Страшила получился что надо! Не зря Тошка старался весь декабрь… Вернее его старания сводились к элементарному нытью, а всю работу по закройке, вырезке и шитью, за него естественно делала мама. Хотя и папа постарался тоже — дизайнер как-никак! Нарисовал на вымазанной чёрной тушью роже злобные глаза, от одного вида которых уже становилось не по себе! Затем добавил нос — вернее лишь обозначил его отсутствие перевёрнутым треугольником, — а когда принялся за улыбку… мама почему-то сказала, что с неё хватит…
Добавить в моё избранное
484 мин, 32 сек 23346
Как бы ни было страшно и к чему бы ни пришлось готовиться!
Тошка зашнуровал ботинки и накинул курточку — папа хоть и «запалил котёл», особого тепла пока не чувствовалось… Разве что лишь у окна, где на выручку радиаторам отопления спешило заглядывающее с улицы солнышко! Дом, казалось, впитал в стены весь зимний холод, который теперь было не так-то легко выдворить прочь! Тошка поёжился от неприятных ассоциаций относительно одушевлённого холода, который был ничем не лучше затаившегося поблизости пугала…
Затем Тошка прокрался к двери и выглянул в соседнюю комнату. Пусто. Родители принялись за дела и до обеда их лучше особо не беспокоить. Мамино настроение теперь и так будет лихорадить весь день, а к вечеру ХОНДРА непременно перекинется и на папу… Так что не стоит даже пытаться их о чём-то предупредить.
О чём это он?
Тошка сглотнул вязкий комок отчаяния и двинулся к выходу. Тут снова немного подумал, после чего решительно толкнул дверь.
Папа обрадовался — подумал, помощь на подходе! Ага, как же, размечтался! Тошку так легко не захомутать. Он свободная личность, как тот кот, что гулял сам по себе! Папа погрустнел, а мама тут же заметила, что вечером она непременно проверит Тошкино задание! И не дай бог, если что! Что тогда станет с Тошкой, она даже затрудняется сказать, хотя сделает ЭТО ЧТО-ТО вот этими самыми руками!
Тошка недовольно поморщился, сказал, что всё под контролем и принялся тикать от греха подальше! Голову занимало совершенно иное, так что впервые в жизни ему было наплевать на трёпку от мамы, даже случись это самое ЕСЛИ ЧТО!
Если что и случится, то нечто иное! И вот ОНО-то как раз будет намного пострашнее всего остального, одомашненного!
Напоследок мама сказала, чтобы он и не думал подходить к железной дороге, на что Тошка лишь машинально кивнул — сегодня ему было не до этого! Потому что на кону стояло если и не всё, то уж большая его часть — это точно!
Тошка снова скатился в водоотводную канаву и засеменил в сторону соседнего участка. Вал земли над головой скрывал постройки, но его это мало волновало — ориентирование на местности ещё никто не отменял! Под ногами хлюпало, но на это тоже всё равно — потом отмоется! Если это потом, конечно, настанет!
Тошка поёжился и осторожно выглянул из сырой канавы…
Над головой что-то взвизгнуло, и Тошка понял, что из-за накрывшего сознание ужаса, он больше не чувствует ни рук, ни ног! Единственное что удалось сделать — это вжать голову в плечи! Ну, в придачу, зажмуриться. Сверху налетел чудовищный порыв ветра и попытался швырнуть носом в грязь! Тошка выстоял, сам не зная как… Затем всё угомонилось, и он рискнул открыть глаза…
Посмотрел в хвост удаляющемуся поезду. Оценил собственную трусость. Да уж… Хорошо, что хоть один — иначе подколов было бы не избежать! Причём самых обидных!
Тошка передернулся, ощущая, как к конечностям возвращается утерянная чувствительность, отчего пальцы на руках и ногах еле заметно покалывает. Пересилил остатки страха и выглянул снова… Ничего нет. Даже шеста не осталось!
Тварь его просто встретила и убралась в неизвестном направлении!
А может только спряталась? До ночи.
Тошка побледнел и принялся крутить головой. Ничего. Загаженная канава, облезлая трава, кое-где вспучилась рыжеватая глина — всё это греется на весеннем солнышке и источает отборнейший смрад! Прямо по курсу — сточная труба, ведущая на ту сторону железнодорожной насыпи… Тошка помнил — так проще всего перебраться через рельсы, не боясь попасть под поезд! Вот уж местечко, так местечко! Даже тёмное БОМБОУБЕЖИЩЕ, с населяющими его ТАКающими призраками, — и рядом не стояло!
Вот где подобной жути самое место!
Тошка почувствовал непреодолимое желание поскорее выбраться из сырой канавы! Просто так, чтобы не искушать судьбу. Полез наверх. На краю склона замер и зачем-то посмотрел на рыжее дно, где только что стоял…
Лучше бы он этого не делал — в смысле, не оглядывался! Внизу, на рыхлой глине, вперемешку с его собственными следами, угадывались отпечатки чужих ног! Вернее лап… или чего там… Три пальца и отведённый назад коготь, как у курицы! Хотя судя по размеру следов — на этом самом месте, причём не так давно, топтался огроменный страус! Или…
Тошка невольно попятился…
Следы вели в сторону трубы.
Им пришлось ждать целый час, прежде чем Павлик сказал, что что-то происходит. Тошка даже замёрз, сидя на камешке. Сначала он всё же периодически пританцовывал, чтобы не ощущать нудный холод, но потом ему надоело, да и силы тоже куда-то делись… Ко всему прочему, примешалось чувство голода, а в коленках «загудела усталость» — ещё бы, столько пройти! Нет бы на автобусе тихо-мирно доехать, как нормальные люди!
