Что бы там ни говорила наука, авторитеты-скептики и наш здравый смысл, мы всё равно знаем и верим, что странные и необъяснимые вещи происходят, потому что являемся их потенциальными свидетелями… потенциальными до поры до времени.
Добавить в моё избранное
26 мин, 27 сек 3264
Вот они — городские — сапог резиновых стесняются. А раков не боитесь? Сейчас, к вечеру, они начинают уже выползать из-под берега.
— Сказать честно, боюсь. Но буду смотреть внимательно. Вода чистая, прозрачная.
Минут через сорок после прибытия в санаторий, в которые вошли и ходьба и дебаты, Игорь, сидя в лодке, заканчивал шнуровать свои кроссовки. А минуту спустя, взревел мотор, и лодка понеслась в сторону Ильменского заповедника.
Игорь подошёл к острову со стороны противоположной заброшенному дому. Нос лодки воткнулся в песок и, выпрыгнув на берег, Игорь ещё немного, как смог, затащил лодку на сушу. Подходить к пристани, которая была рядом с домом, но напротив берега, на котором стоял дом нынешнего лесника, он не решился. Сделав несколько шагов, Игорь оглянулся на лодку. Та была на пол корпуса на берегу. «Приливов-отливов здесь нет, никуда она не денется», — подумал он и направился в глубь острова.
Остров, самый большой из трёх, находящихся в этой части озера, был не велик: в длину метров сто-сто двадцать, и в ширину метров шестьдесят-семьдесят.
Углубившись немного в лес острова, Игорь вдруг замер, увидев нечто. Увиденное было чьей-то могилой. Подойдя к холмику, прочитал: Василиса Павловна Шляхтина, 1931 — 1990.
Кто же это? Если, как говорил Борис, лесник утонул в девяносто втором, а до исчезновения он прожил два года один, то, выходит… здесь похоронена его жена. Смотри-ка, не захотел её хоронить где-то на кладбище, а похоронил здесь, рядом с домом.
В этот миг мимо пробежала огромная тень, и Игорь вздрогнул. Неожиданно для себя он испугался, но, машинально подняв глаза к верху, сквозь кроны сосен увидел, как небольшое облако перекрыло солнечный диск. «Что происходит, — удивился Игорь, — с чего это я стал таким пугливым?» Сделав два десятка шагов, он увидел, показавшийся из-за пригорка заброшенный дом, а, приближаясь к нему, навстречу выплыло несколько хозяйственных построек. Они так же, как и дом имели понурый заброшенный вид: открытые покосившиеся двери, зияющие чернотой оконца и дверные проёмы.
Взгляд упал на стоящий чуть в стороне колодец. Подойдя, Игорь заглянул в него. Огромный паук раскинул там свою сеть. Игорь двинулся к ближайшему берегу. Там обнаружилось несколько консервных банок, ржавых, минимум прошлогодней давности. Следов недавнего посещения людьми этого острова не было видно.
Подойдя к дому, Игорь неожиданно оглянулся, и заметил некую тень мгновенно исчезнувшую за дальним сараем. Внутри шевельнулось что-то, — по коже головы пробежали мурашки. Подозрение, что кто-то есть на острове, и следит за ним заполнило его сознание. Он не решился заходить в дом, решив пройти сначала по берегу вокруг острова, и совершенно открыто осмотреть его и удостовериться, что никто не пристал к острову с другой стороны.
Может это лесник, оказавшийся здесь одновременно с ним, решил понаблюдать за нежданным гостем? А может, просто показалось?
Обойдя пол острова, Игорь подошёл к своей лодке. Забравшись в неё, он открыл «багажник», подняв доску заднего сиденья. Среди инструментов и всякого иного скарба нашёл там фонарик, который мог понадобиться в доме. Взяв его, Игорь продолжил обход. Солнце мирно грело, редкие голоса птиц мягко прокалывали тишину дремавшую на острове. Водная гладь, местами тревожимая всплеском рыбёшки, чуть слепила солнечными блёстками.
Оказавшись у пристани и не найдя ничего примечательного, следопыт из Германии поднялся по заросшей дорожке к дому. Его шаги переплелись с жужжанием и стрекотом насекомых. У двери он обернулся и глянул вдаль, на дом лесника, стоящий на берегу примерно в полутора километрах, может, чуть дальше. Заметить человека с такого расстояния очень трудно.
Но почему я об этом думаю?! Остров же не является запретной зоной.
Увидев, что висячий замок отсутствует, Игорь попытался открыть дверь главного входа, но она оказалась запертой изнутри. Пришлось обойти дом.
Дверь, ведущая в дом со двора, так же не имела висячего замка, но со скрипом и, царапая низенькое крыльцо, открылась. Пахнуло запахом сарая.
Игорь поднял фонарик. Узкий луч забегал по тёмному предбаннику. Дверь, ведущая из прихожей в глубь дома, была открыта. Большая комната была тускло освещена, пробивавшимися сквозь рассохшиеся ставни солнечными лучами. Наполненная солнечным туманом комната не внушала никаких тёмных мыслей и нога, занесённая над порогом, собралась сделать шаг в сумрак.
И вновь возникло ощущение присутствия кого-то сзади. Холод пробежал по спине, захватив грудь и быстро поднявшись, пошевелил волосы. За коротким мигом дурных мыслей последовал быстрый поворот головы, но взгляд схватил лишь безжизненные хозяйственные постройки. Всё было недвижимо: стволы сосен, грязно-жёлтые прошлогодние иголки, покрывавшие землю, кусты, трава, воздух. Обругав себя за нагнетание суеверного страха, Игорь вошёл в дом.
