Вступление автора. Давным-давно, еще в прошлой жизни, я открыл для себя Стивена Кинга. Знакомство с ним ошеломило до такой степени, что я всерьез считал его лучшим писателем на планете. Его творчество, несомненно, оказало значительное влияние на мои литературные потуги, что в итоге вылилось в активное участие в различных тематических конкурсах, проводимых разными интернет-сайтами.
Добавить в моё избранное
225 мин, 28 сек 10062
Дни стали вязкими как кисель, а ночи похожими на теплое ватное одеяло.
Завтрак, обед и ужин. Да еще «Солитер» в промежутках между приемами пищи. Она словно проваливалась в темное ущелье, где не светит солнце, а воздух наполнен ядовитыми испарениями. Хотя возможно всему виной была атмосфера«Оверлука». Отель давил суровостью будней, несмотря на показную роскошь, порой граничащую с вульгарностью. Было в нем что-то плохое, вернее… низкое. Да именно так — низкое, словно отель был брюзжащим похотливым стариком.
А впрочем, все это глупости. Бред собачий.
Нет в этом четырехэтажном здании ничего такого, не считая крыс на чердаке, что разносили пыль своими безобразными хвостами. Ну, может еще пара-другая сотен крысиных гнезд в подвале.
Иногда, правда, отель словно просыпался — Мелоди готова была поклясться, что слышит, как сигналят подъезжающие машины, хлопают двери, пропуская гостей, и те толпятся у стойки администратора, ожидая, когда сноровистые посыльные займутся багажом. Но на самом-то деле это выл ветер за окнами, забираясь сквозь щели в ставнях, чтобы дотянуться холодными пальцами сквозняков, залезть под одежду, заставляя вздрагивать от неожиданности.
А еще сонная дрема сковала разум, словно тягучий студень — каждое лишнее движение давалось с трудом, и даже думать было лень.
Вечером, уложив девочек, она забралась в постель, ожидая, когда же Делберт соизволит присоединиться. Муж бродил по этажам, проверяя все ли в порядке. Вообще в последнее время он словно прикипел душой к чертовому отелю. Вообразил себя невесть кем. Мистер смотритель, а на самом деле — обычный сторож, которого оставили присматривать за отелем в межсезонье, чтобы старик не слишком уж ветшал, разрушаясь от холодов.
Дел заглянул на минутку, буркнул насчет давления в котле, и отправился в подвал, прикрутить краны. Мелоди сквозь дрему пробормотала что-то невразумительное, и провалилась в теплую лужу сна.
Там, во сне было много чего такого, о чем и не вспомнить, проснувшись в темном номере, стискивая края простыни, и напряженно вслушиваясь в голоса в коридорах отеля.
Такое бывало и раньше — пока Делберт возился с котлом, она выныривала из кошмаров, словно пловец, решивший спуститься особенно глубоко, и испытывающий неимоверное облегчение, что глупая задумка не привела к печальному концу, и в этот раз удалось выбраться на поверхность, где свет и воздух. И пускай он пахнет сыростью, но пьянит лучше старого вина.
Сегодняшняя ночь не станет исключением. Хотя… возможно именно сегодня что-то изменится.
Мелоди поняла это только что, услышав пронзительный крик.
(Мама! Мамочка!)
Хриплое нераздельное бормотание, неясный шум… снова крик!
Это наверху, решила Мелоди. Сонливость как рукой сняло, она вскочила, вслушиваясь в тревожную тишину.
(Тишину?)
Что за черт?
«Оверлук» был похож на улей полный пчел. С первого этажа доносилась музыка, восторженные крики веселящейся публики.
(Давай, детка — зажги на полную… )
Сон как рукой сняло. Мелоди выскользнула из кровати, направляясь в комнату девочек. То, что она увидела там (а точнее не увидела) стало настоящим потрясением.
Девочек не было!
Мелоди бросилась к выключателю. Яркий свет залил комнату, но не смог вернуть на место дочерей. Кровать была пуста. Краешек простыни задрался, обнажив полосатую ткань матраса.
Крик раздался снова — тягучий, воющий и внезапно оборвался. И тот же миг, под потолком разорвалась лампочка, усыпав пол осколками. Комната вновь погрузилась во тьму.
Мел подбежала к двери, чуть приоткрыла — в коридоре было темно, только в самом конце, у лестницы тускло поблескивал латунный наконечник огнетушителя.
— Бетти, Роузи… — осторожно, чуть ли не шепотом позвала она.
Внизу хлопнула дверь лифта, и кабина пришла в движение, дребезжа и тарахтя. Лифт остановился на втором этаже, словно приглашая Мел войти и совершить небольшое путешествие наверх, а быть может и вниз, как повезет.
Мелоди, стояла у двери, не решаясь покинуть номер, ставший временным пристанищем четы Грейди. Именно сейчас квартира показалась самым безопасным местом, и покинуть ее стены, было бы весьма опрометчивым поступком.
— Не так ли, милая? — прогремел голос в голове. Настойчивый, самодовольный… Голос отеля.
«Оверлук» разговаривал с ней, и голос его отливал металлом.
— Побудь-ка здесь, крошка, и это станет единственно правильным поступком в твоей жизни. Забирайся обратно, под теплое одеяло, накройся с головой, и быть может, тебя минет чаша скорби, из которой отопьют все те, кто заслужил наказание.
