Множество проблем

Меня будто тянуло туда, было острое совершенно непонятное чувство побыть во дворе этого дома еще пару часов. Минуту я колебался, а потом, выкинув салфетки и бумажную тарелку в урну, зашагал к ее дому.

Через час мороз начал атаковать меня с новой силой, солнце уже спускалось с небосклона в свою постель за край земли, но до темноты еще далеко, и чтобы согреться, я не придумал ничего лучше, как начать тренировку прямо здесь. Сперва кольнула мысль, что люди из окон будут на меня пялиться как на чокнутого, но потом решил: пусть пялятся.

Я, выбрав место за деревьями, встал в боевую стойку и нанес прямые удары кулаками по воздуху, потом, сделав кувырок вперед, ударил локтем в бок, нанося удар воображаемому противнику, а потом, сделав еще один кувырок, ударил несколько раз коленом стоящее рядом дерево, после чего, совершив кувырок назад, ударил ногой с разворота это же дерево. Все это делалось в бешеном ритме, и через десять-пятнадцать минут мне стало жарко, причем настолько, что пришлось остановиться, а иначе бы промокли насквозь толстовка и свитер, что на сильном морозе совершенно ни к чему.

Прошел еще час, внутри меня будто работала печка, я больше не чувствовал холода, а солнце, превратившись в кровавый шар, устремилась к горизонту. C другой стороны небес можно было видеть восходящий жирный месяц. «Ясны-ясны на небе звезды» — проговорил я, выпуская изо рта струю пара. Затем окинул взглядом двор и улицу, людей не было. Немудрено, во-первых, это отдаленный неоживленный район, во-вторых, -22°.

Из-за гаражей вышел парень лет двадцати в куртке, штанах и черной шапке. Подошел к подъезду, где живет Ольга, посмотрел на ее темные окна, затем набрал код на кодовом замке и вошел в подъезд. Всю эту картину я наблюдал, находясь на заснеженном газоне. Едва уличная дверь захлопнулась за парнем, я поспешил к подъезду. Через минуту дверь открылась, и парень вышел на улицу, а я скользнул в темноту подъезда. Сердце у меня колотилось, а потом периодически куда-то проваливалось, замирало, меня трясло от волнения. В два прыжка преодолев ступеньки, я оказался рядом с почтовыми ящиками, на Олькином не было замка, и я, открыв дверку, вытащил кусок тетрадного листа в клетку. Подсветив мобильником, разобрал надпись «8 дней. Могила».

— Вот урод! — я заскрипел зубами и кинулся на улицу.

Распахнув дверь, я увидел этого «урода», он что-то царапал на ее оконном стекле. Звук раскрывающейся двери заставил его посмотреть в сторону подъезда, и мы встретились взглядами. Наверное, я выглядел страшно, потому что парень, не говоря ни слова, бросился бежать.

— Карачун тебе! — Прорычал я и кинулся его догонять.

Парень бежал в сторону трехэтажного недостроя по глубокому снегу. Я не отставал, но и не догонял, пусть измотается. Парень, продравшись сквозь кусты, кинулся в недостроенное здание, я последовал за ним и услышал его топанье по лестнице.

Сдуру парень рванул на второй этаж и таким образом загнал сам себя в ловушку. Подбежав к окну, в котором, разумеется, не было стекол, парень глянул вниз. По идее, ему нужно было прыгать, но прыгать со второго этажа страшно да и не факт, что я не последую его примеру. Я поднялся по лестнице, парень стоял, согнувшись, пытаясь отдышаться. Увидев меня, он бросился в другую комнату этого недостроя. На полу в изобилии валялись бутылки, мусор, битые кирпичи, и вот одну из бутылок этот парень и схватил, явно намереваясь применить в качестве оружия.

— Запыхался? — поинтересовался я — Штаны не обмочил? Нет? Летел как заяц.

— Я тебе череп проломлю, — пообещал мне парень.

— Нет, — сказал я, — не проломишь. Слушай, брось эту стекляшку, объясни, зачем ты посылаешь ей эти записки, и мирно разойдемся.

— Пошел ты на…!

— Это плохие слова, — ответил я.

У парня бегали глаза, он был напуган, хотел пережить этот день с наименьшими потерями, и я решил его еще немного припугнуть:

— Как думаешь, что крепче, мои кулаки или эта вот стена? — я стянул перчатки и нанес несколько сильных ударов по стене. А потом, в угасающем свете дня, продемонстрировал ему кулак, после чего разжал пальцы, таким образом, показывая, что все работает как надо и руку я не отбил.

Парень, сделав бешеные глаза, бросился на меня с этой самой бутылкой, намереваясь раскроить мне череп. Я выставил руку, и бутылка, столкнувшись с рукой, нет, не разбилась, она вырвалась из его пальцев и улетела куда-то сгущающийся мрак. Мой противник ударил дважды меня в лицо, и если от первого удара у меня лишь дернулась голова, то от второго посыпались искры из глаз. Он отшвырнул меня на стенку, после чего припер меня к ней, схватившись за горло. Я, расцепив его руки ударом снизу, нанес противнику удар коленом в живот, один, второй, после чего он повалился на пол.

— Не вставай, — посоветовал я ему, но чувак не прислушался к доброму совету.

Взял и встал. И снова бросился на меня.