Это уже 4-я редакция моего дневника. Сначала думал составить записку, мол, так и так, случилось такое дело…
Добавить в моё избранное
259 мин, 23 сек 16914
— Сразу видно у Вас нет врачебной практики, эти пациенты творят чудеса. Мы и не с такими персонажами сталкивались. Их больное сознание порой ставит в тупик очень опытных профессоров. У моих санитаров есть целая теория насчет этих двоих, порой их послушаю, и хочется посадить их рядом с этими пациентами. Но у них нет высшего образования, но у Вас то оно есть.
— Ну а все — таки, дверь специально звукоизолированная, а Вы называли меня по имени только за дверью.
— Он мог угадать, мог прочитать по губам, у него может просто быть очень чуткий слух, возможно все. Я вам больше скажу, в Германии у него диагностировали легкую лучевую болезнь, т. е. так называемую «лучевую травму», оно и понятно — он работал на предприятии, где возможно получить облучение. Отец как узнал, про это, так весь комбинат чуть не разнес, там проходили проверки бесконечные и расследования, но радиации на предприятии так и не нашли. Сейчас последствия облучения уже минимизированы. Мы считаем, его за границей пытались вылечить облучением радиацией, да видно чтото сделали неправильно и облучили пациента. Его кстати отец после этого случая оттуда и забрал.
— Интересно, что он пишет? Возможно, в этом кроется секрет к его излечению?
— Сомневаюсь, Артем, вы ещё на третьем этаже небыли, там есть дедушка предсказывающий будущее, и говорят, вправду предсказывает. Я вам потом его покажу.
— Чувствую, тут у Вас мне скучать не придется.
— Смотрите, Артем, дата в дневнике не наступила, до неё ещё два месяца. Ладно, мне пора на совещание. Да и ещё завтра ко второму пациенту не заходите без меня, а то будут проблемы. И приходите лучше после журналистов, они будут у нас в час, сразу после обеда, пробудут, думаю до двух. И ещё, обязательно зарегистрируйте, что вы выносите отсюда вещи пациента, а то потом могут быть проблемы.
— Договорились Константин Михайлович, до завтра.
— До свидания, Артем. Надеюсь, Вы свою работу сделаете и успешно защититесь. Очень рад видеть молодых людей со стремлением работать в нашей профессии. Возможно, из Вас получиться настоящий Фрейд.
26 Июня. Четыре часа дня. Областная психиатрическая больница специализированного типа. Кабинет зам. главврача Малиновского Константина Михайловича.
Тук… тук… тук…
— Константин Михайлович, можно? Инструктаж прошел, но пропуск пока не получил, у них там почему то никого нет, отправили к Вам.
— Простите Артем, у меня сейчас нет на Вас времени. Садитесь в учебном кабинете и самостоятельно изучайте личные дела пациентов и карточки, делайте, в общем, что Вам требуется.
— Чтото случилось?
— Да случилось. Помните вчерашних пациентов, что мы смотрели, так вот бежали они.
— А как же бежали, как такое возможно?
— Да журналисты эти чертовы, полезли гулять по больнице ну и они тут как тут. Трое бежали, два наших и ещё один с третьего. Ох, проблем теперь будет!
В кабинет залетает медсестра, вся запыхавшаяся.
— Константин Михайлович, там из полиции приехали, Вас требуют настойчиво, нам ещё из министерства звонили. Константин Михайлович, что же это…
— Люда, скажите им, что собираюсь…
— Артем, все я побежал, Вы не думайте, что у нас так каждый день. Люда Вам покажет, где можно спокойно сесть и работать…
— Только бы папашка не узнал… Только бы папашка не узнал… (Зам главного врача, шепотом удаляясь по коридору).
— Артем, вот тут присаживайтесь. Если чтото потребуется, можете вот этот номер набрать внутренний и меня спросите. Вот он записан.
— Хорошо, надеюсь — все у Вас обойдется.
— Ой, да что же делается то! Хоть бы обошлось…
В это время где то на окраине Новосибирска, дачный поселок.
— Саня, а как тебе удалось то?
— Эх, Серёга, где наша не пропадала! Я пистолет из хлеба слепил, и не спрашивай, чем я красил его! А этим санитарам говорю, ну кранты Вам дяди. Говорю — друг ко мне приходил с Армейки и подарок принес. Они как увидали — поверили сразу. Думал — обделаются.
— Ну ты даешь! А я вот всегда знал, что ты жив останешься. Саня, ну и что мы делать то будем?
— Для начала переодеться нужно, пошаримся по этим избушкам вечером, когда дачники свалят. Потом будем обдумывать план.
— Может, Ивана найдем?
— Ивана расстреляли в кафе в Москве какието чурки, ко мне друзья приезжали, сказали. Разве тебе не говорил?
— Да вроде нет, хотя может и говорил, у меня от этих лекарств, что меня кололи, совсем с памятью плохо стало.
— Ниче, оклемаешься.