(Мамочка, ну где же ты?)
Мелоди вздрогнула и прижала руки к груди, пытаясь согреться. В комнате стоял жуткий холод. Если бы она спустилась сейчас в подвал, то обнаружила, что Грейди полностью затушил огонь.
Завтрак, обед и ужин. Да еще «Солитер» в промежутках между приемами пищи. Она словно проваливалась в темное ущелье, где не светит солнце, а воздух наполнен ядовитыми испарениями. Хотя возможно всему виной была атмосфера«Оверлука». Отель давил суровостью будней, несмотря на показную роскошь, порой граничащую с вульгарностью. Было в нем что-то плохое, вернее… низкое. Да именно так — низкое, словно отель был брюзжащим похотливым стариком.
А впрочем, все это глупости. Бред собачий.
Нет в этом четырехэтажном здании ничего такого, не считая крыс на чердаке, что разносили пыль своими безобразными хвостами. Ну, может еще пара-другая сотен крысиных гнезд в подвале.
Иногда, правда, отель словно просыпался — Мелоди готова была поклясться, что слышит, как сигналят подъезжающие машины, хлопают двери, пропуская гостей, и те толпятся у стойки администратора, ожидая, когда сноровистые посыльные займутся багажом. Но на самом-то деле это выл ветер за окнами, забираясь сквозь щели в ставнях, чтобы дотянуться холодными пальцами сквозняков, залезть под одежду, заставляя вздрагивать от неожиданности.
А еще сонная дрема сковала разум, словно тягучий студень — каждое лишнее движение давалось с трудом, и даже думать было лень.
Вечером, уложив девочек, она забралась в постель, ожидая, когда же Делберт соизволит присоединиться. Муж бродил по этажам, проверяя все ли в порядке. Вообще в последнее время он словно прикипел душой к чертовому отелю. Вообразил себя невесть кем. Мистер смотритель, а на самом деле — обычный сторож, которого оставили присматривать за отелем в межсезонье, чтобы старик не слишком уж ветшал, разрушаясь от холодов.
Дел заглянул на минутку, буркнул насчет давления в котле, и отправился в подвал, прикрутить краны. Мелоди сквозь дрему пробормотала что-то невразумительное, и провалилась в теплую лужу сна.
Там, во сне было много чего такого, о чем и не вспомнить, проснувшись в темном номере, стискивая края простыни, и напряженно вслушиваясь в голоса в коридорах отеля.
Такое бывало и раньше — пока Делберт возился с котлом, она выныривала из кошмаров, словно пловец, решивший спуститься особенно глубоко, и испытывающий неимоверное облегчение, что глупая задумка не привела к печальному концу, и в этот раз удалось выбраться на поверхность, где свет и воздух. И пускай он пахнет сыростью, но пьянит лучше старого вина.
Сегодняшняя ночь не станет исключением. Хотя… возможно именно сегодня что-то изменится.
Мелоди поняла это только что, услышав пронзительный крик.
(Мама! Мамочка!)
Хриплое нераздельное бормотание, неясный шум… снова крик!
Это наверху, решила Мелоди. Сонливость как рукой сняло, она вскочила, вслушиваясь в тревожную тишину.
(Тишину?)
Что за черт?
«Оверлук» был похож на улей полный пчел. С первого этажа доносилась музыка, восторженные крики веселящейся публики.
(Давай, детка — зажги на полную… )
Сон как рукой сняло. Мелоди выскользнула из кровати, направляясь в комнату девочек. То, что она увидела там (а точнее не увидела) стало настоящим потрясением.
Девочек не было!
Мелоди бросилась к выключателю. Яркий свет залил комнату, но не смог вернуть на место дочерей. Кровать была пуста. Краешек простыни задрался, обнажив полосатую ткань матраса.
Крик раздался снова — тягучий, воющий и внезапно оборвался. И тот же миг, под потолком разорвалась лампочка, усыпав пол осколками. Комната вновь погрузилась во тьму.
Мел подбежала к двери, чуть приоткрыла — в коридоре было темно, только в самом конце, у лестницы тускло поблескивал латунный наконечник огнетушителя.
— Бетти, Роузи… — осторожно, чуть ли не шепотом позвала она.
Внизу хлопнула дверь лифта, и кабина пришла в движение, дребезжа и тарахтя. Лифт остановился на втором этаже, словно приглашая Мел войти и совершить небольшое путешествие наверх, а быть может и вниз, как повезет.
Мелоди, стояла у двери, не решаясь покинуть номер, ставший временным пристанищем четы Грейди. Именно сейчас квартира показалась самым безопасным местом, и покинуть ее стены, было бы весьма опрометчивым поступком.
— Не так ли, милая? — прогремел голос в голове. Настойчивый, самодовольный… Голос отеля.
«Оверлук» разговаривал с ней, и голос его отливал металлом.
— Побудь-ка здесь, крошка, и это станет единственно правильным поступком в твоей жизни. Забирайся обратно, под теплое одеяло, накройся с головой, и быть может, тебя минет чаша скорби, из которой отопьют все те, кто заслужил наказание.
(Мамочка, ну где же ты?)
Мелоди вздрогнула и прижала руки к груди, пытаясь согреться. В комнате стоял жуткий холод. Если бы она спустилась сейчас в подвал, то обнаружила, что Грейди полностью затушил огонь.
Страница 53 из 65
