Тот день надолго запомнился участникам описанных здесь событий. Потому что, как потом оказалось, с него-то все и началось. Но это оказалось потом.
Добавить в моё избранное
189 мин, 6 сек 4582
Ники в досаде кинулся к своему блокноту, попробовал разорвать, смял и швырнул на угли.
— Что ты делаешь!— закричала Кейси, выхватила блокнот из костра, обожглась, бросила на песок, сбила занявшееся пламя.
Потом сидела, гладя странички с рисунками, перебирала их, ворошила их с Ники недавнее прошлое.
— Брось. Кому это теперь нужно, — зачерпнул Ники горсть песка, сжал ее, смотрел, как тонкой струйкой стекает время.
— Ты сам не понимаешь, что говоришь, — с горечью отозвалась Кейси. — Это же наша память. Кто мы без нее? Вспомни Сьюзен Стоун. Что бы от нее и других ребят осталось, если бы не их фильм.
— Если бы не их фильм, мы бы не попали сюда.
— Если бы не фильм… — пристально разглядывала последние страницы в блокноте Кейси, — мы бы с тобой… Слушай, Ник! А как это происходит?
Голос у нее был какой-то странный.
— Что?— поднял голову Ник.
— Как возникает то, что ты рисуешь? То есть… Откуда оно приходит?
— Что ты имеешь в виду?
— Там в машине профессора я видела… У тебя Кроу был нарисован с лицом младенца… Откуда ты знал, что он потеряет память?
— Я? Я не знал… Просто… — Ники задумался, потом заговорил, точно припоминая… — Иногда образы появляются сами по себе… иногда я сначала придумываю, а потом рисую. Но все равно, даже когда я знаю, чего хочу… Как будто кто-то это делает за меня. И часто получатся совсем не то, что хотелось, — закончил он, вконец запутавшись.
— Кто-то делает это за тебя, — услышала Кейси, что хотела. Сняла очки. Вплотную приблизила к глазам рисунок на страничке блокнота. — А вот это что значит?
«Самое время для таких разговоров», — вздохнул Ники и нехотя заглянул через плечо Кейси в свой собственный рисунок.
Сначала он не понял, о чем вообще спрашивает Кейси.
Это был один из набросков, сделанных в то их первое утро на Озере. Он тогда пытался ухватить и передать то тревожное и гнетущее впечатление, какое произвело на него это место. Отыскал на том берегу силуэт старика.
Но Кейси заинтересовал не старик. Не озеро, не лес, не облака. Она медленно водила душкой очков, как искусствовед указкой, по клубам тумана, поднимающимся на рисунке над озером.
— А что здесь такого, — пожал плечами Ники. — Обычный туман. Мы его сто раз тут видели.
— Обычный, — согласилась Кейси. — А если так?
Навела выпуклую линзу очков. Слабый штрих, которым Ники пытался передать прозрачную плотность тумана, вдруг вытянулся строчкой. Точки в нем стали походить на значки… А значки эти были похожи…
— Господи, что это? Откуда?
Туман на рисунке Ники был из знаков, какими пишут компьютерные программы, и другие, которые появляются при ошибке в кодировке и на битый дисках…
— Понял!-подскочил Ники, — Как же я раньше не догадался! Программа! Информация! Вот чем Оно питается. И из чего пытается потом сделать нас! Эврика! Нашел! Мы спасены!
Ники прыгал довольно нелепо вокруг костра, отплясывал какой-то дикий танец, выглядел полным идиотом, но ему это было все равно.
Кейси готова была радоваться за него и с ним все равно чему. Но ей было обидно.
— Перестань Ники. Прекрати! Остановись!
Поймала его за кроссовку. Ники упал на песок и продолжал отплясывать лежа.
— Объясни, наконец, что ты понял?
Ники сделал два глубоких вдоха, постарался стереть с лица идиотскую улыбку. Не смог, но взял себя в руки. Заговорил покровительственным тоном. Как с маленькой.
— Скажи мне Кейси, с чего тут все началось?
— Перестань важничать
— И все-таки? Что первое необычное, что с нами произошло?
— Что? — Кейси наморщила лоб, вспоминая.
— Шкурку от белки мы нашли в лесу? Не то? Джой превратился в щенка? Ну да это на следующий день. Что же?
— Мы почему отсюда выбраться не могли и сообщить, где находимся, чтобы нас спасали?
— Так не работало же ничего. Постой. Ты считаешь…
— Ну да! Мы включили камеры, навигаторы и мобильники. И что они нам сказали?
— Непоправимая ошибка в программе!
— Точно.
— Ну и что… Причем тут…
— Не понимаешь? Эту заразу, которая под Озером, ее интересует только Ин-фор-ма-ция. Она ее пожирает, разрушая при этом как вирус.
— И наша память?
— Ему нужна, как информация. Оно снимает ее слой за слоем, уничтожая.
— А почему Джой и Рыжий были как резиновые?
— Потому что, покончив с памятью, эта штука всасывает информацию из клеток, молекул, атомов, биополей и прочего…
— В результате не остается ничего кроме шкурки и одежды, потому что…
— Ее интересует только информация о живом и созданные им программные продукты.
— А бабочка?
