Я могу смеяться, могу плакать, могу плакать, смеясь. Могу злиться, радоваться, любить, умирать. Преодолеть все отведенные мне жизненные ступени, до зубов вооружившись знаниями или сгинуть навеки в невежестве. При всем этом единственное, что пугает меня, — непредсказуемость природы всего сущего. (Строки неизвестного философа).
Добавить в моё избранное
29 мин, 42 сек 1478
Марти вошел в дом с надеждой наконец-то укрыться в прохладных стенах от нестерпимой уличной жары. Сразу же проследовал на кухню, открыл холодильник и достал спасительную банку колы. Оставив наверху, в своей комнате, сумку с учебниками и толстыми тетрадями, смахнув рукой с блестящего лба досаждающие капли пота, спустился по лестнице, прошел по коридору в широкий, просторный зал и плюхнулся на диван. Открыл сосуд, отхлебнул прохладного шипящего сказочного напитка. Улыбнулся в предвкушении незабываемых выходных после тяжелой университетской недели, переполненной подчистую сдачей экзаменов и зачетов. Взглянул на настенные часы — четыре по полудню. Мама уже скоро должна вернуться с работы. Отец будет еще не скоро — аж поздно вечером.
Как же злобно и издевательски вот уже целых два месяца донимала непрекращающаяся жара жителей города под названием Даллас. Лето в этом году наступило раньше положенного срока и, если не брать во внимание еще почти полтора месяца до его логического завершения, то можно смело заявить, что удалось на славу.
Дом Дженсенов, ничем не выделяющийся, не хуже и не лучше остальных, отдаленный от делового центра с многоэтажными зданиями, был расположен на юго-западной окраине города. Удобное местечко в непосредственной близости с природой и отдалении от «пульсирующих» центровых мест, то и дело норовящих закипеть от неизбежных происшествий. Мартин жил с родителями, и пока еще не собирался отделяться, несмотря на уже практически взрослый возраст. Ему шел двадцатый год. Он еще всерьез не задумывался о том, что уже скоро нужно будет обзаводиться собственной семьей и жить отдельной жизнью. Нет… ему нравилось слыть свободным, вести разгульный, наивный образ жизни, не требуя от нее многого. Пока что. Еще со школы Мартин обожал компьютерные игры и шараханье по Интернету в поисках каких-нибудь интересных, увлекающих молодежных сайтов. Из телевизионных программ предпочитал развлекательно-познавательные телевикторины типа«Риск», где участникам, от которых требовалась высокая эрудиция, предлагались сложные вопросы с последующими замысловатыми ответами.
Как раз сейчас, после занятий, спасаясь от зноя, вдыхая свободу полной грудью, он застал очередной выпуск любимой передачи, включив телевизор и пощелкав каналы. Настроение приподнялось еще больше.
— Мам, мы с одногруппниками решили отправиться провести уик-энд на природе.
— Как успехи в университете? — уставшее после рабочего дня лицо миссис Дженсен обрисовалось деловитыми чертами. — Как последний экзамен?
— Да все нормально — сдал. На следующей неделе результат всей сессии, и — на летние каникулы.
— Ну, хорошо. Конечно, езжай, отвлекись от всего.
— Может, отец машину даст?
— Куда он де-не-тся? — ободряюще протянула Джэнет.
Марти расплылся в широкой улыбке, подошел к матери и одарил ее благодарным поцелуем в щеку.
— Только смотрите — без приключений, — ласково пробормотала она. — А, кстати, куда вы поедете?
— К реке, наверное, — сказал Марти.
Мать взглянула на него. Ее глаза на худощавом лице, выглядывающем из-под не очень длинных густых черных волос, тутже исполнились серьезностью. Она отошла от плиты, где готовила ужин, вытерла руки о фартук, взяла с серванта газету, очевидно сегодняшнюю, и протянула сыну:
— На, почитай.
Следя за всеми движениями Джэнет, Марти в удивлении сдвинул брови. На первой странице, под зоголовком «Даллас-ньюс», прочел, быстро перебирая глазами, крупно выделенный текст. Затем вновь перевел взгляд на мать.
— Лучше отправиться на пикник куда-нибудь в другой природный уголок, — подытоживающе предупредила та.
— Да брось, ма, — Мартин вернулся в прежнее расположение духа. — Этого завода нет уже больше десяти лет после административных жалоб других учреждений и недовольств жителей города. Помнишь, громкое дело в суде было? Но все в прошлом.
— Ты почитай внимательнее. Последняя экспертиза, недавно проведенная городскими экологами, показала, что уровень ядохимикатов в радиусе полукилометра от руин пока еще превышает все допустимые нормы. Река может быть заражена, несмотря на то, что завод давно не функционирует и все эти зверские отходы погребены глубоко под землей в прочных контейнерах.
