Неконец

— Доктор, знай своё дело! А мы своё знаем! — и толпа охотно поддержала его. Двинулись к площади, где тоже толпились люди, собрали и их.

Наташка шла со всеми — не одна она, были и ещё женщины. Сперва поддалась общему порыву, а потом как-то в голове мысли зашевелились — вот идут они все, идут… А куда? Что там делать станут? Всех встреченных бить? Дома поджигать — в толпе уже и факелы появились, где только успели… Скоро мост, единственный в посёлке. Никто мимо не пройдёт… и все это знают…

— Стойте — закричала Наташка, выбегая перед толпой.

— Ты ещё чего?! — тут же вызверился Василий

— Засада на мосту. Не может там не быть засады! Если они в клуб бомбу положили — про мост тоже не забудут!

Василий остановился, качнулся назад-вперёд…

— Верно говорит — подал голос кто-то позади.

— Да что мы, ручей не перейдём? — рявкнул Василий, заворачивая направо — вокруг, возьмём где не ждут! Не так велика была река, тем более на исходе засушливого лета… Наташка и Сергий стояли перед мостом, как будто направляя людей на поворот. Почему-то их слушались, хотя, казалось бы, кто они такие? Но когда никто не знает что делать — любой может стать командиром, кто бы только осмелился… Плотный людской поток потянулся мимо.

— Что дальше делать будем?

— А что делать, со всеми пойдём. А там по обстановке — Сергий тоже понимал тупость происходящего, но умного ничего придумать не мог.

— Не найдут ведь этого Самеда. Андрей бы нашёл, а Василий — нет, не найдёт. Но порвёт многих…

— А ты думаешь, они сильно лучше? Думаешь, они не рады тому, что он сделал?

— Не знаю. Может и рады. Я думаю — зачем это Самеду. Кто он вообще такой.

— Да какая разница? Мудак он и скотина.

— Знаешь, я впервые захотела убить человека. Не наказать, не победить, не убрать куда-то далеко, а просто взять и убить…

— Не надо тебе его убивать. Не женское это дело.

— Знаю что не женское. Но, понимаешь, захотелось. Он ведь Машу насиловал, а сам при этом думал, как сделать подлее и обиднее. Чтобы все повелись, разозлились, пошли его же район громить… может, это и не его район?

— Думаешь, он наш?!

— Тоже нет — срезала возмущение Наташка — не их и не наш. Не знаю чей.

— Тогда и на мосту засады нет. Некому там сидеть. Бомбу и один положить мог, а тут надо целую заставу…

— Или ещё одну бомбу.

— У него что, склад боеприпасов?

— Где одна — там и две.

— Мост бетонный — бомба большая нужна.

— Много ты в бомбах понимаешь.

— Немного. Но два десятка человек в деревянном доме — это одно, а тысячу на открытом месте — другое…

— Ну может быть…

— Эй, чего стоим? — замыкающим за толпой шёл Николай, один из четверых уцелевших десятников.

— Думаем, где у чертей засада. И какая — ответил Сергий.

— Думает у нас атаман — начал десятник назидательно, но осёкся.

— Смотри, Николай — попыталась скорее объяснить Наташка — этот Самед не просто так всё сделал, он же нарочно всех завёл. Всё сделал, чтобы завести.

— Ну и?

— Куда все пойдут? Их район громить, понятно. А раз он этого хотел — значит готов был. Приготовил что-то. Да только что он мог приготовить?

— Какая разница? Василий поэтому и через брод повёл, чтоб выйти где не ждали? Правильно, значит и нам туда!

— Там и так народу много. А тут — никого. Если они сюда сейчас — посёлок считай пустой, одни женщины. А своих они, может, увезли ещё днём — высказал тактические соображения Сергий.

— Могут. Только если мы тут впустую сидеть будем, пока братья там дерутся — это как, хорошо?

— А мы сидеть не будем. Мы в дозор пойдём. Посмотрим, что там у них приготовлено.

— А если что, с двух концов запалим, мало не покажется — поддержал подругу Сергий.

— Согласен… Эгей, люди русские! Кто меня слышит — гайда за мной!

Не успевшие далеко уйти разворачивались, собирались. Всего человек двадцать пять — и стриженые побратимы, и так просто мужики, все с чем-нибудь тяжёлым в руках.

— Пошли! Без лишнего шума! — приняв решение, Николай действовал быстро. Его десяток за ним, а там и остальные нестройной колонной двинулись к мосту.

— А ты давай вперёд, заглянешь под мост, что там. Есть фонарь у кого — передайте разведке!

Фонаря не нашлось, оставалось рассчитывать на свои глаза — благо ещё не совсем стемнело, хотя под мостом и лежала густая тень. Сергий почти бегом пробежал по откосу, зашумел вниз, потом как мог тише метнулся вверх, заглянуть из-за угла пролёта. Никого не было под мостом, только какие-то тряпки, видимо бомжи ночевали когда-то. Но не было и бомжей. На противоположной стороне тоже было пусто — тот край просматривался лучше, светлый западный край неба был почти ровно за спиной.