Гнездо

— Хорошо, я отпущу вас, — сказала она. — Будет грустно, если ваша жена и сын останутся одни.

Она достала из кармана ключ, повернула его в замке и отворила решетку.

— Я открываю дверь, но дальше вы сами. Если выберетесь отсюда, то хорошо. Если нет, значит, вам не повезло.

— Ничего, спасибо вам огромное, — Сколов поспешно выполз на волю. — Спасибо, спасибо!

Чертова сука! Могла бы помочь и наружу выбраться, ну да пес с ней. Выпустила его, и то хорошо.

Когда Сколов оказался на свободе, он осмотрелся. Похоже, что он находился в какой-то подземной сети пещер, выкопанных кем-то вручную. Здесь уже он мог стоять во весь рост. От его камеры шли два тоннеля — вперед и вправо. Каждый из них освещался редкими шахтерскими лампами, источавшими свет достаточный только для того, чтобы кое-как ориентироваться на него.

Сколов не знал, куда ему идти, но вспомнил, что если оказался в лабиринте, то нужно строго держаться только одной стороны. Поэтому он вошел в тоннель справа.

Сколов продвигался осторожно, держась за стены и вслушиваясь в тишину. Только теперь он осознал, что мерзкий запах здесь чувствовался сильнее всего. Видимо, пока он лежал в отключке, его нос успел привыкнуть к нему, а потому лейтенант не сразу обратил внимание на эту вонь. Время от времени до него долетало эхо какого-то гула, будто где-то далеко по этим тоннелям катили камни, или поблизости проходили пути метро. Иногда он чувствовал рукой слабую вибрацию, исходящую от стены. Вместе с этим где-то за ней слышались странные ползающие звуки, словно кто-то тащился по соседнему тоннелю.

Для Сколова настал самый пугающий момент сегодняшнего дня. Он не мог думать ни о чем, кроме как о выходе. Он предположил, что эта сеть тоннелей находится под домом Хорина, а вход в нее — тот люк, открыв который взорвался Ватагин. Тогда нужно искать лестницу, ведущую наверх. И бежать, бежать без оглядки.

Без пистолета детектив чувствовал себя крайне неуверенно. Вдруг сзади он расслышал уже знакомый перестук шагов, а потому резко обернулся. Пусто. Неужели снова галлюцинации? Это место сводило его с ума, он чувствовал, как страх парализует тело. Голова предательски кружилась, ноги становилось ватными и вялыми. Он и думал уже с трудом. Последние силы оставляли следователя и только отчаянная решимость кое-как держала его на ногах.

Направо, направо и еще раз направо. Он понятия не имел, насколько велика эта сеть пещер, и в душе поражался тому, что кто-то смог выкопать нечто подобное. Сколько лет ушло у Хорина на то, чтобы создать все это? Кто ему помогал? Эти вопросы хоть как-то отвлекали разум Сколова от животного и безумного страха.

Лейтенант уже не мог смотреть вперед, а потому шел, опустив взгляд. Один черт освещение такое слабое, что дальше нескольких метров уже ничего рассмотреть нельзя.

Вдруг он наступил во что-то склизкое. Сколов замер на месте, поднял ногу и посмотрел на подошву. Что-то вонючее, непонятного грязного цвета, похожее на слизь. Странно, но фонарей впереди не было, а последний Сколов прошел несколько шагов назад и даже не заметил. Поэтому он вернулся, снял лампу и решил посмотреть, что же там впереди. И уже через пару мгновений понял, что лучше бы не делал этого.

Перед ним раскинулся небольшой грот. Он имел удивительно ровную овальную форму с округлыми стенами. Но что повергло Сколова в ужас — это пол, который полностью состоял из кусков человеческих тел. Они сплетались меж собой в какой-то ужасающей конструкции, как маленькие веточки в гнезде, и сливались в единую органическую массу. Кожу и мясо разорвали на части, а потом лепили их друг на друга, будто поделку из пластилина. Мешали их между собой до состояния липкой и мерзкой материи, которую потом неаккуратно размазывали по всему полу. Целая паутина из трупов, вот что представлял собой этот грот. Более мерзкого и более кошмарного зрелища Сколов никогда не видел. Здесь и находился источник запаха, отголоски которого следователи уловили еще на подходе к дому.

Сколова вновь вырвало. Только после этого он рассмотрел еще кое-что, а именно — несколько кладок с яйцами, которые буквально вросли в это кровавое месиво. В каждой кладке было по два-три яйца. Их оболочка выглядела хрупкой. Это не твердая скорлупа куриных яиц, нет, скорее что-то живое, дышащее и пульсирующее, как самостоятельный организм, внутри которого росло новое существо.

Сколов уже не понимал, реальность это или нет. Все окончательно превратилось в кошмарный сон, из которого нет выхода. Лейтенант громко закричал от ужаса в слабой надежде проснуться, но этого не случилось. Нет, все происходит на самом деле, и с этим придется смириться. Но как? Измученный разум лейтенанта отказывался принимать существование чего-то подобного.

— Вижу, вы нашли мое гнездо, — раздался сзади чей-то голос. — Не правда ли оно прекрасно?

Мрачный и вкрадчивый, он пробирал до мурашек, будто бы доносился не из человеческих уст.