Вскрытые вены в ванной, щиплет руки, колючий холод. Нарастающие голоса, переходящие в ультразвук. Свет. Источник света не различить. Вой сирен боевой тревоги, как при ракетной атаке противника…
Добавить в моё избранное
34 мин, 56 сек 14723
и в Аду с багрового неба пойдет снег кровавыми хлопьями застилая серный кипящий огонь
Декабрьский Зной,
Летом — снег, жара — зимой.
У каждого свой путь, и каждый должен пройти его до конца. Но если нет на свете чудес — на что же тогда надеяться?
Глава 12
Одинокому страннику всегда найдется и достанется своя дорога, свой путь, в конце концов — своя судьба. Тихие холмы, затерянные зоны чужих городов, твой взгляд среди сотен тысяч горящих вечерних окон… здесь больше нет ее, и моя душа в огне… сумеречные врата, туманная нить горизонта, недосягаемого и несбыточного… моя мечта… затерянные лики забытых, пустых городов… скрип несмазанных петель, сломанных ногтей, зеленый предел Ада, карканье ворон над головой — все веяло такой судорожной безнадегой, что не хотелось ни во что верить, но Леонид продолжал свой путь до конца под двумя солнцами Пустошей…
Вдалеке виделись столбы дыма, едкого и тяжелого — вероятно, там (где собственно, в Аду?) кто-то жег костры… красная фракция Ада стала ближе… предел отчаяния был достигнут… мимолетные грезы снов, оковы для разума… полуразрушенные бетонные коробки, пустые трущобы, все кажется бредовым сном, игрой подсознания с обрывками сознания… хочется кричать, но никто не услышит — один путь — к Сфере Мироздания… но что это такое — одному Богу известно… Одиночество — непреходящая ценность каждой человеческой жизни. Это и есть та самая сокровенная искра вдохновения… хладнокровность есть созидание своей души.
Эхом гудит стук колес поезда где-то вдалеке… не убежать от страха и Тьмы… мертвые галактики, фосфора пыль… все теряет какое-либо значение когда ты бьешься один на один со своей судьбой… это зов бездны, зов невзятых высот мертвых скал, обратный отсчет песочных часов за гранью самой жизни… искрят натянутые струной оголенные нервы… и в Аду пойдет снег, застилая льдом огонь — а это, что здесь — всего лишь «предбанник» настоящего Ада. Унесенные пеплом слова…
«Всего один шаг и все будет решено»… — думала Соня, стоя на крыше высотки, замерев во власти неземных грез. «Легкий толчок с парапета и вниз»… Поразительно, как изменился весь мир на грани заката… предзакатный трепет стыл в венах, на кончиках пальцев был свет тревожный… «Но как быть сильной? Пора! Пора прощаться с этим миром навсегда… только ради папы… Прощай.»
Графоманы, пишущие свои судьбы кровью… где последняя надежда сменяется полным отчаянием… но время пришло — не было больше сил… но он увидел свою дочь…
Эпилог
Металлические своды — они дошли до Врат Ада, до темного светилища, и оказалось, что Сферу Мироздания охраняет… сама Машенька! Она была Стражем Ада. Она указала Леониду на тонкую брешь, тонкий, узкий проход в игольное ушко размером, стены которого были из зараженных шприцов и ржавых бритв, из зазубренных ножей и ударов молотком по зубам, откусывания себе языка поломанными корнями зубов… но Леонид прошел своим потоком сознания этот путь до конца.
Вот и все. Вот точка начала отсчета и его конец. Сфера Мироздания была в темном светилище… Он увидел в конце пути свою прошлую жизнь — все взлеты и падения, и оказалось, что центром его жизни — Сферой Мироздания была сама… Соня! ради Нее он жил всю жизнь, и смысл его жизни состоят в том, чтобы дать жизнь Соне… он ощутил для себя вкус околоплодных вод своей матери и одновременно миг своей погибели в автокатастрофе и понял — Ада без Рая, как и Рая без Ада быть не может… он дал обещание — пусть он останется навсегда в Аду, но Соня должна жить и сама дать жизнь новому ребенку — ведь как он понял только сейчас смысл любой жизни — оставить после себя жизнь…
Маленькая крупица света вошла в ладонь Леонида от нее и дальше…
Бирюзовое небо, молочные закаты… свет, первозданный и чистый поглотил его полностью. Здесь словно замерло, остановилось навсегда в этом счастливом блаженстве. Тихий прибой и никого здесь. Леонид откинулся на топчане на пустом пляже… это рай, больше ничего не надо и ада больше нет. Говорят, что у каждого свой ад, но и у каждого свой рай. Рай и праздник, которого он заслужил. Ванильное солнце молчало, словно улыбаясь ему. Все хорошо. Лучше быть не может.