Посторонние мысли даже как-то заслонили недавние страхи и напряжение, будто, кроме томительного ожидания, в данном, конкретном, месте, больше не могло ничего случиться!
Тошка зашнуровал ботинки и накинул курточку — папа хоть и «запалил котёл», особого тепла пока не чувствовалось… Разве что лишь у окна, где на выручку радиаторам отопления спешило заглядывающее с улицы солнышко! Дом, казалось, впитал в стены весь зимний холод, который теперь было не так-то легко выдворить прочь! Тошка поёжился от неприятных ассоциаций относительно одушевлённого холода, который был ничем не лучше затаившегося поблизости пугала…
Затем Тошка прокрался к двери и выглянул в соседнюю комнату. Пусто. Родители принялись за дела и до обеда их лучше особо не беспокоить. Мамино настроение теперь и так будет лихорадить весь день, а к вечеру ХОНДРА непременно перекинется и на папу… Так что не стоит даже пытаться их о чём-то предупредить.
О чём это он?
Тошка сглотнул вязкий комок отчаяния и двинулся к выходу. Тут снова немного подумал, после чего решительно толкнул дверь.
Папа обрадовался — подумал, помощь на подходе! Ага, как же, размечтался! Тошку так легко не захомутать. Он свободная личность, как тот кот, что гулял сам по себе! Папа погрустнел, а мама тут же заметила, что вечером она непременно проверит Тошкино задание! И не дай бог, если что! Что тогда станет с Тошкой, она даже затрудняется сказать, хотя сделает ЭТО ЧТО-ТО вот этими самыми руками!
Тошка недовольно поморщился, сказал, что всё под контролем и принялся тикать от греха подальше! Голову занимало совершенно иное, так что впервые в жизни ему было наплевать на трёпку от мамы, даже случись это самое ЕСЛИ ЧТО!
Если что и случится, то нечто иное! И вот ОНО-то как раз будет намного пострашнее всего остального, одомашненного!
Напоследок мама сказала, чтобы он и не думал подходить к железной дороге, на что Тошка лишь машинально кивнул — сегодня ему было не до этого! Потому что на кону стояло если и не всё, то уж большая его часть — это точно!
Тошка снова скатился в водоотводную канаву и засеменил в сторону соседнего участка. Вал земли над головой скрывал постройки, но его это мало волновало — ориентирование на местности ещё никто не отменял! Под ногами хлюпало, но на это тоже всё равно — потом отмоется! Если это потом, конечно, настанет!
Тошка поёжился и осторожно выглянул из сырой канавы…
Над головой что-то взвизгнуло, и Тошка понял, что из-за накрывшего сознание ужаса, он больше не чувствует ни рук, ни ног! Единственное что удалось сделать — это вжать голову в плечи! Ну, в придачу, зажмуриться. Сверху налетел чудовищный порыв ветра и попытался швырнуть носом в грязь! Тошка выстоял, сам не зная как… Затем всё угомонилось, и он рискнул открыть глаза…
Посмотрел в хвост удаляющемуся поезду. Оценил собственную трусость. Да уж… Хорошо, что хоть один — иначе подколов было бы не избежать! Причём самых обидных!
Тошка передернулся, ощущая, как к конечностям возвращается утерянная чувствительность, отчего пальцы на руках и ногах еле заметно покалывает. Пересилил остатки страха и выглянул снова… Ничего нет. Даже шеста не осталось!
Тварь его просто встретила и убралась в неизвестном направлении!
А может только спряталась? До ночи.
Тошка побледнел и принялся крутить головой. Ничего. Загаженная канава, облезлая трава, кое-где вспучилась рыжеватая глина — всё это греется на весеннем солнышке и источает отборнейший смрад! Прямо по курсу — сточная труба, ведущая на ту сторону железнодорожной насыпи… Тошка помнил — так проще всего перебраться через рельсы, не боясь попасть под поезд! Вот уж местечко, так местечко! Даже тёмное БОМБОУБЕЖИЩЕ, с населяющими его ТАКающими призраками, — и рядом не стояло!
Вот где подобной жути самое место!
Тошка почувствовал непреодолимое желание поскорее выбраться из сырой канавы! Просто так, чтобы не искушать судьбу. Полез наверх. На краю склона замер и зачем-то посмотрел на рыжее дно, где только что стоял…
Лучше бы он этого не делал — в смысле, не оглядывался! Внизу, на рыхлой глине, вперемешку с его собственными следами, угадывались отпечатки чужих ног! Вернее лап… или чего там… Три пальца и отведённый назад коготь, как у курицы! Хотя судя по размеру следов — на этом самом месте, причём не так давно, топтался огроменный страус! Или…
Тошка невольно попятился…
Следы вели в сторону трубы.
Им пришлось ждать целый час, прежде чем Павлик сказал, что что-то происходит. Тошка даже замёрз, сидя на камешке. Сначала он всё же периодически пританцовывал, чтобы не ощущать нудный холод, но потом ему надоело, да и силы тоже куда-то делись… Ко всему прочему, примешалось чувство голода, а в коленках «загудела усталость» — ещё бы, столько пройти! Нет бы на автобусе тихо-мирно доехать, как нормальные люди!
Посторонние мысли даже как-то заслонили недавние страхи и напряжение, будто, кроме томительного ожидания, в данном, конкретном, месте, больше не могло ничего случиться!
Страница 29 из 137
