Перчатки

Через два места от них сидел пожилой мужчина у которого постоянно вертелась голова, складывалось впечатление что он её не контролировал, или только питался контролировать, хотя его взгляд каждый раз следовал за головой и устремлялся через плечо, а не болтался по полу, что свидетельствовало о противоположном, будто он крутил головой намеренно, опасался чего то с обеих сторон, позади или на плечах. Хихиканье прекратилось, оба школьника зашли в кабинет, хихиканье возобновилось, уже из кабинета, наверное медсестры вульгарные — подумал Аркадий, потом пошли воодушевлённые реплики с заигрывающей интонацией, напускная мужественность, к счастью реплики Аркаша не разобрал. Над кабинетом загорелось табло с надписью свободно, табло было неисправно. В скорости школьники вышли напоследок сказав, — Я тогда буду главный а он, — указывая на товарища — пусть сзади педали крутить — Новый раскат смеха. Аркадий смотрел на пожилого, ожидал когда он встанет, но тот не вставал, когда Аркадий спросил — Вы идете? — ответ был очевидный.

Аркадий постучал в дверь кабинета встревоженный перед входом, чисто формально и сразу вошел, 40 летняя женщина у окна ела бутерброд с маслом и шпротами, другая по моложе, но с такой же задержкой в росте и шириной бедра, разливала чай у противоположной стены. Та, что с бутербродом сострила — А это ещё кто у нас? -той что разливала чай стало неловко.

— Я пришел на диагностику — ответил Аркадий с насупленными бровями.

— От армии увиливаем? — проницательность скользила по маслу.

— Уже пять лет, у меня руки мерзнут. а ещё заклякают, при нагрузках. Получается, несу я чайник, например, ставлю на стол, а кисть так и остается, сцеплена, как будто чайник и дальше в руке. — Аркадий говорил, показывая как именно кисть сцепляется -Ну и бывает проснусь а рук не чувствую, телепаются как сардины.

— Руки ломал?

— Да

— Какую?

— Обе

— Прекрасно, ну снимай верх и ложись на кушетку-младшая, принесла чай, старшей, Аркадий снял свитер вместе с футболкой одним махом.

— Что ж за парни такие худые пошли сейчас? — старшая поделилась изумлением, и сьорбнула из кружки. Ответ был очевиден но Аркадию нужен был диагноз. Аркадий лег, молодая медсестра прикрепила провода к его рукам и груди. Аппарат был заведен, Кровоснабжение кисти промерено и снижено, Систолическое меньше 43, Диастолическое меньше 43, Кровоснабжение предплечий снижено Систолическое меньше 11, Диастолическое норма — младшая записывала данные в карточку.

— Да есть проблемы, может в армию и не возьмут

— Да мне уже поздно в армию, что с руками делать?

— Вообще, желательно потирать руки почаще, кровообращение стимулировать. — влилась неслышно младшая, милым голосом, особенно контрастным.

— И носи перчатки, — загремела другая — а то раз и отрежут. У нас уже был один, с холодными руками, запустил и теперь без запястий.

— Уже наслышан-Аркаша поник слегка — Ну так что я должен делать, чтоб предотвратить?

— Руки потирай сказано же, перчатки носи, какие то кожаные, и не перемерзай.

Аркадий вышел, тревожный и потрясенный вопросом как это быть без рук, он смотрел на свои кисти такие большие по сравнению с запястьями, он мог свести большой палец с указательным вокруг запястий, такие они были тонкие. Вертящейся исчез. Аркадий ткнул свои руки в карман, в одной он сжал телефон в другой ключи, когда они лежали в карманах без ничего, он их не чувствовал а это было почти так как будто их не было.

Аркадий был в своей комнате, уже темнело, у него на столе стоял вермут, он допивал второй стакан, курил трубку. У Аркадия было тревожное предчувствие, что кто-то обязательно должен прийти, Он привстал и направился к ящику, достал из него женскую чёрно кофейную, тонкую перчатку, она пахла духами, он попытался её надеть, она была слишком узкой. В дверь постучали, тревога тут как тут, приторный вкус духов просочился, сквозь дверную скважину.

— Открыто, — было открыто.

В дверь вошла Саша, и не замечая Аркадия, направилась к стулу у стены, такому же строгому и твердому как она сама, приставила его к столу, со скрипом, села, начала рыться в сумочке, достала сигареты, синий Честер, запалила, затянулась, скрестила ноги.

— Плесни мне, того же, что и у тебя.

Аркадий достал из серванта второй стакан, наполнил его и подал Саше, Саша вцепилась в него обоими руками как белка в орех, сделала большой глоток, затянулась и скривилась.

— Как лекарство-

— Да, как лекарство — Аркадий стоял у ее стула, смотрел на нее сверху в низ, протертые темные чулки, синея с белым юбка, чуть ниже колен, в каких то мелких геометрических узорах, напоминавших где то лед, где то снег а где-то снежинки, смотря на узор Аркадия укачало и он пошел блевать в ванную. Когда он вернулся, Саша рассматривала книжную полку.

— Я Чандлера возьму?