Горизонты тьмы. Яд из бездны. Постапокалипсис

— Я за него отвечаю.

— Хотите сказать отвечали, — бросила Мейер. — Вы не справились с задачей. Теперь о нём позаботимся мы.

Пять часов спустя.

Некрасов подошёл к палатке, в которую поместили Скрябина, отстегнул полог и вошёл внутрь.

— Вам сюда нельзя! — зарычал человек в защитном костюме. — Только если разрешит Мейер.

— Я должен знать, что с ним, — заявил Некрасов. У меня тоже маска, со мной ничего не случится.

— Послушай приятель, я не хочу неприятностей.

Человек в костюме попытался закрыть дорогу, но Некрасов миролюбиво отстранил его в сторону.

— Я только посмотрю и всё. Мейер даже не узнает.

Ослепительно ярко горели лампы. Под ними, на металлическом столе, лежал Скрябин. Руки и ноги пристёгнуты, голова притянута ремнём. Пытаясь освободиться, он дёргался и извивался. Изо рта вылетали нечленораздельные стоны, мутные глаза, не отрываясь, смотрели в потолок.

— Что вы с ним сделали? — От увиденного пересохло во рту. — Вы что-то ему давали?

Серая коже, посиневшие конечности и безумные мутные глаза. Он выглядел так, словно из него выжали соки. Сержант резко дёрнулся и громко закричал.

Некрасов бегом спустился по лестнице и чуть было не сшиб Акимова.

— Где Мейер? — рявкнул он. — Я хочу знать, почему мой боец превратился в какое-то пугало.

— Вы не понимаете, — начал Акимов. — Нам нужно время, чтобы во всём разобраться.

— Пошёл вон!

Некрасов отпихнул Акимова и бросился через зал к служебному коридору. Мейер стояла рядом с бронированной дверью.

— Там за дверью что-то есть? — бросил Некрасов. — Не этот жалкий бункер с мёртвыми нацистами вас интересовал, а то, что за ним.

— Давно догадался!? — Преграждая дорогу, она шагнула вперёд. — Тягу человека к знаниям не остановить.

Она замолчала и в эту секунду, Некрасов услышал как по другую сторону бронированной двери, что-то пронзительно заскрежетало.

Мейер удивлённо повернула голову и, приблизившись к двери, приложила ухо к железу.

— Убирайтесь отсюда, — покосившись на Некрасова, прошептала она. — В ваших услугах мы больше не нуждаемся.

Тремя днями позже.

На старых почерневших досках, призрачно мерцали сполохи огня. Внизу полыхал экспедиционный запас солярки, в треске догорал продуктовый склад.

Некрасов покосился на Костяна и с удивлением отметил, что парень беззаботно спит. Мейер, Акимов, ещё трое человек из группы учёных.

«Все кто уцелел! — подумал Некрасов. — Остальным не судьба».

Он посмотрел на немецкий МП, который с трудом разыскал в бункере и поёжился. Автомат, конечно, стрелял, но постоянно давал осечку.

«С таким оружием туда больше не пошёл бы», — пронеслось в голове.

Они сидели на чердаке казармы уже сутки. Страх, что их заметят, подавлял все остальное чувства. Они старались не говорить, не шевелиться. Некоторые медленно сходили с ума. Это было заметно по глазам.

— Надо держаться! — прошептал он. — Всё равно выход должен быть. Должен.

Он осторожно приподнялся, медленно подполз к окну и посмотрел в мутное стекло. Ночь. На стенах маяка, плясали зловещие тени. Повсюду огонь и эти нелепые, жуткие создания. Три дня назад, они были людьми, но теперь об этом ничего не напоминало. Ничего кроме облика. Они разбрелись по всему острову и стали безраздельными хозяевами заброшенного клочка суши.

Некрасов снова услышал отчаянный вопль раненого. Крики доносились со стороны маяка, но помочь бедолаге было невозможно.

— Уже сутки так кричит, — заметил Костян. — Может, кто из наших?

— Чего не спишь? — отозвался Некрасов. — Связи всё равно пока нет, так что помощи ждать неоткуда.

— Пить охота, — проговорил Костян. — Как думаете, может эти упыри сами сдохнут?

Они увидели одиноко бредущую фигуру и в ужасе замерли. Создание двигалось медленно, чуть волоча ногу. Разодранный защитный костюм, за спиной маска. Из выбитого плеча сочилась чёрная кровь.

— Почему они жрут человечину? — еле слышно, спросил Костян. — Как такое возможно?

— Не знаю, но эти твари не люди, — Некрасов облизал пересохшие губы. — Там в бункере была какая-то зараза.

— Если это болезнь, значит и мы можем заразиться?

Некрасов пожал плечами, словно сбрасывая наваждение, несколько раз тряхнул головой.

— Все заражённые рано или поздно превращаются в безумцев, — добавил он. — Если такая тварь цапнет — считай конец!

Где-то внизу зарычал упырь, и Некрасов приложил палец к губам. Оба бесшумно вернулись на свои места.

«Утро не разгонит мглу, — подумал Некрасов. — Тот офицер сказал, что паром вернётся через неделю. Лучше бы он вообще не приходил».

Он покосился на Мейер. Она по-прежнему возилась со своим компьютером.