Если бы этот городок был живым существом, то теперь непременно бы задохнулся в клубах пыли, что поднимаются, едва по дороге промчится вереница грузовиков. Городок со всех сторон облеплен убогими домишками, стоящими друг от друга на почтительном расстоянии, будто хозяева не хотят, чтобы другие топтали землю у их порога.
Добавить в моё избранное
267 мин, 9 сек 19320
Замешательство Нокса, видимо, не ускользнуло от ее внимания.
— Мы на Капитолийском Холме? — спросил он, немного погодя.
— Самый дорогой район Сиэтла, — подтвердила она. — На самом деле ничего особенного в нем нет, исключая широкую курортную зону и кучу баров и ресторанов. В культурном плане — не очень-то и хорошее место, здесь можно развлечься, но не более. Кстати говоря, этот район изобилует представителями гендерных меньшинств.
— Хорошенькое место подобрал Эйзер-старший. И как вообще научное сообщество сюда занесло?
— Хм, вы еще не видели председателей. Поверьте мне, многие из них слишком любят поразвлечься и тратят здесь хорошие деньги.
Да, подумал Нокс, тихий Орегон куда приятней Сиэтла. Хотя бы потому, что баров в нем в разы меньше. Вот только другую часть города Нокс не видел и поспешных выводов не делал. С чем он точно не мог поспорить, так это с дороговизной района. Холм отличался своими красивыми домами, стоявшими в окружении высаженных в центре района деревьев, и действительно выглядел совсем не дешево. Чего стоила одна отделка фасадов, аккуратные газончики, а местами и плющи, лезшие на стены. Нокс не сразу обратил внимание, что и дом Эйзеров относился к той же когорте. Конечно, красивого садика около дома не наблюдалось, все было довольно запущено. Видимо, пожилой паре, состоявшей в этом доме прислугой, которой, как выяснилось, Лоуэлл все эти годы платил жалованье, да еще и сам содержал дом в плане оплаты различных удобств, было в тягость ухаживать за садом. По остаткам тех разросшихся растений Нокс мог предположить, что некогда около дома было действительно красиво. Но фасад дома выглядел безупречно, как с точки зрения стилистики, так и с точки зрения сохранности. Красная плитка, уложенная узором на стенах, придавала особнячку необычности. Приезжие туристы не раз останавливались поглазеть на здешние обиталища и всякий раз стояли, открыв рот, будто им показывали особо ценный экспонат из закрытых фондов.
Но береговая линия с точностью передавала сущность Капитолийского холма. Кроме красивых панорамных видов, все было довольно обыденно. И реклама, и лавочки, и парусные лодки. С этой точки Сиэтл походил на курортный город, отчего и интерес Нокса к нему изрядно остыл. Барбара, шедшая рядом с ним, не радовалась новым краскам, которые ушли с прибытием на пыльную товарную площадь. То ли она, как Лоуэлл, не могла расстаться со своим прошлым, то ли Сиэтл ей уже давно приелся.
— Вы спрашивали, чем Джон лучше Ханса, — заговорила вновь она, когда Нокс предложил завернуть к пляжу. — Отвечать не приходится, потому что ответ лежит на поверхности. Но дело было не в том, кто кого хуже. Ханс был слишком импульсивен, но в то же время широкие шаги вперед его всегда пугали. Он ненавидел быстрое развитие событий. Чтобы на что-то решиться, ему нужно было много времени, и он думал, что в отъезд он решит все свои внутренние противоречия. Но Теодор тоже был не прост и вовремя не оповестил, что отъезд на самом деле очень долгий, возможно, даже без возвращения. Теодор подставил Ханса, в который раз уже, и Ханс живет с этим уже десяток лет.
— Так что же произошло?
— Отец Мадлен по образованию биолог, но нехватка средств заставила его сменить профиль, и он переквалифицировался в финансиста. У меня сложилось впечатление, что он вообще ни к чему не годен, потому что и на бирже его не ждала удача. Да, не могу не согласиться, что достаток семьи увеличился, но намного лучше не стало. И он решил пойти по старому пути, почти доисторическому.
— Заставить Мадлен выйти замуж за человека хорошего достатка?
— Можно и так сказать. Но он не был намерен разбогатеть на этом, здесь надо отдать ему должное. Он просто хотел, так сказать, скинуть дочь с шеи. Особенно острую нужду в этом он испытал, когда дела совсем стали плохи. Нефтяной кризис подмял под себя всех, некоторые, конечно, сумели и на этом выплыть, но не отец Мадлен. Он, как я говорила уже, не обладал талантами. Да что там, простыми навыками не обладал. И именно в тот момент, когда деньги в семье перестали водиться, Теодор решил увезти Ханса обратно в Калифорнию. В то время он просто помешался на Вендиго, и некоторый период его жизни был посвящен охоте на него, но это мероприятие было все равно, что ловить бабочку в сачок. Можно поймать, а можно и не поймать. И что из этого выйдет — тоже неизвестно. Но Теодор очень сильно повредил себе в детстве психику, и понять его было можно.
— Но он бы мог ехать без Ханса…
— Не мог, он без него, как без рук. Теодор из тех людей, которые слишком сильно привязываются к кому-то, а потом отпустить этого кого-то не могут. В общем, Теодор сделал свое дело, и Мадлен не могла ничего сделать, как только выйти за Джона, который выглядел для себя удобный момент. Так вся история и закончилась. Хотя для кого-то она еще длится, как мыльная опера по телевидению.
