Грузия второй половины 19-го столетия… Кутаисская губерния, входившая в состав Кавказского наместничества была глубокой провинцией, жившей традициями и вековым опытом местного грузинского населения.
Добавить в моё избранное
36 мин, 22 сек 5697
Это казалось нелогичным, поскольку могло демаскировать похитителей девочки, но объехав городок, Абашидзе убедился, что такой путь был кратчайшим. В конце — концов, пристав счел, что скрытная транспортировка девочки в переметной суме была вполне возможна о чем и сообщил по инстанции.
Губернские власти оказались в весьма затруднительном положении. Расследование приобретало обвиняющий евреев характер. Абашидзе в своем докладе полицмейстеру предлогал арестовать всех лиц, которые входили в состав обеих групп, проезжавших через Перевиси днем 4 апреля. Его мнение разделял Ахумов. И тот, и другой считали, что похищение Сарры Модебазе было предпринято в целях последующего извлечения крови; хотя официального обвинения сачхерских евреев в ритуальном умерщвлении девочки никогда не выдвигалось, неофициально заявления такого рода делались.
Поскольку на теле Сарры отсутствовали следы, которые могли бы быть объяснены ритульными манипуляциями, следствие склонялось к мысли, что в какой — то момент — но уже после похищения! — преступники отказались по непонятным причинам от своих намерений. В течение 8 — 10 часов девочка насильственно удерживалась в погребе, где и скончалась от переохлаждения. После этого, видимо в ночь на 7 апреля, тело ее было вывезено из Сачхери и брошено на окраине села Добраидзе, у стены виноградника, принадлежавшего грузину Ф. Микадзе.
Чтобы доказать, что Сарра Модебадзе была доставлена туда уже мертвой, следователь провел следственный эксперимент. На том месте, где было обнаружено тело девочки, был оставлен ребенок, которого попросили кричать. Полицейские и понятые разместились в жилом доме Микадзе и пристройках к нему. Все они, находясь внутри помещений, могли слышать эти крики. Расстояние между тем местом у дороги, где нашли тело Сарры, и домом не превышало 150 метров. Доносившиеся крики характеризовались как явственные, хорошо различимые. Констатировалось и обратное наблюдение: человек, находившийся у дороги, мог слышать звуки, идущие со двора Микадзе — лай собак, мычание коров и пр. Т. о., следствие считало, что Сарра, если б она оказалась живой перед каменной оградой, могла бы верно заключить, что вышла к жилью и, несмотря на темноту, разобрать в каком направлении ей надлежит двигаться дальше, чтобы спастись.
На основании материалов, представленных следователями полицейским властям края, получалось, что на территории Кутаисской губернии действовала группа иудейских религиозных фанатиков, а власти своевременно не смогли ее раскрыть. Т. о., неожиданно для самих участников этой драмы, «дело Модебадзе» из расследования чисто уголовного перешло в иную плоскость: стали работать скрытые пружины политической целесообразности.
В конце — концов, для решения вопроса о возможности ареста 7 сачхерских евреев, полицмейстеру и окружному прокурору пришлось делать представление губернатору. Лишь получив его санкцию, полиция произвела 10 мая 1878 г. аресты евреев.
Надо отметить, что власти пошли на это с очевидной неохотой. Что бы там не писали клеветники России по поводу пресловутой «кровожадности Самодержавия» следует признать, что«кровожадность» эта существовала скорее в их головах, нежели реальной жизни. Русская власть на Кавказе боялась гражданского противостояния, боялась разделения общества — и без того разобщенного расовыми предрассудками — на непримиримо настроенные общины, готовые схватиться за ножи. Понятно, что русским пришлось бы играть роль своеобразного«водораздела» между конфликтующими сторонами, а миротворец в такого рода столкновениях всегда вызывает ненависть обоих участников. Ни на уровне губернатора, ни выше (кавказского наместника), обвинения следствия отнюдь не вызвали той горячей и безоговорочной поддержки, как об этом громогласно заявила впоследствии марксистско — ленинская историческая наука. Русская власть имела все основания недоверять представленным свидетельствам, поскольку все они исходили от этнических грузин, готовых из соображений национальной солидарности поддержать обвинения против евреев. С тем же основанием вызывала сомнения добросовестность свидетелей противоположного лагеря. К такого рода нюансам«дела Модебадзе» придется еще возвратиться не раз, поскольку без них совершенно невозможно понять внутреннюю связь некоторых немаловажных событий.
В доме арестованного десятского еврейской общины Нато Цициашвили была обнаружена та самая переметная сума, что была приторочена к седлу его лошади 4 апреля. Эту суму приобщили к делу как вещественное доказательство. Проведенный следственный эксперимент показал, что в ней можно разместить ребенка гораздо большего веса и роста, нежели Сарра Модебадзе.
Все арестованные, признавая факт проезда через село Перевиси днем 4 аперля 1878 г., категорически отвергали свою причастность к исчезновению девочки.
