Вступление автора. Давным-давно, еще в прошлой жизни, я открыл для себя Стивена Кинга. Знакомство с ним ошеломило до такой степени, что я всерьез считал его лучшим писателем на планете. Его творчество, несомненно, оказало значительное влияние на мои литературные потуги, что в итоге вылилось в активное участие в различных тематических конкурсах, проводимых разными интернет-сайтами.
Добавить в моё избранное
225 мин, 28 сек 10047
Ронни эффектно вскинул над головой руку с микрофоном, наслаждаясь овацией. Оркестр грянул вступление.
— Итак, он самый известный писатель, он зарабатывает миллионы (он очень, ну просто очень богат, баснословно богат, неприлично богат). Кто он?
(Ну-ка Стив, пораскинь мозгами, и порадуй старину Ронни… )
Зрители зашумели, словно каждый из них знал ответ на этот простой вопрос. Ронни выставил ладони, пытаясь успокоить их. Стив вжался в кресло, не представляя, о ком идет речь…
(Но это же так легко, парень, не разочаровывай нас… )
— Итак? — Рон наслаждался сиитуацией — что скажет Стиви-бой?
(Он Оз Веикий и ушшасный… )
Стиви покачал головой, он не знал ответ. Ведущий вздохнул, удивляясь непонятливости Стива.
— Не торопись Стивен, у тебя еще есть время.
(Он Алый Король, запертый на вершине темной башни, стоящей на поле, в окружении цветущих роз.)
Стиви лихорадочно размышлял, пытаясь подобрать ответ. Что-то такое знакомое, вертится на кончике языка.
— Поможем Стиви? — гости в студии одобрительно зашумели. Стивен ощутил страх.
Ронни подошел ближе, так, что Стивен сумел рассмотреть свое отражение в зеркальных очках ведущего. Рон положил ему руку на плечо и силой сжал пальцы.
(Давай сукин сын, думай, и не приведи господь тебе ошибиться парень, даже и не пытайся подвести меня, подвести всех нас… )
— Что же, по нашим правилам я могу дать подсказку нашему игроку. Он играет в «Рок Боттом Ремайндерс»23, и является владельцем двух радиостанций Бангора (о, этот парень действительно обожает рок музыку и бейсбол), а еще у него высокий рост и пять машин в гараже (и одна из них красный «Кэдди», подумать только!), и к тому же он очень, очень, очень знаменит! Ну, так как, парень, кто он?
Зрители притихли, повинуясь жесту ведущего. Замолк оркестр, и в наступившей тишине, Стивен услышал собственное имя.
(Ты сам это сказал парень, заметь, не старина Ронни, ни зрители в зале, это сказал ты, все твои мечты и мысли, в которых ты был тем парнем, который может позволить себе шикарную виллу, и громил охранников с доберманами, у которых вырезаны голосовые связки — все, лишь бы только не нарушить твой покой, пока ты творишь себя, творишь для всех, рождая свои миры, сея страх и ужассс… )
— Да, он сказал Это! — Ронни аж взвизгнул от восторга. Зрители разразились овациями, повторяя все громче и громче, скандируя, выкрикивая.
— Стиви, Стиви…
— Да, это наш Стиви — Ронни уже кричал, даже не пытаясь заглушить всеобщий восторг.
Зрители бесновались. Они кричали, свистели, подбрасывали вверх цветы.
(Наш Стиви, это наш парень!)
Стивен встал, оглушенный всеобщим ликованием, и что-то пробормотал под нос.
(Что ты сказал, парень?)
Стивен повторил. Зрители неохотно замолчали, пытаясь услышать его слова. Рон Лучиано отступил, по-прежнему сжимая микрофон. В его глазах зажглось понимание и сочувствие. Он криво ухмыльнулся.
— Ну-ка Стивен, скажи это так, чтобы слышали все. Нам будет интересно…
— Это не я — неохотно пробурчал Стивен.
— Что? — не расслышал ведущий.
— Это не я. Это! Не! Я! — Стивен выкрикнул эти слова, и Ронни успокаивающе похлопал его по спине.
— Мы знаем парень, мы знаем…
В тот вечер Стивен выпил четыре банки «Будвайзера», после чего вставил в печатную машинку чистый лист. Некоторое время он курил, тупо поглядывая на пустую белизну листа, потом принялся печатать, что-то бормоча под нос.
Он напечатал три страницы, остановился, чтобы отхлебнуть пива (это ты так подумал, но на самом деле, парень, вдохновение оставило тебя так же внезапно, как и пришло), и словно наткнулся на стену, где-то внутри себя. Слова разбежались предательскими буквами, прячась в голове, притворяясь глупыми, неуместными мыслями.
— Старина, ты не способен на большее… — вслух подумал Стивен, и со злостью смял ни в чем, ни повинную бумагу.
Он выбросил в корзину эти три странички (история про девочку, которая обладала паранормальными способностями, — старо как мир, особенно если ты уже прикончил четыре банки пива), и, вышел на улицу, с трудом нащупывая ступеньки.
Когда вечером пришла жена, Стиви уже спал в трейлере, отвернувшись к стене, чтобы завтра утром, ни свет, ни заря, подниматься на работу в прачечную. Табита остановилась возле Стива, заботливо поправила одеяло. Дети гуляли на улице, и нужно было готовить ужин. Она подошла к столу, на котором стояла машинка Стиви, и покачала головой. По правде, говоря, она никогда не разделяла увлечения мужа, считая это пустой тратой времени. Табита вытащила из корзины смятые страницы, разгладила, быстро пробежала глазами, затем принялась читать более подробно, не спеша, словно написанное захватило ее.
