Тихий Холм 1865

Этот кто-то старался идти тихо и осторожно, словно кошка, но он уже выдал себя. Билл нацелил револьвер на одно из деревьев и взвел курок. «Ловушка? Вполне может быть. Кто бы он ни был, он не стал бы разгуливать один по болотам. Наверняка несколько человек сейчас подкрадываются сзади… Черт! Как не вовремя. Капитана потянуло на воспоминания! Сейчас мы должны были бы стоять спина к спине и ожидать нападения со всех сторон. Черт!» — Твинс не спеша, не сводя оружия с дерева, чуть развернулся в сторону, чтобы захватить краем глаза как можно больше пространства. Капитан и не думал выбираться из своей апатии, он все также тихо скулил, а его ружье лежало слишком близко к чаще, из которой в любую минуты могли выпрыгнуть, размахивая заточками, бывшие заключенные Тюрьмы Толука.«Только бы не пропустить Его, только бы не пропустить!» — азарт притуплял чувство опасности, Билл щурил глаза и быстро облизывал губы. Секунды тянулись невыносимо долго. Еще немного и Твинса бы просто лопнул от переполнявшего его напряжения.

Незнакомец вышел из своего укрытия. Билл, не медля ни секунды, выстрелил. Он даже не успел разглядеть нападающего. Твинс не хотел убивать, только прострелил колено, чтобы затем мгновенно развернуться на 180 градусов, ожидая встретить позади основные силы противника. От раздавшегося резкого, бьющего по всей коже шума Капитан Гудбой несколько раз дернулся и завыл громче. Это был хороший выстрел. Точный, сделанный по всем правилам этого кровавого искусства. Билл услышал, как отвратительно хрустит кость, как рвется кожа, и он знал, что из правой ноги незнакомца сейчас фонтанчиком вовсе стороны бьет кровь, а нога изуродована вылезшим на поверхность БЕЛЫМ крошевом. Но он не кричал, хотя боль должна была быть невыносимой. Он даже не рухнул на землю, а такое попадание (Твинс знал по своему опыту) сбивает с ног даже самых крепких парней. А позади не было… НИКОГО! Незнакомец действительно пришел один.

Твинс потратил еще долю секунды, чтобы вернуться в исходное положение. Увиденная картина поразила его. Перед ним стоял длинноволосый индеец неопределенного возраста (как это обычно бывает у индейцев, ему с легкостью можно было бы дать и 25 и пятьдесят), одетый в какую-то яркую шерстяную накидку. Все его тело было расписано причудливыми разноцветными узорами, как это бывает у шаманов макак. Прострелянное навылет колено, кажется, нисколько его не волновало. Лицо его оставалось каменно, НЕЧЕЛОВЕЧЕСКИ спокойным. Он лишь опирался одной рукой о морщинистый ствол старого дерева, чтобы не упасть. Дуло кольта было направлено прямо ему между глаз. Между белых глаз, лишенных зрачков и радужки. Слепых глаз…

Он все молчал. Билл понял, что эта макака сейчас просто не может говорить, оттого что ее зубы от боли сцеплены мертвой хваткой. Челюсть была напряжена так сильно, что вздувшиеся желваки искажала его лицо куда страшнее, чем рана уродовала ногу. И все-таки он не кричал… «Пристрелить сразу!» — подумал Твинс,«Нет!» — резко перебил его Уильям.«Лучше поговори с ним. Задай вопросы. Не стреляй пока». Черт бы побрал Билла если он не расслышал НЕУВЕРЕННОСТИ в голосе несгибаемого брата.

Сколько вас? Быстро! Говори, два раза повторять не буду! — Твинс выкрикнул это, и, чтобы подтвердить свои намерения и морально уничтожить «сиу», два раза выстрелил в воздух. Этот индеец поразил его своей стойкостью. Ему доводилось слышать разные байки о силе духа краснокожих, да он и на собственной шкуре испытывал эту их силу духа множество раз. Но не упасть и не закричать от ТАКОГО выстрела. Воля слепого была поистине безгранична. Шумно выпустив воздух из легких он, наконец, ответил Твинсу на чистейшем английском.

Я… Один… Правда… — говорил индеец медленно и четко, голос его не дрожал, только произнося каждое новое слово он делал небольшую передышку, чтобы шумно вздохнуть сквозь зубы. — Я не причиню… вреда… Я хочу… предупредить… — Речь его показалась Биллу поначалу странной, и он не сразу понял, что говорит слепой с сильным британским акцентом. — Кзулчибара… Он рядом… близко… У твоего… Спутника… Зло… Много Зла… Внутри — Его ногти впились в дерево с такой силой, что толстая кора начала трещать под пальцами. Твинс совершенно не понимал, что происходит. — Он… Держит его… Глубоко… Он его поборол… Почти… Но Зло… Оно не уходит… А Кзулчибара питается… Злом… Он не оставит его… — лицо индейца быстро бледнело от потери крови, но он не спешил терять сознание. Он предупреждал. — Оставь… Уходи… Ты ничего не поймешь… И не изменишь… Пусть Слуги… Кзулчибары… Заберут его Зло… Уходи… Не твой Бой… Уходи…

Какого черта! — Билл закричал. Он специально подогревал себя, чтобы казаться уверенней и злее. Как Уильям. Но Уильям не был у макак в плену. Даже брат не ненавидел их ТАК сильно. — Вы все сговорились? Вам всем так нужно, чтобы я убрался отсюда? Да кто ты такой, чтобы предупреждать? Что за кзуличабра? Я не собираюсь уходить. Было бы слишком глупо, проведя эту пару кошмарных дней в Городе, за которые я постарел лет на десять, покинуть его ни с чем!