7 Июля. Утро. Квартира Артема.
Пип… пип… пип… пип…
Пип… пип… пип… пип…
Пип… пип… пип… пип…
Пип… пип…
— Але??
— Артем, здравствуйте, это ваш научный руководитель, Константин Михайлович.
— Ну а все — таки, дверь специально звукоизолированная, а Вы называли меня по имени только за дверью.
— Он мог угадать, мог прочитать по губам, у него может просто быть очень чуткий слух, возможно все. Я вам больше скажу, в Германии у него диагностировали легкую лучевую болезнь, т. е. так называемую «лучевую травму», оно и понятно — он работал на предприятии, где возможно получить облучение. Отец как узнал, про это, так весь комбинат чуть не разнес, там проходили проверки бесконечные и расследования, но радиации на предприятии так и не нашли. Сейчас последствия облучения уже минимизированы. Мы считаем, его за границей пытались вылечить облучением радиацией, да видно чтото сделали неправильно и облучили пациента. Его кстати отец после этого случая оттуда и забрал.
— Интересно, что он пишет? Возможно, в этом кроется секрет к его излечению?
— Сомневаюсь, Артем, вы ещё на третьем этаже небыли, там есть дедушка предсказывающий будущее, и говорят, вправду предсказывает. Я вам потом его покажу.
— Чувствую, тут у Вас мне скучать не придется.
— Смотрите, Артем, дата в дневнике не наступила, до неё ещё два месяца. Ладно, мне пора на совещание. Да и ещё завтра ко второму пациенту не заходите без меня, а то будут проблемы. И приходите лучше после журналистов, они будут у нас в час, сразу после обеда, пробудут, думаю до двух. И ещё, обязательно зарегистрируйте, что вы выносите отсюда вещи пациента, а то потом могут быть проблемы.
— Договорились Константин Михайлович, до завтра.
— До свидания, Артем. Надеюсь, Вы свою работу сделаете и успешно защититесь. Очень рад видеть молодых людей со стремлением работать в нашей профессии. Возможно, из Вас получиться настоящий Фрейд.
26 Июня. Четыре часа дня. Областная психиатрическая больница специализированного типа. Кабинет зам. главврача Малиновского Константина Михайловича.
Тук… тук… тук…
— Константин Михайлович, можно? Инструктаж прошел, но пропуск пока не получил, у них там почему то никого нет, отправили к Вам.
— Простите Артем, у меня сейчас нет на Вас времени. Садитесь в учебном кабинете и самостоятельно изучайте личные дела пациентов и карточки, делайте, в общем, что Вам требуется.
— Чтото случилось?
— Да случилось. Помните вчерашних пациентов, что мы смотрели, так вот бежали они.
— А как же бежали, как такое возможно?
— Да журналисты эти чертовы, полезли гулять по больнице ну и они тут как тут. Трое бежали, два наших и ещё один с третьего. Ох, проблем теперь будет!
В кабинет залетает медсестра, вся запыхавшаяся.
— Константин Михайлович, там из полиции приехали, Вас требуют настойчиво, нам ещё из министерства звонили. Константин Михайлович, что же это…
— Люда, скажите им, что собираюсь…
— Артем, все я побежал, Вы не думайте, что у нас так каждый день. Люда Вам покажет, где можно спокойно сесть и работать…
— Только бы папашка не узнал… Только бы папашка не узнал… (Зам главного врача, шепотом удаляясь по коридору).
— Артем, вот тут присаживайтесь. Если чтото потребуется, можете вот этот номер набрать внутренний и меня спросите. Вот он записан.
— Хорошо, надеюсь — все у Вас обойдется.
— Ой, да что же делается то! Хоть бы обошлось…
В это время где то на окраине Новосибирска, дачный поселок.
— Саня, а как тебе удалось то?
— Эх, Серёга, где наша не пропадала! Я пистолет из хлеба слепил, и не спрашивай, чем я красил его! А этим санитарам говорю, ну кранты Вам дяди. Говорю — друг ко мне приходил с Армейки и подарок принес. Они как увидали — поверили сразу. Думал — обделаются.
— Ну ты даешь! А я вот всегда знал, что ты жив останешься. Саня, ну и что мы делать то будем?
— Для начала переодеться нужно, пошаримся по этим избушкам вечером, когда дачники свалят. Потом будем обдумывать план.
— Может, Ивана найдем?
— Ивана расстреляли в кафе в Москве какието чурки, ко мне друзья приезжали, сказали. Разве тебе не говорил?
— Да вроде нет, хотя может и говорил, у меня от этих лекарств, что меня кололи, совсем с памятью плохо стало.
— Ниче, оклемаешься.
7 Июля. Утро. Квартира Артема.
Пип… пип… пип… пип…
Пип… пип… пип… пип…
Пип… пип… пип… пип…
Пип… пип…
— Але??
— Артем, здравствуйте, это ваш научный руководитель, Константин Михайлович.
Страница 67 из 69
