Если бы этот городок был живым существом, то теперь непременно бы задохнулся в клубах пыли, что поднимаются, едва по дороге промчится вереница грузовиков. Городок со всех сторон облеплен убогими домишками, стоящими друг от друга на почтительном расстоянии, будто хозяева не хотят, чтобы другие топтали землю у их порога.
Добавить в моё избранное
267 мин, 9 сек 19319
На ее щеку попал солнечный зайчик от подноса, поставленного на край соседнего столика, и Ноксу показалось, что кожа ее лица неестественно бледная.
— Да, именно. Мистер Лоуэлл сказал, что вы попросту пропали, в то время как Рей вернулся и по какой-то причине напал на него и Ханса.
— Я спасалась от Рея. Вообще-то мы вышли вместе, когда он сообщил, что Лайонелл куда-то пропал. Странно то, что его тело мы нашли только на обратном пути, а вот повернули мы к лагерю только тогда, когда следы оборвались. Рей что-то услышал и побрел вниз по склону, дальше от тропинки, а затем исчез из поля моего зрения. Я ждала его долго, даже пыталась звать, но ничего так и не происходило. Вы не представляете, как я перепугалась, когда он выскочил на меня из-за кустов. Казалось, будто его кто-то украл, повредил ему сознание за все время его отсутствия и вернул обратно. Я боролась с ним, даже поранила ему лицо, но он продолжал махать руками, явно намереваясь от меня избавиться. Только когда я столкнула его со склона, мне удалось убежать. Только вот направления я выбрала не то.
— А когда вы вернулись, то Лоуэлла и остальных уже не было?
— Да, и мне пришлось брести к старой стоянке. К счастью, я нашла зарубки и быстро добралась до лагеря. Зашла я не с той стороны, и мне пришлось обходить, чтобы найти спуск, тогда-то и появился Он.
— Но почему вас не тронули?
Барбара покачала головой. Она поставила чашку на самый край стола и поддела большим пальцем шнурок на шее. На его конце болтался амулет, точь-в-точь такой же, как у Лоуэлла, но она так скоро его убрала, что Ноксу вновь не удалось разглядеть его детальней.
— Мы с Роббом с товарной площади, — продолжила она, вернувшись к своему кофе, — и нас обоих Теодор забрал в почти том же возрасте, в котором его самого увез старик Эйзер. Он воспитывал нас обоих, и разумеется, какие-то суеверия и традиции передались нам от него. Никто в нашей маленькой семье не выходил из дома без собственного оберега, это только Ханс шел наперекор всему, что чтил Теодор. И знаете, как бы то ни было, но пустыня, площадь и Вендиго — это наше прошлое, которое тянется за нами шлейфом. Нам едва ли удастся когда-нибудь избавиться от него, пусть мы больше не будем возвращаться на перевалочный пункт.
Нокс понимающе кивнул. Психологическая связь Лоуэлла с товарной площадью для него была очевидна, насколько он, конечно, мог судить по рассказам других. И все его опасения, страхи, неприязни — все это было пережитком его детства. Лоуэлл воспитывался так, что все самые важные моменты, были ли они даже неприятны, не мог так просто выбросить из головы. И сколь далеко бы он не уезжал от старой фермы, она продолжала его притягивать. Возможно, Нокс и ошибался, но он все же жаждал услышать подтверждение своей теории из уст самого Лоуэлла.
— Кстати, мы вчера говорили о психологической помощи, помните? — нарушил недолгую паузу Нокс.
— Очень поверхностно затронули вопрос, — подтвердила Барбара, неотрывно глядя на десяток парусников, шедших друг за другом, как одна целая команда.
— Лоуэлл очень неопределенно выражался, но из всего того, что он наговорил, я понял, что его очень волнует вопрос отношений Ханса и Мадлен. Я так понял, между ними что-то было?
— Что-то — звучит очень неопределенно. Я бы вам все объяснила, но эта история слишком утомительна. Могу сказать только вот что: Ханс давно был влюблен в Мадлен, да я и не уверена, что сейчас от этого чувства не осталось ни следа. И никто не знает, как бы все повернулось, если бы Теодору не вздумалось уезжать из Сиэтла, да еще и не предупредив остальных.
— То есть, Мадлен вышла за Джона в их долгий отъезд? — продолжал допытываться Нокс, явно сбитый с толку.
— Кажется, да.
— Странно. Больше походит на дурацкую мелодраму.
— Если смотреть поверхностно, то так оно и есть. Но у Мадлен был небольшой выбор, и ей пришлось его сделать.
— Не понимаю. Какой еще выбор? Чем Джон был лучше, чем Ханс?
— Вот именно, что ничем, — с раздражением бросила Барбара, поднимаясь из-за столика. Она положила деньги в блюдечко под чашкой и жестом пригласила Нокса следовать за ней. — Здесь говорить о таких вещах не стоит.
Нокс последовал ее примеру, не забыв расщедриться на чаевые, и вместе они спустились к береговой линии. Снова перед их глазами замелькали рекламные афиши, который Нокс невнимательно пробегал глазами, и в одной из них ему встретилось название «Капитолийский холм». Как нездешнему жителю это название показалось ему странным, ведь Капитолий, по его скудным знаниям, находился вовсе не в этом районе. Нокс понял, в каком он замешательстве находился все время пребывания здесь. С каждым новым местом Сиэтл удивлял его все больше и больше.