Несмотря на тщательнейший обыск домов в еврейском квартале Сачхери, ничего, хотя бы отдаленно соотвествующего погребу с желтым крупным песком, не удалось обнаружить.
Губернские власти оказались в весьма затруднительном положении. Расследование приобретало обвиняющий евреев характер. Абашидзе в своем докладе полицмейстеру предлогал арестовать всех лиц, которые входили в состав обеих групп, проезжавших через Перевиси днем 4 апреля. Его мнение разделял Ахумов. И тот, и другой считали, что похищение Сарры Модебазе было предпринято в целях последующего извлечения крови; хотя официального обвинения сачхерских евреев в ритуальном умерщвлении девочки никогда не выдвигалось, неофициально заявления такого рода делались.
Поскольку на теле Сарры отсутствовали следы, которые могли бы быть объяснены ритульными манипуляциями, следствие склонялось к мысли, что в какой — то момент — но уже после похищения! — преступники отказались по непонятным причинам от своих намерений. В течение 8 — 10 часов девочка насильственно удерживалась в погребе, где и скончалась от переохлаждения. После этого, видимо в ночь на 7 апреля, тело ее было вывезено из Сачхери и брошено на окраине села Добраидзе, у стены виноградника, принадлежавшего грузину Ф. Микадзе.
Чтобы доказать, что Сарра Модебадзе была доставлена туда уже мертвой, следователь провел следственный эксперимент. На том месте, где было обнаружено тело девочки, был оставлен ребенок, которого попросили кричать. Полицейские и понятые разместились в жилом доме Микадзе и пристройках к нему. Все они, находясь внутри помещений, могли слышать эти крики. Расстояние между тем местом у дороги, где нашли тело Сарры, и домом не превышало 150 метров. Доносившиеся крики характеризовались как явственные, хорошо различимые. Констатировалось и обратное наблюдение: человек, находившийся у дороги, мог слышать звуки, идущие со двора Микадзе — лай собак, мычание коров и пр. Т. о., следствие считало, что Сарра, если б она оказалась живой перед каменной оградой, могла бы верно заключить, что вышла к жилью и, несмотря на темноту, разобрать в каком направлении ей надлежит двигаться дальше, чтобы спастись.
На основании материалов, представленных следователями полицейским властям края, получалось, что на территории Кутаисской губернии действовала группа иудейских религиозных фанатиков, а власти своевременно не смогли ее раскрыть. Т. о., неожиданно для самих участников этой драмы, «дело Модебадзе» из расследования чисто уголовного перешло в иную плоскость: стали работать скрытые пружины политической целесообразности.
В конце — концов, для решения вопроса о возможности ареста 7 сачхерских евреев, полицмейстеру и окружному прокурору пришлось делать представление губернатору. Лишь получив его санкцию, полиция произвела 10 мая 1878 г. аресты евреев.
Надо отметить, что власти пошли на это с очевидной неохотой. Что бы там не писали клеветники России по поводу пресловутой «кровожадности Самодержавия» следует признать, что«кровожадность» эта существовала скорее в их головах, нежели реальной жизни. Русская власть на Кавказе боялась гражданского противостояния, боялась разделения общества — и без того разобщенного расовыми предрассудками — на непримиримо настроенные общины, готовые схватиться за ножи. Понятно, что русским пришлось бы играть роль своеобразного«водораздела» между конфликтующими сторонами, а миротворец в такого рода столкновениях всегда вызывает ненависть обоих участников. Ни на уровне губернатора, ни выше (кавказского наместника), обвинения следствия отнюдь не вызвали той горячей и безоговорочной поддержки, как об этом громогласно заявила впоследствии марксистско — ленинская историческая наука. Русская власть имела все основания недоверять представленным свидетельствам, поскольку все они исходили от этнических грузин, готовых из соображений национальной солидарности поддержать обвинения против евреев. С тем же основанием вызывала сомнения добросовестность свидетелей противоположного лагеря. К такого рода нюансам«дела Модебадзе» придется еще возвратиться не раз, поскольку без них совершенно невозможно понять внутреннюю связь некоторых немаловажных событий.
В доме арестованного десятского еврейской общины Нато Цициашвили была обнаружена та самая переметная сума, что была приторочена к седлу его лошади 4 апреля. Эту суму приобщили к делу как вещественное доказательство. Проведенный следственный эксперимент показал, что в ней можно разместить ребенка гораздо большего веса и роста, нежели Сарра Модебадзе.
Все арестованные, признавая факт проезда через село Перевиси днем 4 аперля 1878 г., категорически отвергали свою причастность к исчезновению девочки.
Несмотря на тщательнейший обыск домов в еврейском квартале Сачхери, ничего, хотя бы отдаленно соотвествующего погребу с желтым крупным песком, не удалось обнаружить.
Страница 5 из 11
