В средствах массовой информации появились материалы, из которых следовало, что Эндрю Кокорэйлес ввиду своей бедности не получил достойной адвокатской защиты в обоих процессах. Независимые адвокаты, явно рассчитывая попиариться на известном деле, указывали на то, что Кокорэйлеса-младшего не подвергли психолого-психиатрической экспертизе и вопрос о его вменяемости специально не рассматривался. Внёс свою лепту и тюремный капеллан, сообщивший, что Кокорэйлес никогда не демонстрировал агрессии, был искренне религиозен и из этого «доброго парня» просто сделали монстра.
Эндрю Кокорэйлес в конечом итоге признал свою вину в убийстве Роуз Бек Дэвис и Лорри Боровски, и то с оговоркой, что последнюю убивал непосредственно Спрейтцер, а он — т. е. Эндрю — лишь помогал ему в этом. Поскольку эти убийства произошли в разных округах, Кокорэйлесу-младшему надлежало предстать перед двумя различными судами. Сначала Эндрю судили за убийство Роуз Бек Дэвис и приговорили к пожизненному заключению, что, видимо, очень не понравилось преступнику. Ещё бы!— ему вынесли приговор даже более строгий, нежели Робину Гечту, признанному главарю банды!
Крайне раздосадованный допущенной в отношении него несправедливостью, Эндрю Кокорэйлес решился на шаг — прямо скажем! — неординарный. На втором суде (где рассматривался вопрос о его соучастии в убийстве Лоррейн Боровски) Эндрю заявил, что никого не убивал, не насиловал и ни разу не отрезал женщине грудь. Видимо, лавры Гечта, построившего свою защиту на «полной несознанке», не давали Эндрю покоя и тот решил, что сможет повторить успех главаря. Но ведь не зря ещё Александр Македонский любил повторять: «Последователям — неудачный пример».
Эндрю Кокорэйлес, отказавшись от всех, ранее сделанных признаний, поставил сам себя в очень щекотливое положение. Дело заключалось в том, что свои признания он повторял под видеозапись по меньшей мере 4 раза, кроме того, он более дюжины раз участвовал в «выводках» на местности, рассказывая в деталях об отдельных эпизодах и показывая места сокрытия тел. Теперь же он утверждал, что делал все эти признания под физическим давлением окружавших его полицейских и работников прокуратуры. Однако в допросах и«выводках» участвовало большое число работников правоохранительных органов и если следовать логике Эндрю Кокорэйлеса, то получалось, что все они договорились нарушить закон с единственной целью — добиться осуждения несчастного парня!
Такое предположение звучало фантастично, однако в рамках второго судебного процесса это утверждение было тщательно проверено. Были извлечены из архивов видеозаписи следствия 1982-84 гг. и Эндрю попросили указать, кто из допрашивавших и как именно, воздействовал на него физически? Кокорэйлес заявил, что его запугивали в разное время 6 детективов полиции и 2 работника окружной прокуратуры, крое того, 1 детектив показал ему ориентиры на местности, которые Кокорэйлес должен был опознать во время «выводки», а ещё 1 детектив — издевался над ним физически. Повалив Кокорэйлеса на пол, этот детектив, якобы, придавил его грудь коленом, приставил пистолет к виску и пригрозил застрелить, если Эндрю не даст признательных показаний. судья допросил некоторых из поименованных обвиняемым лиц и оставил решение вопроса о «пытках» присяжным заседателям.
Те недолго ломали головы и после менее чем 3-часового обсуждения признали Эндрю Кокорэйлеса виновным в убийстве Лоррэйн Боровски и заслуживающим смерти. Во время оглашению приговора судьёй, Эндрю Кокорэйлес принялся причать, отрицая свою виновность, так что судья был вынужден пригрозить ему удалением из зала. В общем, Эндрю своим отказом от признаний себе не только не помог, но напротив, всё только испортил.
Надо сказать, что в США к середине 80-х гг. сторонники полного запрета смертной казни (т. н. «аболиционисты») уже имели немалый политический вес, так что вынесение подобного приговора Кокорэйлесу-младшему вызвало немедленное кипение в сердцах сторонников гуманизации пенитенциарной системы. У гнусного убийцы неожиданно отыскалась масса всевозможных добровольных помощников, принявших на себя труд защитить негодяя от «несправедливого и безжалостного общества». В средствах массовой информации появились материалы, из которых следовало, что Эндрю Кокорэйлес ввиду своей бедности не получил достойной адвокатской защиты в обоих процессах. Независимые адвокаты, явно рассчитывая попиариться на известном деле, указывали на то, что Кокорэйлеса-младшего не подвергли психолого-психиатрической экспертизе и вопрос о его вменяемости специально не рассматривался. Внёс свою лепту и тюремный капеллан, сообщивший, что Кокорэйлес никогда не демонстрировал агрессии, был искренне религиозен и из этого «доброго парня» просто сделали монстра.
Страница 21 из 24