— Что с вами? — спросила Барбара, когда они миновали массивную вывеску крупного паба и отправились к берегу, ближе к порту.
— Да, именно. Мистер Лоуэлл сказал, что вы попросту пропали, в то время как Рей вернулся и по какой-то причине напал на него и Ханса.
— Я спасалась от Рея. Вообще-то мы вышли вместе, когда он сообщил, что Лайонелл куда-то пропал. Странно то, что его тело мы нашли только на обратном пути, а вот повернули мы к лагерю только тогда, когда следы оборвались. Рей что-то услышал и побрел вниз по склону, дальше от тропинки, а затем исчез из поля моего зрения. Я ждала его долго, даже пыталась звать, но ничего так и не происходило. Вы не представляете, как я перепугалась, когда он выскочил на меня из-за кустов. Казалось, будто его кто-то украл, повредил ему сознание за все время его отсутствия и вернул обратно. Я боролась с ним, даже поранила ему лицо, но он продолжал махать руками, явно намереваясь от меня избавиться. Только когда я столкнула его со склона, мне удалось убежать. Только вот направления я выбрала не то.
— А когда вы вернулись, то Лоуэлла и остальных уже не было?
— Да, и мне пришлось брести к старой стоянке. К счастью, я нашла зарубки и быстро добралась до лагеря. Зашла я не с той стороны, и мне пришлось обходить, чтобы найти спуск, тогда-то и появился Он.
— Но почему вас не тронули?
Барбара покачала головой. Она поставила чашку на самый край стола и поддела большим пальцем шнурок на шее. На его конце болтался амулет, точь-в-точь такой же, как у Лоуэлла, но она так скоро его убрала, что Ноксу вновь не удалось разглядеть его детальней.
— Мы с Роббом с товарной площади, — продолжила она, вернувшись к своему кофе, — и нас обоих Теодор забрал в почти том же возрасте, в котором его самого увез старик Эйзер. Он воспитывал нас обоих, и разумеется, какие-то суеверия и традиции передались нам от него. Никто в нашей маленькой семье не выходил из дома без собственного оберега, это только Ханс шел наперекор всему, что чтил Теодор. И знаете, как бы то ни было, но пустыня, площадь и Вендиго — это наше прошлое, которое тянется за нами шлейфом. Нам едва ли удастся когда-нибудь избавиться от него, пусть мы больше не будем возвращаться на перевалочный пункт.
Нокс понимающе кивнул. Психологическая связь Лоуэлла с товарной площадью для него была очевидна, насколько он, конечно, мог судить по рассказам других. И все его опасения, страхи, неприязни — все это было пережитком его детства. Лоуэлл воспитывался так, что все самые важные моменты, были ли они даже неприятны, не мог так просто выбросить из головы. И сколь далеко бы он не уезжал от старой фермы, она продолжала его притягивать. Возможно, Нокс и ошибался, но он все же жаждал услышать подтверждение своей теории из уст самого Лоуэлла.
— Кстати, мы вчера говорили о психологической помощи, помните? — нарушил недолгую паузу Нокс.
— Очень поверхностно затронули вопрос, — подтвердила Барбара, неотрывно глядя на десяток парусников, шедших друг за другом, как одна целая команда.
— Лоуэлл очень неопределенно выражался, но из всего того, что он наговорил, я понял, что его очень волнует вопрос отношений Ханса и Мадлен. Я так понял, между ними что-то было?
— Что-то — звучит очень неопределенно. Я бы вам все объяснила, но эта история слишком утомительна. Могу сказать только вот что: Ханс давно был влюблен в Мадлен, да я и не уверена, что сейчас от этого чувства не осталось ни следа. И никто не знает, как бы все повернулось, если бы Теодору не вздумалось уезжать из Сиэтла, да еще и не предупредив остальных.
— То есть, Мадлен вышла за Джона в их долгий отъезд? — продолжал допытываться Нокс, явно сбитый с толку.
— Кажется, да.
— Странно. Больше походит на дурацкую мелодраму.
— Если смотреть поверхностно, то так оно и есть. Но у Мадлен был небольшой выбор, и ей пришлось его сделать.
— Не понимаю. Какой еще выбор? Чем Джон был лучше, чем Ханс?
— Вот именно, что ничем, — с раздражением бросила Барбара, поднимаясь из-за столика. Она положила деньги в блюдечко под чашкой и жестом пригласила Нокса следовать за ней. — Здесь говорить о таких вещах не стоит.
Нокс последовал ее примеру, не забыв расщедриться на чаевые, и вместе они спустились к береговой линии. Снова перед их глазами замелькали рекламные афиши, который Нокс невнимательно пробегал глазами, и в одной из них ему встретилось название «Капитолийский холм». Как нездешнему жителю это название показалось ему странным, ведь Капитолий, по его скудным знаниям, находился вовсе не в этом районе. Нокс понял, в каком он замешательстве находился все время пребывания здесь. С каждым новым местом Сиэтл удивлял его все больше и больше.
— Что с вами? — спросила Барбара, когда они миновали массивную вывеску крупного паба и отправились к берегу, ближе к порту.
Страница 57 из 71
