Stalker: Еретик

— завел я разговор, чтобы отвлечься от голода.

— Он через дорогу. Мы на Курчатова. Вижу, тебе лучше. Посидишь один? Мне надо Миледи выгулять да пройтись до одного места. Оружие у тебя есть, вход здесь только один.

Я заподозрил неладное. Уж не решил ли сталкер кинуть меня? Понял, какая я обуза? Допустим, так. Что я могу сделать? Ни-че-го. Пусть катится. Лучше одному, чем с врагом под боком.

Я махнул, безразлично бросил:

— Валяй.

— Я вернусь. Ты только не спускай глаз со входа.

Я потянулся к автомату — Миледи зарычала.

— Миледи, фу! — прикрикнул строго Альт.

Миледи оскорблено проскулила. Сталкер поднял «феньку» и отдал мне. С автоматом в руках уверенности во мне значительно прибавилось.

Альт разобрал баррикаду, позвал псину и ушел. Напоследок напомнил, чтобы я следил за входом. Будто я из люльки вылез.

Я осмотрел «феньку» — падение добавило ей царапин, но в целом не повредило. Обшарил карманы разгрузки — все на месте, нож — на бедре. Сумка с гранатами валялась напротив, далековато. На ней — вальтер«. Не хватало только детектора артефактов и КПК Студента. Если бы Альт уходил насовсем, вряд ли бы он оставил такое богатство, каким я располагал.»

Вдруг словно оплеухой ошарашило. Ярко представилась золотая цепочка с крестиком, повисшая на ветке, высоко в кроне. Судорожно ощупал шею. Не сразу, но ощутил тонкие кольца металла. От сердца отлегло. Как смерти избежал.

Даст Бог, через день-два я наберусь достаточно сил, чтобы двинуться в путь. Вот только куда? К агропромовской базе или… Насколько я знал, от Припяти до ЧАЭС около четырех километров. Именно там по сталкерским байкам находится загадочный Монолит, Исполнитель Желаний.

Воистину: пути Господни неисповедимы. Может, моя неудача на самом деле — счастливый случай? Ведь говорят, что не даст Бог, все к лучшему. Честно сказать, не за деньгами я приехал в Зону. Надеялся Монолит отыскать.

«Сам ты к Монолиту не проберешься, — вспомнились слова Лехи, — а с проводником… проводник скорее всего убьет тебя». Передо мной снова встал вопрос: насколько верна кличка спасшего меня сталкера? Могу ли я ему доверять? С одной стороны, жизненный опыт говорил, что довериться кавказцу, все равно что самому лечь в гроб. В то же время внутренний голос подсказывал: «Альт не такой». Возможно, мне так казалось из-за внешности сталкера. Его кожа светла, нос прямой, а глаза серые. Альт — не грузин, не чечен, не даг, не азер, не армянин… В то же время акцент у него кавказский.

Время, чтобы приглядеться к новому знакомому, имелось. Желание добраться до Монолита теплится в каждом сталкере — уговаривать Альта не придется. Если он окажется честным, надежным товарищем, то останется лишь одна проблема — монолитовцы. Даже десятка много для двоих, но разве был у меня выбор? Достань я деньги, не факт, что они помогут. Медицина пока не всесильна. Если рак пустил метастазы, вылечиться очень трудно и с толстым кошельком. Монолит — единственная надежда. А если Монолит — легенда?

Череп раскалывался от неопределенности. Или оттого, что я им крепко приложился о сук.

Попробовал подняться. Оперся о батарею, встал на колени. На дрожащих ногах согнулся в поклоне. Уцепился за штору — карниз оборвался, и я чуть не упал, удержался благодаря подоконнику. Отдышался, а потом буквально всполз по стене, развернулся и прислонился к ней спиной. В глазах плыло, в ушах гудело сквозь ватный заслон.

Сел на подоконник, передохнул. Из щелей рам тянуло холодом. Потная кожа ежилась от ледяных язычков сквозняка. Покачиваясь, медленно, словно на ходулях, я пересек комнату. Пару раз терял равновесие, но успевал его восстановить вовремя. Прошел трижды туда-сюда. В ногах появилась твердость, только на ту, со сломанным пальцем, не мог переносить полный вес. Дышать полной грудью тоже было больно, так что активные действия противопоказаны. И как таким калекой воевать с монолитовцами?

Желудок заворчал, точно старый брюзга. Вскрытые консервы приковали взгляд. Я сглотнул слюну и с трудом отвернулся. Желудок словно комкали руки неумелого хирурга. Я сел на подоконник и принялся разглядывать Припять. Город-призрак — место живописное, но глаза то и дело косили в сторону скромного обеда. Нутро возмущалось все звучнее, настойчивее. В конце концов, не подыхать же с голоду! Где в Зоне я найду чистую воду?

Я опустился на пол и начал с жадностью топтать за обе щеки жирные кусочки мяса, остервенело рвать черствый хлеб. Жевать было больновато: один зуб шатался. Я клонил голову набок, перегонял языком пищу на здоровую сторону челюсти. Обедая, я раздумывал над тем, как мне выбраться из Припяти.

Ход мыслей нарушил стук коготков. Я схватил «феньку». В комнату вбежала белая красноглазая волчица. Увидев наставленный на нее автомат, она зарычала. Миледи или нет — не понять. Я бы выстрелил, если б в дверях не появился Альт.