Декабрьский Зной,
Летом — снег, жара — зимой.
У каждого свой путь, и каждый должен пройти его до конца. Но если нет на свете чудес — на что же тогда надеяться?
Глава 12
Одинокому страннику всегда найдется и достанется своя дорога, свой путь, в конце концов — своя судьба. Тихие холмы, затерянные зоны чужих городов, твой взгляд среди сотен тысяч горящих вечерних окон… здесь больше нет ее, и моя душа в огне… сумеречные врата, туманная нить горизонта, недосягаемого и несбыточного… моя мечта… затерянные лики забытых, пустых городов… скрип несмазанных петель, сломанных ногтей, зеленый предел Ада, карканье ворон над головой — все веяло такой судорожной безнадегой, что не хотелось ни во что верить, но Леонид продолжал свой путь до конца под двумя солнцами Пустошей…
Вдалеке виделись столбы дыма, едкого и тяжелого — вероятно, там (где собственно, в Аду?) кто-то жег костры… красная фракция Ада стала ближе… предел отчаяния был достигнут… мимолетные грезы снов, оковы для разума… полуразрушенные бетонные коробки, пустые трущобы, все кажется бредовым сном, игрой подсознания с обрывками сознания… хочется кричать, но никто не услышит — один путь — к Сфере Мироздания… но что это такое — одному Богу известно… Одиночество — непреходящая ценность каждой человеческой жизни. Это и есть та самая сокровенная искра вдохновения… хладнокровность есть созидание своей души.
Эхом гудит стук колес поезда где-то вдалеке… не убежать от страха и Тьмы… мертвые галактики, фосфора пыль… все теряет какое-либо значение когда ты бьешься один на один со своей судьбой… это зов бездны, зов невзятых высот мертвых скал, обратный отсчет песочных часов за гранью самой жизни… искрят натянутые струной оголенные нервы… и в Аду пойдет снег, застилая льдом огонь — а это, что здесь — всего лишь «предбанник» настоящего Ада. Унесенные пеплом слова…
«Всего один шаг и все будет решено»… — думала Соня, стоя на крыше высотки, замерев во власти неземных грез. «Легкий толчок с парапета и вниз»… Поразительно, как изменился весь мир на грани заката… предзакатный трепет стыл в венах, на кончиках пальцев был свет тревожный… «Но как быть сильной? Пора! Пора прощаться с этим миром навсегда… только ради папы… Прощай.»
Графоманы, пишущие свои судьбы кровью… где последняя надежда сменяется полным отчаянием… но время пришло — не было больше сил… но он увидел свою дочь…
Эпилог
Металлические своды — они дошли до Врат Ада, до темного светилища, и оказалось, что Сферу Мироздания охраняет… сама Машенька! Она была Стражем Ада. Она указала Леониду на тонкую брешь, тонкий, узкий проход в игольное ушко размером, стены которого были из зараженных шприцов и ржавых бритв, из зазубренных ножей и ударов молотком по зубам, откусывания себе языка поломанными корнями зубов… но Леонид прошел своим потоком сознания этот путь до конца.
Вот и все. Вот точка начала отсчета и его конец. Сфера Мироздания была в темном светилище… Он увидел в конце пути свою прошлую жизнь — все взлеты и падения, и оказалось, что центром его жизни — Сферой Мироздания была сама… Соня! ради Нее он жил всю жизнь, и смысл его жизни состоят в том, чтобы дать жизнь Соне… он ощутил для себя вкус околоплодных вод своей матери и одновременно миг своей погибели в автокатастрофе и понял — Ада без Рая, как и Рая без Ада быть не может… он дал обещание — пусть он останется навсегда в Аду, но Соня должна жить и сама дать жизнь новому ребенку — ведь как он понял только сейчас смысл любой жизни — оставить после себя жизнь…
Маленькая крупица света вошла в ладонь Леонида от нее и дальше…
Бирюзовое небо, молочные закаты… свет, первозданный и чистый поглотил его полностью. Здесь словно замерло, остановилось навсегда в этом счастливом блаженстве. Тихий прибой и никого здесь. Леонид откинулся на топчане на пустом пляже… это рай, больше ничего не надо и ада больше нет. Говорят, что у каждого свой ад, но и у каждого свой рай. Рай и праздник, которого он заслужил. Ванильное солнце молчало, словно улыбаясь ему. Все хорошо. Лучше быть не может.
Страница 10 из 10
