По проводам гуляет ток и электрический маньяк…
Добавить в моё избранное
29 мин, 31 сек 13267
Такую ужасную, что ты её просто не выдержишь и под ней сломаешься.
Всегда, когда этот парень занимался пробежками, ему дико не нравились сальные взгляды каких-то праздных зевак. Всегда, когда он бежит и увидит какого-то встречного прохожего, то немедленно останавливается и переходит на шаг. Может быть, это была глупость, но ему всегда казалось, что на него глазеют, как на чудака. Так произошло и в этот раз. Сначала он нёсся как ненормальный по своей тропинке, потом он увидел впереди идущую человеческую фигуру и машинально перешёл на шаг.
Он знал, что у него не хватит пешей скорости на то, чтобы удалиться от этой фигуры так далеко, чтоб превратиться в её поле зрения в крошечную чёрную точку и начать бежать снова. Если он начнёт бежать раньше, то, парень знал, что этот человек, который плетётся впереди него, нагло будет на него пялиться. Так, как на какого-то бешеного идиота, у которого постоянно пена у рта от своей непрекращающейся беготни. Так что парень собирался нырнуть в ближайший лесок, чтобы обогнуть этого плетущегося типа по дуге, а там уже из лесочка выбежать и продолжить гнать по всё той же тропинке. Слава богу, номера километров на столбах он помнит, поэтому со счёта не собьётся.
Так бы он в сторону и сошёл, если бы не запах. Ему вдруг странно показалось, что где-то рядышком находится та бабёнка, с которой он недавно перегавкивался в поезде. То есть, они с ней так долго простояли друг перед дружкой, что он даже сумел запомнить её запах. Пахло какой-то рыбой. Причём, несло так сильно, что у парня аж зарезало нос. Так, словно кто-то съел очень много селёдки. Обычно люди такую гору селёдки не едят, но там, в поезде, от проводницы так ужасно разило, что…
Парень даже остановился и начал по сторонам осматриваться. Хотя, ему казалось, что это глупо. Если та проводница пристроилась за ним следом, то она не такая дурёха, чтоб начать показывать себя сразу, как он остановится и примется зыркать по сторонам. Она может прятаться где-нибудь в кустах. Так, что, даже если он каким-то чудным образом будет знать точное направление, в какую точку ему нужно смотреть, чтобы он смог разглядеть и увидеть устроенную за ним слежку, то всё равно нет никакой гарантии, что ему удастся увидеть проводницу. И вообще, какого чёрта она за ним шпионит? На кой она, сначала клеилась к нему в поезде, а потом навязалась со своим дурацким «телефончиком». Мол, можно я оставлю тебе этот номерок, а ты мне потом позвонишь? Если она хотела с ним банально перепихнуться, то это вообще полный дебилизм. Ведь от неё столько «зайцев» каждый день улепётывает, по несколько«стаек» на дню… Неужели ей трудно«забить» какому-то из студентов«стрелку» и пообещать, что она ему«даст», если он не будет от неё удирать как полоумный, а нормально остановится, выйдет в тамбур и где-то так полчаса или час поворкует? Как понял наш герой, делающие этой проводнице замечания другие контролёрши, для неё как с гуся вода. Она терпеливо будет стоять перед выбранной ею жертвой и настаивать на своём. Главное ведь, чтобы этот «трусливый пёс» остановился и не удирал.
«Блин, — задумался этот парень про себя, — какого лешего я вытащил у того лоха из кармана билетик?! Ведь надо было просто бежать, как все нормальные» зайчишки«! Не выделываться. Какого чёрта я решил, что ни одна дрянь (ни одна паршивая проводница) ни в чём таком странном меня не заподозрит? Ведь заподозрила же! И пристала ко мне, как банный лист. А ещё какой-то гад стырил у меня из кармана этот свиснутый билетик, а она сделала вид, что нагло мне не верит! Дескать, я её разыгрываю и набиваюсь в собеседники… Вот же, какая хитрая она, каналья! И как мне теперь от неё слинять? А? Думай, дурья башка, думай! Что, может, обратиться к тому типу за помощью?! Ага, так он мне и поможет — будет смотреть на меня, как баран на новые ворота, совершенно не понимая, что за фигню я ему лепечу. Ведь ситуация совершенно никчёмная… Какая-то дурацкая, как у кретина, заблудившегося в трёх соснах».
С очень большим трудом до него дошло, что по шпалам там идёт не какой-то неведомых «тип», а сама же проводница. Скорее всего, там именно она идёт, если так жутко разит селёдочным зловонием. Надо просто пойти и проверить. И он по косогорчику поднялся на насыпь, по которой в межгороде обычно проложены рельсы, да спокойно поплёлся по шпалам следом за этой человеческой тенью. То есть, поскольку уже сильно вечерело, то впереди-идущий казался ничем иным, как тенью.
Он подумал, что надо пойти на риск. Если тот, кого он увидел, окажется обычным прохожим, а не бестией-проводницей, то парень будет тихонько идти за ним следом. Ведь, если проводница решит напасть на свою жертву, то она (жертва) тут же заорёт впереди-идущему, чтоб драпал как угорелый и звал на помощь. Понятно же ведь, что одновременно двоих проводница не будет резать на тонкие полосочки, как она резала свою проклятую селёдку, ибо это очень долго и один из двоих успеет убежать.