— Сказать честно, боюсь. Но буду смотреть внимательно. Вода чистая, прозрачная.
Минут через сорок после прибытия в санаторий, в которые вошли и ходьба и дебаты, Игорь, сидя в лодке, заканчивал шнуровать свои кроссовки. А минуту спустя, взревел мотор, и лодка понеслась в сторону Ильменского заповедника.
Игорь подошёл к острову со стороны противоположной заброшенному дому. Нос лодки воткнулся в песок и, выпрыгнув на берег, Игорь ещё немного, как смог, затащил лодку на сушу. Подходить к пристани, которая была рядом с домом, но напротив берега, на котором стоял дом нынешнего лесника, он не решился. Сделав несколько шагов, Игорь оглянулся на лодку. Та была на пол корпуса на берегу. «Приливов-отливов здесь нет, никуда она не денется», — подумал он и направился в глубь острова.
Остров, самый большой из трёх, находящихся в этой части озера, был не велик: в длину метров сто-сто двадцать, и в ширину метров шестьдесят-семьдесят.
Углубившись немного в лес острова, Игорь вдруг замер, увидев нечто. Увиденное было чьей-то могилой. Подойдя к холмику, прочитал: Василиса Павловна Шляхтина, 1931 — 1990.
Кто же это? Если, как говорил Борис, лесник утонул в девяносто втором, а до исчезновения он прожил два года один, то, выходит… здесь похоронена его жена. Смотри-ка, не захотел её хоронить где-то на кладбище, а похоронил здесь, рядом с домом.
В этот миг мимо пробежала огромная тень, и Игорь вздрогнул. Неожиданно для себя он испугался, но, машинально подняв глаза к верху, сквозь кроны сосен увидел, как небольшое облако перекрыло солнечный диск. «Что происходит, — удивился Игорь, — с чего это я стал таким пугливым?» Сделав два десятка шагов, он увидел, показавшийся из-за пригорка заброшенный дом, а, приближаясь к нему, навстречу выплыло несколько хозяйственных построек. Они так же, как и дом имели понурый заброшенный вид: открытые покосившиеся двери, зияющие чернотой оконца и дверные проёмы.
Взгляд упал на стоящий чуть в стороне колодец. Подойдя, Игорь заглянул в него. Огромный паук раскинул там свою сеть. Игорь двинулся к ближайшему берегу. Там обнаружилось несколько консервных банок, ржавых, минимум прошлогодней давности. Следов недавнего посещения людьми этого острова не было видно.
Подойдя к дому, Игорь неожиданно оглянулся, и заметил некую тень мгновенно исчезнувшую за дальним сараем. Внутри шевельнулось что-то, — по коже головы пробежали мурашки. Подозрение, что кто-то есть на острове, и следит за ним заполнило его сознание. Он не решился заходить в дом, решив пройти сначала по берегу вокруг острова, и совершенно открыто осмотреть его и удостовериться, что никто не пристал к острову с другой стороны.
Может это лесник, оказавшийся здесь одновременно с ним, решил понаблюдать за нежданным гостем? А может, просто показалось?
Обойдя пол острова, Игорь подошёл к своей лодке. Забравшись в неё, он открыл «багажник», подняв доску заднего сиденья. Среди инструментов и всякого иного скарба нашёл там фонарик, который мог понадобиться в доме. Взяв его, Игорь продолжил обход. Солнце мирно грело, редкие голоса птиц мягко прокалывали тишину дремавшую на острове. Водная гладь, местами тревожимая всплеском рыбёшки, чуть слепила солнечными блёстками.
Оказавшись у пристани и не найдя ничего примечательного, следопыт из Германии поднялся по заросшей дорожке к дому. Его шаги переплелись с жужжанием и стрекотом насекомых. У двери он обернулся и глянул вдаль, на дом лесника, стоящий на берегу примерно в полутора километрах, может, чуть дальше. Заметить человека с такого расстояния очень трудно.
Но почему я об этом думаю?! Остров же не является запретной зоной.
Увидев, что висячий замок отсутствует, Игорь попытался открыть дверь главного входа, но она оказалась запертой изнутри. Пришлось обойти дом.
Дверь, ведущая в дом со двора, так же не имела висячего замка, но со скрипом и, царапая низенькое крыльцо, открылась. Пахнуло запахом сарая.
Игорь поднял фонарик. Узкий луч забегал по тёмному предбаннику. Дверь, ведущая из прихожей в глубь дома, была открыта. Большая комната была тускло освещена, пробивавшимися сквозь рассохшиеся ставни солнечными лучами. Наполненная солнечным туманом комната не внушала никаких тёмных мыслей и нога, занесённая над порогом, собралась сделать шаг в сумрак.
И вновь возникло ощущение присутствия кого-то сзади. Холод пробежал по спине, захватив грудь и быстро поднявшись, пошевелил волосы. За коротким мигом дурных мыслей последовал быстрый поворот головы, но взгляд схватил лишь безжизненные хозяйственные постройки. Всё было недвижимо: стволы сосен, грязно-жёлтые прошлогодние иголки, покрывавшие землю, кусты, трава, воздух. Обругав себя за нагнетание суеверного страха, Игорь вошёл в дом.
Страница 5 из 8