— Итак, он самый известный писатель, он зарабатывает миллионы (он очень, ну просто очень богат, баснословно богат, неприлично богат). Кто он?
(Ну-ка Стив, пораскинь мозгами, и порадуй старину Ронни… )
Зрители зашумели, словно каждый из них знал ответ на этот простой вопрос. Ронни выставил ладони, пытаясь успокоить их. Стив вжался в кресло, не представляя, о ком идет речь…
(Но это же так легко, парень, не разочаровывай нас… )
— Итак? — Рон наслаждался сиитуацией — что скажет Стиви-бой?
(Он Оз Веикий и ушшасный… )
Стиви покачал головой, он не знал ответ. Ведущий вздохнул, удивляясь непонятливости Стива.
— Не торопись Стивен, у тебя еще есть время.
(Он Алый Король, запертый на вершине темной башни, стоящей на поле, в окружении цветущих роз.)
Стиви лихорадочно размышлял, пытаясь подобрать ответ. Что-то такое знакомое, вертится на кончике языка.
— Поможем Стиви? — гости в студии одобрительно зашумели. Стивен ощутил страх.
Ронни подошел ближе, так, что Стивен сумел рассмотреть свое отражение в зеркальных очках ведущего. Рон положил ему руку на плечо и силой сжал пальцы.
(Давай сукин сын, думай, и не приведи господь тебе ошибиться парень, даже и не пытайся подвести меня, подвести всех нас… )
— Что же, по нашим правилам я могу дать подсказку нашему игроку. Он играет в «Рок Боттом Ремайндерс»23, и является владельцем двух радиостанций Бангора (о, этот парень действительно обожает рок музыку и бейсбол), а еще у него высокий рост и пять машин в гараже (и одна из них красный «Кэдди», подумать только!), и к тому же он очень, очень, очень знаменит! Ну, так как, парень, кто он?
Зрители притихли, повинуясь жесту ведущего. Замолк оркестр, и в наступившей тишине, Стивен услышал собственное имя.
(Ты сам это сказал парень, заметь, не старина Ронни, ни зрители в зале, это сказал ты, все твои мечты и мысли, в которых ты был тем парнем, который может позволить себе шикарную виллу, и громил охранников с доберманами, у которых вырезаны голосовые связки — все, лишь бы только не нарушить твой покой, пока ты творишь себя, творишь для всех, рождая свои миры, сея страх и ужассс… )
— Да, он сказал Это! — Ронни аж взвизгнул от восторга. Зрители разразились овациями, повторяя все громче и громче, скандируя, выкрикивая.
— Стиви, Стиви…
— Да, это наш Стиви — Ронни уже кричал, даже не пытаясь заглушить всеобщий восторг.
Зрители бесновались. Они кричали, свистели, подбрасывали вверх цветы.
(Наш Стиви, это наш парень!)
Стивен встал, оглушенный всеобщим ликованием, и что-то пробормотал под нос.
(Что ты сказал, парень?)
Стивен повторил. Зрители неохотно замолчали, пытаясь услышать его слова. Рон Лучиано отступил, по-прежнему сжимая микрофон. В его глазах зажглось понимание и сочувствие. Он криво ухмыльнулся.
— Ну-ка Стивен, скажи это так, чтобы слышали все. Нам будет интересно…
— Это не я — неохотно пробурчал Стивен.
— Что? — не расслышал ведущий.
— Это не я. Это! Не! Я! — Стивен выкрикнул эти слова, и Ронни успокаивающе похлопал его по спине.
— Мы знаем парень, мы знаем…
В тот вечер Стивен выпил четыре банки «Будвайзера», после чего вставил в печатную машинку чистый лист. Некоторое время он курил, тупо поглядывая на пустую белизну листа, потом принялся печатать, что-то бормоча под нос.
Он напечатал три страницы, остановился, чтобы отхлебнуть пива (это ты так подумал, но на самом деле, парень, вдохновение оставило тебя так же внезапно, как и пришло), и словно наткнулся на стену, где-то внутри себя. Слова разбежались предательскими буквами, прячась в голове, притворяясь глупыми, неуместными мыслями.
— Старина, ты не способен на большее… — вслух подумал Стивен, и со злостью смял ни в чем, ни повинную бумагу.
Он выбросил в корзину эти три странички (история про девочку, которая обладала паранормальными способностями, — старо как мир, особенно если ты уже прикончил четыре банки пива), и, вышел на улицу, с трудом нащупывая ступеньки.
Когда вечером пришла жена, Стиви уже спал в трейлере, отвернувшись к стене, чтобы завтра утром, ни свет, ни заря, подниматься на работу в прачечную. Табита остановилась возле Стива, заботливо поправила одеяло. Дети гуляли на улице, и нужно было готовить ужин. Она подошла к столу, на котором стояла машинка Стиви, и покачала головой. По правде, говоря, она никогда не разделяла увлечения мужа, считая это пустой тратой времени. Табита вытащила из корзины смятые страницы, разгладила, быстро пробежала глазами, затем принялась читать более подробно, не спеша, словно написанное захватило ее.
Страница 42 из 65
