Stalker: Еретик

— Миледи, фу! А ты, друг, опусти ствол.

— Я уж было подумал, это обычный мутант.

— Лови, — Альт бросил черную брошюру.

Я поймал. Посередине книжечки, как раз на месте заглавия, зияла дырка от пули.

— Похоже на священные тексты, — сказал Альт. — Я видел на тебе крестик. Подумал, тебе понравится.

Я полистал. Псалом, псалом… Ясно, Псалтирь. Молитвы.

Альт опустил на пол три рюкзака, сел рядом. Миледи улеглась в углу, у входа.

— Если это не сильно важное, выкинь, — посоветовал Альт. — Зона принимает только веру в нее. Еретиков не жалует. То, что пуля попала именно в книгу, — знак.

— Ты что же, думаешь, Зона разумна?

— Знаю, друг, знаю.

Я промолчал. Человек с гор спустился. Что с него взять? Не удивился бы, если б Альт и грозу приписал гневу Зоны. А, может, он тут уже одичал?

— Альт, давно ты в Зоне?

Сталкер задумался.

— Зимы две. Или три… Здесь теряешь счет времени.

— И тебе нравится такая жизнь? Постоянно на адреналине, скрываешься, как преступник, от военных. Наверное, и семьи нет.

— Отчего же? В мои-то годы и без семьи? У нас в… там плохо с работой. Здесь я добываю больше, чем мог бы в той же Москве. Немного оставляю себе, остальное пересылаю домой.

Альт заметно погрустнел. Покопался в одном из рюкзаков, извлек несколько банок тушенки, толкнул ко мне и объяснил:

— Я свинину не ем.

— Кого ты ограбил?

— Снял с монолитовцев. Твои люди нескольких убили, прежде чем улететь.

Я взглянул на консервы, как на чумные, спросил мрачно:

— Не думал, что это смахивает на мародерство?

— При пожаре чистую воду не ищут.

— Так говорят у тебя на Родине?

— Да. А еще говорят, утку плавать не учат.

Я вздел руки и с деланным испугом воскликнул:

— Я не учу. Просто спросил.

— В следующий раз подумай, прежде чем просто спросить.

Опять распустил хвост, корону с него сняли. Ох, уж это волчье племя.

— Я так понимаю, ты готов стать моей сиделкой, — как можно дружелюбнее промолвил я. — Ну, а дальше что?

— В смысле, когда поправишься? Я — на Янов. Можешь пойти со мной.

Янов… Такого места на карте я не припоминал. Ладно, продолжим прощупывать почву.

— А что ты знаешь о Монолите? Я слышал, это самая популярная тема в Зоне?

Альт посмотрел на меня пристально. Я выдержал взгляд. Сталкер нахмурился, спросил:

— Что это вдруг ты интересуешься?

— Пытаюсь поддержать разговор. Разве сталкеры не любят рассказывать байки? Я их знаю мало, но Монолит — самая известная.

— Пусть ею и остается, — пожал плечами Альт. — Исполняет Монолит желания или нет, ты получишь пулю в лоб еще на подходе к реактору.

— Значит, он в Саркофаге.

— Там полно монолитовцев. Да и радиация… Нужна серьезная защита и сменные фильтры. С твоим костюмом лучше не соваться.

— А с твоим?

Альту вопрос не понравился. Он подманил к себе Миледи, обнял за шею, обхватил пасть, отпустил. Псина приняла игру, защелкала челюстями в попытках поймать раскрытую пятерню. Альт дразнил Миледи, играл, как с котенком. Не отвлекаясь от забавы, сталкер сказал с холодком в голосе:

— Там, где я тебя нашел, валялся сломанный «Отклик». С каких пор военные интересуются артефактами?

Подловил. Но почему я должен отвечать, если он играет в молчанку?

— Нашел интересную вещь, подобрал, — прикинулся я дурачком.

— Хм. Ну, а это зачем тебе?

Альт бросил мне на колени КПК. КПК Студента. Дисплей треснул, однако аппарат работал.

Нашелся я быстро.

— Я же военстал. Эта вещица помогает вас выслеживать.

— КПК не подключен к нашей сети.

Оказывается, у сталкеров собственная сотовая сеть! Кто же оказал им такую услугу?

— Если сталкер не успевает уничтожить КПК, он просто удаляет настройки сети. Одним нажатием. После этого можно только сохраненные файлы смотреть. Я не нашел в нем, — Альт кивнул на КПК, — ничего интересного. Только «Курс молодого сталкера» да спутниковая карта Зоны. То есть все то, что военстал и так знает. За исключением…

Перечня артов. Прокололся ты, Вадим. Да и черт с ним. Почему я должен оправдываться?

— Хорошо, сыщик. Мне нужны деньги, много денег.

— У меня на Родине считают, что настоящего мужчину богатством не соблазнить. От жажды денег люди теряют голову, и в буквальном смысле тоже. Некоторые и вовсе перестают быть людьми.

Ну, вот, опять лечит. Сам, небось, школу не окончил, а меня учит.

— Не суди да несудимым будешь, — ответил я твердо. — У самого-то рыльце в пуху.

Псина жалобно проворчала, отошла в сторону. Словно подчеркнула бессмысленность спора.

— У меня другая история, — возразил Альт.