— Мам, наша речка огибает все ближайшие лесные угодья. Что же теперь и на шашлык не выехать? — его улыбка явила собой упрек. — А этим всем экспертам деньги платят за то, чтобы они слонялись по местам такого рода захоронений и ставили диагнозы, естественно, с приукраской, чтоб привлечь внимание общественности. Вот когда оцепят место, выставят кордон, соответствующие таблички с надписями, тогда в лес действительно соваться будет неразумно.
— Да ты до конца прочитай статью! — Джэнет немного повысила голос. — Уже выставили…
Мартин вновь уткнулся в газету, сдвинув брови.
Как же злобно и издевательски вот уже целых два месяца донимала непрекращающаяся жара жителей города под названием Даллас. Лето в этом году наступило раньше положенного срока и, если не брать во внимание еще почти полтора месяца до его логического завершения, то можно смело заявить, что удалось на славу.
Дом Дженсенов, ничем не выделяющийся, не хуже и не лучше остальных, отдаленный от делового центра с многоэтажными зданиями, был расположен на юго-западной окраине города. Удобное местечко в непосредственной близости с природой и отдалении от «пульсирующих» центровых мест, то и дело норовящих закипеть от неизбежных происшествий. Мартин жил с родителями, и пока еще не собирался отделяться, несмотря на уже практически взрослый возраст. Ему шел двадцатый год. Он еще всерьез не задумывался о том, что уже скоро нужно будет обзаводиться собственной семьей и жить отдельной жизнью. Нет… ему нравилось слыть свободным, вести разгульный, наивный образ жизни, не требуя от нее многого. Пока что. Еще со школы Мартин обожал компьютерные игры и шараханье по Интернету в поисках каких-нибудь интересных, увлекающих молодежных сайтов. Из телевизионных программ предпочитал развлекательно-познавательные телевикторины типа«Риск», где участникам, от которых требовалась высокая эрудиция, предлагались сложные вопросы с последующими замысловатыми ответами.
Как раз сейчас, после занятий, спасаясь от зноя, вдыхая свободу полной грудью, он застал очередной выпуск любимой передачи, включив телевизор и пощелкав каналы. Настроение приподнялось еще больше.
— Мам, мы с одногруппниками решили отправиться провести уик-энд на природе.
— Как успехи в университете? — уставшее после рабочего дня лицо миссис Дженсен обрисовалось деловитыми чертами. — Как последний экзамен?
— Да все нормально — сдал. На следующей неделе результат всей сессии, и — на летние каникулы.
— Ну, хорошо. Конечно, езжай, отвлекись от всего.
— Может, отец машину даст?
— Куда он де-не-тся? — ободряюще протянула Джэнет.
Марти расплылся в широкой улыбке, подошел к матери и одарил ее благодарным поцелуем в щеку.
— Только смотрите — без приключений, — ласково пробормотала она. — А, кстати, куда вы поедете?
— К реке, наверное, — сказал Марти.
Мать взглянула на него. Ее глаза на худощавом лице, выглядывающем из-под не очень длинных густых черных волос, тутже исполнились серьезностью. Она отошла от плиты, где готовила ужин, вытерла руки о фартук, взяла с серванта газету, очевидно сегодняшнюю, и протянула сыну:
— На, почитай.
Следя за всеми движениями Джэнет, Марти в удивлении сдвинул брови. На первой странице, под зоголовком «Даллас-ньюс», прочел, быстро перебирая глазами, крупно выделенный текст. Затем вновь перевел взгляд на мать.
— Лучше отправиться на пикник куда-нибудь в другой природный уголок, — подытоживающе предупредила та.
— Да брось, ма, — Мартин вернулся в прежнее расположение духа. — Этого завода нет уже больше десяти лет после административных жалоб других учреждений и недовольств жителей города. Помнишь, громкое дело в суде было? Но все в прошлом.
— Ты почитай внимательнее. Последняя экспертиза, недавно проведенная городскими экологами, показала, что уровень ядохимикатов в радиусе полукилометра от руин пока еще превышает все допустимые нормы. Река может быть заражена, несмотря на то, что завод давно не функционирует и все эти зверские отходы погребены глубоко под землей в прочных контейнерах.
— Мам, наша речка огибает все ближайшие лесные угодья. Что же теперь и на шашлык не выехать? — его улыбка явила собой упрек. — А этим всем экспертам деньги платят за то, чтобы они слонялись по местам такого рода захоронений и ставили диагнозы, естественно, с приукраской, чтоб привлечь внимание общественности. Вот когда оцепят место, выставят кордон, соответствующие таблички с надписями, тогда в лес действительно соваться будет неразумно.
— Да ты до конца прочитай статью! — Джэнет немного повысила голос. — Уже выставили…
Мартин вновь уткнулся в газету, сдвинув брови.
Страница 1 из 9