-«Мертвая голова»?— с удовольствием потер руки Ники. — Это что-то вроде смайлика, или титра «Конец фильма».
— Что ты делаешь!— закричала Кейси, выхватила блокнот из костра, обожглась, бросила на песок, сбила занявшееся пламя.
Потом сидела, гладя странички с рисунками, перебирала их, ворошила их с Ники недавнее прошлое.
— Брось. Кому это теперь нужно, — зачерпнул Ники горсть песка, сжал ее, смотрел, как тонкой струйкой стекает время.
— Ты сам не понимаешь, что говоришь, — с горечью отозвалась Кейси. — Это же наша память. Кто мы без нее? Вспомни Сьюзен Стоун. Что бы от нее и других ребят осталось, если бы не их фильм.
— Если бы не их фильм, мы бы не попали сюда.
— Если бы не фильм… — пристально разглядывала последние страницы в блокноте Кейси, — мы бы с тобой… Слушай, Ник! А как это происходит?
Голос у нее был какой-то странный.
— Что?— поднял голову Ник.
— Как возникает то, что ты рисуешь? То есть… Откуда оно приходит?
— Что ты имеешь в виду?
— Там в машине профессора я видела… У тебя Кроу был нарисован с лицом младенца… Откуда ты знал, что он потеряет память?
— Я? Я не знал… Просто… — Ники задумался, потом заговорил, точно припоминая… — Иногда образы появляются сами по себе… иногда я сначала придумываю, а потом рисую. Но все равно, даже когда я знаю, чего хочу… Как будто кто-то это делает за меня. И часто получатся совсем не то, что хотелось, — закончил он, вконец запутавшись.
— Кто-то делает это за тебя, — услышала Кейси, что хотела. Сняла очки. Вплотную приблизила к глазам рисунок на страничке блокнота. — А вот это что значит?
«Самое время для таких разговоров», — вздохнул Ники и нехотя заглянул через плечо Кейси в свой собственный рисунок.
Сначала он не понял, о чем вообще спрашивает Кейси.
Это был один из набросков, сделанных в то их первое утро на Озере. Он тогда пытался ухватить и передать то тревожное и гнетущее впечатление, какое произвело на него это место. Отыскал на том берегу силуэт старика.
Но Кейси заинтересовал не старик. Не озеро, не лес, не облака. Она медленно водила душкой очков, как искусствовед указкой, по клубам тумана, поднимающимся на рисунке над озером.
— А что здесь такого, — пожал плечами Ники. — Обычный туман. Мы его сто раз тут видели.
— Обычный, — согласилась Кейси. — А если так?
Навела выпуклую линзу очков. Слабый штрих, которым Ники пытался передать прозрачную плотность тумана, вдруг вытянулся строчкой. Точки в нем стали походить на значки… А значки эти были похожи…
— Господи, что это? Откуда?
Туман на рисунке Ники был из знаков, какими пишут компьютерные программы, и другие, которые появляются при ошибке в кодировке и на битый дисках…
— Понял!-подскочил Ники, — Как же я раньше не догадался! Программа! Информация! Вот чем Оно питается. И из чего пытается потом сделать нас! Эврика! Нашел! Мы спасены!
Ники прыгал довольно нелепо вокруг костра, отплясывал какой-то дикий танец, выглядел полным идиотом, но ему это было все равно.
Кейси готова была радоваться за него и с ним все равно чему. Но ей было обидно.
— Перестань Ники. Прекрати! Остановись!
Поймала его за кроссовку. Ники упал на песок и продолжал отплясывать лежа.
— Объясни, наконец, что ты понял?
Ники сделал два глубоких вдоха, постарался стереть с лица идиотскую улыбку. Не смог, но взял себя в руки. Заговорил покровительственным тоном. Как с маленькой.
— Скажи мне Кейси, с чего тут все началось?
— Перестань важничать
— И все-таки? Что первое необычное, что с нами произошло?
— Что? — Кейси наморщила лоб, вспоминая.
— Шкурку от белки мы нашли в лесу? Не то? Джой превратился в щенка? Ну да это на следующий день. Что же?
— Мы почему отсюда выбраться не могли и сообщить, где находимся, чтобы нас спасали?
— Так не работало же ничего. Постой. Ты считаешь…
— Ну да! Мы включили камеры, навигаторы и мобильники. И что они нам сказали?
— Непоправимая ошибка в программе!
— Точно.
— Ну и что… Причем тут…
— Не понимаешь? Эту заразу, которая под Озером, ее интересует только Ин-фор-ма-ция. Она ее пожирает, разрушая при этом как вирус.
— И наша память?
— Ему нужна, как информация. Оно снимает ее слой за слоем, уничтожая.
— А почему Джой и Рыжий были как резиновые?
— Потому что, покончив с памятью, эта штука всасывает информацию из клеток, молекул, атомов, биополей и прочего…
— В результате не остается ничего кроме шкурки и одежды, потому что…
— Ее интересует только информация о живом и созданные им программные продукты.
— А бабочка?
-«Мертвая голова»?— с удовольствием потер руки Ники. — Это что-то вроде смайлика, или титра «Конец фильма».
Страница 50 из 54