Всегда, когда этот парень занимался пробежками, ему дико не нравились сальные взгляды каких-то праздных зевак. Всегда, когда он бежит и увидит какого-то встречного прохожего, то немедленно останавливается и переходит на шаг. Может быть, это была глупость, но ему всегда казалось, что на него глазеют, как на чудака. Так произошло и в этот раз. Сначала он нёсся как ненормальный по своей тропинке, потом он увидел впереди идущую человеческую фигуру и машинально перешёл на шаг.
Он знал, что у него не хватит пешей скорости на то, чтобы удалиться от этой фигуры так далеко, чтоб превратиться в её поле зрения в крошечную чёрную точку и начать бежать снова. Если он начнёт бежать раньше, то, парень знал, что этот человек, который плетётся впереди него, нагло будет на него пялиться. Так, как на какого-то бешеного идиота, у которого постоянно пена у рта от своей непрекращающейся беготни. Так что парень собирался нырнуть в ближайший лесок, чтобы обогнуть этого плетущегося типа по дуге, а там уже из лесочка выбежать и продолжить гнать по всё той же тропинке. Слава богу, номера километров на столбах он помнит, поэтому со счёта не собьётся.
Так бы он в сторону и сошёл, если бы не запах. Ему вдруг странно показалось, что где-то рядышком находится та бабёнка, с которой он недавно перегавкивался в поезде. То есть, они с ней так долго простояли друг перед дружкой, что он даже сумел запомнить её запах. Пахло какой-то рыбой. Причём, несло так сильно, что у парня аж зарезало нос. Так, словно кто-то съел очень много селёдки. Обычно люди такую гору селёдки не едят, но там, в поезде, от проводницы так ужасно разило, что…
Парень даже остановился и начал по сторонам осматриваться. Хотя, ему казалось, что это глупо. Если та проводница пристроилась за ним следом, то она не такая дурёха, чтоб начать показывать себя сразу, как он остановится и примется зыркать по сторонам. Она может прятаться где-нибудь в кустах. Так, что, даже если он каким-то чудным образом будет знать точное направление, в какую точку ему нужно смотреть, чтобы он смог разглядеть и увидеть устроенную за ним слежку, то всё равно нет никакой гарантии, что ему удастся увидеть проводницу. И вообще, какого чёрта она за ним шпионит? На кой она, сначала клеилась к нему в поезде, а потом навязалась со своим дурацким «телефончиком». Мол, можно я оставлю тебе этот номерок, а ты мне потом позвонишь? Если она хотела с ним банально перепихнуться, то это вообще полный дебилизм. Ведь от неё столько «зайцев» каждый день улепётывает, по несколько«стаек» на дню… Неужели ей трудно«забить» какому-то из студентов«стрелку» и пообещать, что она ему«даст», если он не будет от неё удирать как полоумный, а нормально остановится, выйдет в тамбур и где-то так полчаса или час поворкует? Как понял наш герой, делающие этой проводнице замечания другие контролёрши, для неё как с гуся вода. Она терпеливо будет стоять перед выбранной ею жертвой и настаивать на своём. Главное ведь, чтобы этот «трусливый пёс» остановился и не удирал.
«Блин, — задумался этот парень про себя, — какого лешего я вытащил у того лоха из кармана билетик?! Ведь надо было просто бежать, как все нормальные» зайчишки«! Не выделываться. Какого чёрта я решил, что ни одна дрянь (ни одна паршивая проводница) ни в чём таком странном меня не заподозрит? Ведь заподозрила же! И пристала ко мне, как банный лист. А ещё какой-то гад стырил у меня из кармана этот свиснутый билетик, а она сделала вид, что нагло мне не верит! Дескать, я её разыгрываю и набиваюсь в собеседники… Вот же, какая хитрая она, каналья! И как мне теперь от неё слинять? А? Думай, дурья башка, думай! Что, может, обратиться к тому типу за помощью?! Ага, так он мне и поможет — будет смотреть на меня, как баран на новые ворота, совершенно не понимая, что за фигню я ему лепечу. Ведь ситуация совершенно никчёмная… Какая-то дурацкая, как у кретина, заблудившегося в трёх соснах».
С очень большим трудом до него дошло, что по шпалам там идёт не какой-то неведомых «тип», а сама же проводница. Скорее всего, там именно она идёт, если так жутко разит селёдочным зловонием. Надо просто пойти и проверить. И он по косогорчику поднялся на насыпь, по которой в межгороде обычно проложены рельсы, да спокойно поплёлся по шпалам следом за этой человеческой тенью. То есть, поскольку уже сильно вечерело, то впереди-идущий казался ничем иным, как тенью.
Он подумал, что надо пойти на риск. Если тот, кого он увидел, окажется обычным прохожим, а не бестией-проводницей, то парень будет тихонько идти за ним следом. Ведь, если проводница решит напасть на свою жертву, то она (жертва) тут же заорёт впереди-идущему, чтоб драпал как угорелый и звал на помощь. Понятно же ведь, что одновременно двоих проводница не будет резать на тонкие полосочки, как она резала свою проклятую селёдку, ибо это очень долго и один из двоих успеет убежать.
Страница 4 из 8
