Stalker: Еретик

Единственная опасность, встретившаяся нам, — это жгучий пух. После выброса мочала попадались часто: на столбах, на проводах, на деревьях, в плохо проветриваемых уголках построек, носились в облаках, как перекати-поле.

Шли мы молча, цепляя взглядом каждую кочку или корягу. Не прошло и четверти часа, как лес выпустил нас на автопарковку у большого гаража. Легковые автомобили съедала ржавчина. Многие стояли без колес, а некоторые даже без сиденьев. Из капотов тоже не забыли выбрать все ценное. Нужда или жадность заставляла людей наживаться за счет здоровья других? Бог им судья.

Ворота боксов гаража были раскрыты. Темные зевы притягивали, как магнит — железо. Не люблю вопросы без ответов, а во мраке всегда видится много тайн.

Послышалось клацанье мелких коготков за спиной. Я резко обернулся — никого. Стоило только отвернуться, звук повторился. Я вновь оглянулся и снова наткнулся на пустоту. Черный проем бокса, шеренга автомобилей… Из-за одного осторожно выглянула и тут же спряталась лысая усатая морда тушкана. Серьезный повод для тревоги. Тушканы поодиночке не бегают. Я по-новому взглянул на тьму внутри гаража. Показалось, услышал возню.

— Хомяк, — позвал я, — за нами следят.

Сталкеры ощерились стволами.

— Кто? — испугался Хомяк.

— В гараже тушканы.

— Да и мать их так, — успокоился сталкер. — Шире шаг, пацаны. Не задерживаемся.

Хомяк, видимо, думал, тушканы не нападут, если к ним не лезть, путал мутантов с обычными хищниками. Дети Зоны все до единого — людоеды, вечно голодные и алчные до мяса. Тушканы не отстанут.

— Гранаты есть? — бросил я в спины сталкеров.

— Давай быра за нами, — откликнулся Хомяк. — Не раздражай крысюков.

Я вздохнул, нагнал спутников. Шел и чувствовал на себе жадные взгляды тушканов, слышал их короткие перебежки. Шлепанье и клацанье учащалось — число преследователей росло.

— Быра, быра! — подгонял товарищей Хомяк.

Я не понимал сталкеров. Черта с два тушканы нас отпустят.

Щелкнул затвором, развернулся и выстрелил короткой очередью. Тушканы не успели рассыпаться. Один взвизгнул и завалился лапками кверху. Остальные мутанты с рявканьем бросились на нас.

— Еб твою мать, Поп! — возмутился Хомяк и поддержал огнем.

В четыре ствола мы устроили кровавое месиво. Слух только и резали поросячьи визги. Тушканы быстры, но пули быстрее. Последний мутант рухнул у моих ног.

Я быстро перекрестился. Бог все еще со мной, за что Ему преогромное спасибо. Гиена тихонько хихикнул. Ну и пусть.

— Отлично, — проворчал Хомяк, похоже, недовольный моей инициативой, — двигаем дальше.

С одной автопарковки мы перешли на другую. Там техники оказалось куда больше, а счетчик Гейгера затрещал намного сильнее. Фонил не только металлом, но и «электра», распластавшаяся на полпарковки.

— Поп, видишь электроподстанцию? — спросил Хомяк. — Нам туда.

— Может, сделаем крюк? Зачем хватать лишние радики?

— Не бзди. Проскочим по-бырому.

Нас и аномалию разделяли каких-то три-пять метров. По мере приближения к электроподстанции сигналы счетчика Гейгера частили все громче. Сталкеры то ли не понимали всей опасности радиационного облучения, то ли не дорожили здоровьем.

Гиена отстал, вытащил детектор аномалий. Наверное, думал прочесать «электру» на обратному пути и проверял, стоит ли. Не успел я потерять его из виду, как шрам на брови растревожился яростным зудом. На спину обрушился приклад, земля пошатнулась. Массивный гриндер влетел в лицо. Я упал на спину, посыпался град пинков и тычков прикладом. Я заслонил голову руками, подтянул к подбородку колени, скрестил лодыжки. СКАТ смягчал удары, и все же до киборга я не дотягивал. Сознание тонкой струйкой покидало меня, путано шептало:«Только не по ребрам, только не по ребрам».

— Хватит, хватит! — одернул Хомяк увлекшихся товарищей.

Словно сквозь сон, я чувствовал, как с меня снимали пояс с контейнерами, рюкзак, как разоружали; виделось все, как в тумане.

— Отлетал, птенчик, — усмехнулся Хомяк. — Давайте-ка, парни, отправим его в последний полет.

— Хомяк, может, комбез снимем? Хороший ведь, — предложил Гиена и получил подзатыльник.

— Идиот, а какого мы его сюда тащили? С таким успехом сразу пристрелить могли. Нам от сталкеров проблем не надо. Сам подох, епта. Полез в аномалию и сгорел. Понял?

— Ладно, ладно, я просто…

— Сложное в твоей башке не задерживается, да? Молчун, пистолет.

В аномалию бросили «вальтер». «Электра» оглушительно, раскатисто треснула.

Меня схватили за руки-ноги и принялись раскачивать. Хомяк стоял в стороне, сложив руки за спину, и командовал:

— Епта, сильней раскачивайте. Видите, где пистолет? Нужно докинуть, братцы. Чтоб, епта, придраться не к чему было.

«Неужели такой бесславный конец?» — подумалось, точно в бреду.