— И теперь Теодор хочет исправить положение?
— Мы на Капитолийском Холме? — спросил он, немного погодя.
— Самый дорогой район Сиэтла, — подтвердила она. — На самом деле ничего особенного в нем нет, исключая широкую курортную зону и кучу баров и ресторанов. В культурном плане — не очень-то и хорошее место, здесь можно развлечься, но не более. Кстати говоря, этот район изобилует представителями гендерных меньшинств.
— Хорошенькое место подобрал Эйзер-старший. И как вообще научное сообщество сюда занесло?
— Хм, вы еще не видели председателей. Поверьте мне, многие из них слишком любят поразвлечься и тратят здесь хорошие деньги.
Да, подумал Нокс, тихий Орегон куда приятней Сиэтла. Хотя бы потому, что баров в нем в разы меньше. Вот только другую часть города Нокс не видел и поспешных выводов не делал. С чем он точно не мог поспорить, так это с дороговизной района. Холм отличался своими красивыми домами, стоявшими в окружении высаженных в центре района деревьев, и действительно выглядел совсем не дешево. Чего стоила одна отделка фасадов, аккуратные газончики, а местами и плющи, лезшие на стены. Нокс не сразу обратил внимание, что и дом Эйзеров относился к той же когорте. Конечно, красивого садика около дома не наблюдалось, все было довольно запущено. Видимо, пожилой паре, состоявшей в этом доме прислугой, которой, как выяснилось, Лоуэлл все эти годы платил жалованье, да еще и сам содержал дом в плане оплаты различных удобств, было в тягость ухаживать за садом. По остаткам тех разросшихся растений Нокс мог предположить, что некогда около дома было действительно красиво. Но фасад дома выглядел безупречно, как с точки зрения стилистики, так и с точки зрения сохранности. Красная плитка, уложенная узором на стенах, придавала особнячку необычности. Приезжие туристы не раз останавливались поглазеть на здешние обиталища и всякий раз стояли, открыв рот, будто им показывали особо ценный экспонат из закрытых фондов.
Но береговая линия с точностью передавала сущность Капитолийского холма. Кроме красивых панорамных видов, все было довольно обыденно. И реклама, и лавочки, и парусные лодки. С этой точки Сиэтл походил на курортный город, отчего и интерес Нокса к нему изрядно остыл. Барбара, шедшая рядом с ним, не радовалась новым краскам, которые ушли с прибытием на пыльную товарную площадь. То ли она, как Лоуэлл, не могла расстаться со своим прошлым, то ли Сиэтл ей уже давно приелся.
— Вы спрашивали, чем Джон лучше Ханса, — заговорила вновь она, когда Нокс предложил завернуть к пляжу. — Отвечать не приходится, потому что ответ лежит на поверхности. Но дело было не в том, кто кого хуже. Ханс был слишком импульсивен, но в то же время широкие шаги вперед его всегда пугали. Он ненавидел быстрое развитие событий. Чтобы на что-то решиться, ему нужно было много времени, и он думал, что в отъезд он решит все свои внутренние противоречия. Но Теодор тоже был не прост и вовремя не оповестил, что отъезд на самом деле очень долгий, возможно, даже без возвращения. Теодор подставил Ханса, в который раз уже, и Ханс живет с этим уже десяток лет.
— Так что же произошло?
— Отец Мадлен по образованию биолог, но нехватка средств заставила его сменить профиль, и он переквалифицировался в финансиста. У меня сложилось впечатление, что он вообще ни к чему не годен, потому что и на бирже его не ждала удача. Да, не могу не согласиться, что достаток семьи увеличился, но намного лучше не стало. И он решил пойти по старому пути, почти доисторическому.
— Заставить Мадлен выйти замуж за человека хорошего достатка?
— Можно и так сказать. Но он не был намерен разбогатеть на этом, здесь надо отдать ему должное. Он просто хотел, так сказать, скинуть дочь с шеи. Особенно острую нужду в этом он испытал, когда дела совсем стали плохи. Нефтяной кризис подмял под себя всех, некоторые, конечно, сумели и на этом выплыть, но не отец Мадлен. Он, как я говорила уже, не обладал талантами. Да что там, простыми навыками не обладал. И именно в тот момент, когда деньги в семье перестали водиться, Теодор решил увезти Ханса обратно в Калифорнию. В то время он просто помешался на Вендиго, и некоторый период его жизни был посвящен охоте на него, но это мероприятие было все равно, что ловить бабочку в сачок. Можно поймать, а можно и не поймать. И что из этого выйдет — тоже неизвестно. Но Теодор очень сильно повредил себе в детстве психику, и понять его было можно.
— Но он бы мог ехать без Ханса…
— Не мог, он без него, как без рук. Теодор из тех людей, которые слишком сильно привязываются к кому-то, а потом отпустить этого кого-то не могут. В общем, Теодор сделал свое дело, и Мадлен не могла ничего сделать, как только выйти за Джона, который выглядел для себя удобный момент. Так вся история и закончилась. Хотя для кого-то она еще длится, как мыльная опера по телевидению.
— И теперь Теодор хочет исправить положение?
Страница 58 из 71
